— Разводимся, и хватит! — голос Алексея сорвался на крик, хотя лицо оставалось каким-то пустым. Рядом с ним, словно тень, стояла Раиса Петровна, мать Алексея: сжав губы, скрестив руки на груди.
Марина сжала вилку, подавляя желание швырнуть её в стену. Ещё пятнадцать минут назад они втроём ужинали за одним столом, казалось, вполне мирно. Сын — маленький Серёжа — уже лежал в кроватке, засыпая. А теперь муж, не моргнув, объявляет о разводе.
— Что?! — прошипела она.
— Ты слышала, — Алексей отвёл взгляд. — Мама давно говорит, что Серёжа точно не мой. Да и… я всё больше вижу в нём чужие черты.
Марина вспомнила утренний скандал, когда свекровь явилась почти без стука и, осмотрев ребёнка с ног до головы, презрительно бросила: «Ну и где тут наша кровь?» Тогда Марина не придала этому большого значения, а теперь слова материализовались в настоящий приговор.
— А ты серьёзно веришь в этот бред? — тихо спросила она, глядя мужу прямо в глаза.
— Верю, — качнул головой Алексей. — Я устал от сомнений. Считай, что всё решено.
Словно по сигналу Раиса Петровна подалась вперёд:
— А как иначе? Марина бесконечно пропадает на работе, у неё полно каких-то «друзей». Я не хочу, чтобы мой сын жил с рогами!
Марина горько усмехнулась. Казалось, что её жизнь сейчас рушится — мужчина, которого она любила и с которым делила бы быт, стоит на пороге с готовностью всё перечеркнуть. Но в глубине души она понимала: всё началось задолго до этого дня. Раиса Петровна с самого начала не доверяла ей, встревала в их семейные решения, а Алексей не умел противостоять материнским «мнениям».
— Ты хоть сам-то веришь в эти разговоры? — тихо, но жёстко спросила Марина, на секунду отводя взгляд от Серёжи.
— Я… не знаю, — Алексей отвёл глаза. — Когда мама повторяет, что Серёжа не похож, я начинаю думать… а вдруг…
Вспышка воспоминаний: год назад Алексей и Марина радовались Серёже, играли вместе в парке, Алексей смеялся, когда Серёжа впервые научился кататься на велосипеде. Но теперь эти моменты казались далекими и неважными.
В коридоре повисла удушающая тишина. Серёжа, проснувшись от криков, осторожно потянул мать за рукав:
— Мам, а папа куда?
Марина едва сдержалась, чтобы не расплакаться. В коридоре громко скрипнула дверь, и в проёме показалась свекровь — Раиса Петровна с застывшей на лице улыбкой.
— Лёша, ты всё сказал? — её голос звучал фальшиво ласково. — У нас нет времени, машина уже приехала.
Марина ощутила, как внутри неё поднимается волна негодования.
— Знаете, Раиса Петровна, — начала она, стараясь сохранить самообладание, — вы всю жизнь решаете за своего сына. Может, в этот раз дадите ему хотя бы слово сказать самому?
Та лишь вздохнула, смерила невестку взглядом.
— А чего тут говорить? Бумаги Алексей подаст завтра. Твой мальчик — не его. Точка.
Казалось, в воздухе запахло озоном — настолько напряжённо стало в комнате. Марина прокашлялась, пытаясь проглотить обиду.
— Хорошо, — произнесла она, гордо выпрямившись. — Раз хотите войны, будет война. Только потом не жалуйтесь, что сын перестал вам верить. А ты, Лёша, — Марина повернулась к мужу, — хотя бы взгляни на него: он каждый день хочет тебя обнять, но сейчас ты просто отворачиваешься…
Алексей сжал губы и повёл плечом, будто уже пожалел, что зашёл так далеко. Но отступать не собирался.
— Я не могу всё время жить в сомнениях. Точка, Марин.
Он бросил короткий взгляд на ребёнка, который вжался в материнскую руку. Затем молча протянул Марине связку ключей.
— Прости, но я ухожу.
Раиса Петровна удовлетворённо кивнула и кинула на Марину последний косой взгляд:
— Запомни: я не позволю моему сыну жить в обмане.
Когда дверь хлопнула, Марина на миг зажмурилась. Хотелось кричать или разбить что-то об стену. Но Серёжа смотрел на неё умоляюще.
Она обняла мальчика и опустилась перед ним на колени:
— Всё будет хорошо, малыш. Мы справимся. Вместе — тихо сказала она, коснувшись губами его макушки.
Впервые за долгое время её голос звучал уверенно. Все сомнения и обиды остались за дверью. Она понимала: сын нуждается в ней больше, чем когда-либо. И никакие сплетни или подозрения не изменят того, что она готова бороться за его будущее.
У них впереди новая жизнь, в которой больше не будет места чужим домыслам и сомнениям. И хотя Алексей ушёл, Марина твёрдо решила: теперь она сама определит, как им с Серёжей идти дальше. Ведь настоящая семья — это доверие и любовь, которые никому не удастся разрушить.