Вильнюс, ноябрь 1973 года.
Засада в больничной палате: завязка событий
В больничной двухместной палате госпиталя МВД лежали пожилые женщины: одной — слегка за пятьдесят, другой — далеко за семьдесят. У кровати той, что помоложе, сидели двое — изысканно одетый, начинающий седеть мужчина её лет, и молоденький светловолосый лейтенант с сапёрными эмблемами в чёрных петлицах.
Палата, расположенная на втором этаже, считалась для привилегированных больных и отличалась от прочих отделкой, удобствами и прямой связью с медперсоналом.
Дверь приоткрылась и показалась коротко стриженная мужская голова и плечо с капитанским погоном. Голова деловито обозрела присутствующих и произнесла в коридор:
— Это здесь, товарищ генерал, заходите.
В распахнутую полностью дверь, степенно вошёл представительный, не молодой мужчина в повседневной форме генерал-майора милиции. Лейтенант вскочил и вытянулся.
— Сидите, сидите, лейтенант, я тоже к своей маме навестить.
С этими словами генерал устроился в кресло возле седенькой старушки. За ним стоял, пожирая глазами начальство, адъютант.
Генерал и лейтенант: напряжённый диалог
Обе группы посетителей были заняты разговорами со своими больными родственниками: результатами обследований, состоянием здоровья, отношением обслуживающего персонала и прочими темами, присущими месту нахождения. Изредка пожилые мужчины обменивались заинтересованными взглядами.
Первым не выдержал генерал:
— Если не ошибаюсь, Михаил?
— Не ошибаешься, Юлюс, он самый.
— Может быть, выйдем покурить? Заодно и поговорим.
— Я не курю, а поговорить можно.
— Лейтенант с капитаном остаются у постелей больных. — Распорядился генерал.
Воспоминания о прошлом: разговор у окна
Мужчины вышли из палаты и подошли к окну в конце коридора. Внимательно и с интересом рассмотрели друг друга.
— Я догадываюсь о теме нашего разговора, — сказал Михаил, слегка улыбнувшись, — думаю, она будет о наших шалостях двадцатилетней давности. О них я не рассказывал даже своему сыну, хотя он, как видишь, тоже уже офицер.
— Сыну можно, а может быть даже нужно, — ответил Юлюс, тоже улыбаясь, — но только после того, как я выйду на пенсию. Кстати, ты как? Служишь ещё и в каком звании?
— Десять лет назад демобилизовался подполковником внутренних войск. Живу в Каунасе, а вот сын в Вильнюсе служит.
Михаил уже широко улыбался.
— А ты уже четвёртый год в министрах ходишь?
— Да, приходится пока тянуть лямку...
Литва. Таурагский район. Сентябрь 1952 года.
Подготовка операции и оценка угрозы
По оперативным данным МГБ республики, в двадцати километрах северо-западней от Таураге, в ночь с семнадцатого на восемнадцатое, богатый хутор Вартуленай должна посетить бандгруппа в составе 12–15 человек из националистической группировки Фаустаса. Цель группы — проста: пополнить запасы продовольствия бандформирования. Вероятность акции — 50 процентов.
На захват или уничтожение бандгруппы выделяется отдельная рота внутренних войск под командованием капитана Михаила Тонкова. В операции участвуют: от МВД республики — старший оперуполномоченный майор милиции Юлионас Микалаускас, от МГБ — оперуполномоченный старший лейтенант Сергей Сидоров. Общее руководство операцией возлагается на майора Микалаускаса.
Хутор Вартуленай находился на окраине обширнейшего лесного массива, поэтому было решено: два взвода рассредоточить в оцеплении со стороны поля, а третий взвод — в резерве, для захлопывания ловушки со стороны леса. Позиции заняли с наступлением темноты, с соблюдением маскировки и полной тишины. Все три офицера находились при третьем, резервном взводе.
Тактика расстановки взводов и ожидание
Каждый из них не первый год участвовал в ликвидациях бандформирований и знал: «лесные братья» обычно приходят за продуктами в сумерках и остаются до рассвета, чтобы отдохнуть и насладиться — пусть сельскими, но житейскими удобствами. А вот вооружённые акции, убийства комсомольско-партийного актива сельской местности, совершаются как раз перед рассветом.
Напряжение ожидания к часу ночи улетучилось. Майор достал плоскую фляжку с коньяком и предложил коллегам. Сергей отказался, Михаил поддержал. Через десять минут приложились ещё.
Переговоры офицеров и переезд к другому хутору
Майор придвинулся поближе к капитану:
— Слышь, Михаил, сниматься до рассвета нельзя, хотя вероятность акции уже нулевая. Поэтому есть предложение.
— Валяй, Юлюс, ты старший.
— Значит так: оставляем Серёгу рулить — ему по молодости лет положено, да и ориентировка его была. А сами выберемся на другой хуторок, тут рядом, двадцать минут ходьбы — там хоть покурить можно. А к рассвету вернёмся.
— Годится. Только замкомроты предупрежу.
Через двадцать минут офицеры уже стучались в двери жилого дома хутора. Хуторяне им явно не обрадовались, но выказывать этого не стали — даже поделились вяленым мясом в обмен на шоколад и папиросы. Покурили, допили коньяк и, дабы не смущать хозяев, полезли отдохнуть на сеновал над хлевом — в тридцати метрах от дома. Уснули мгновенно.
Ночное наблюдение у дома и прибытие бандитов
Михаил проснулся от внутреннего беспокойства — что-то было не так. Вокруг стояла тишина и кромёшная тьма. Где-то рядом посапывал Юлюс. Он взглянул на время: фосфор на часах показывал половину третьего. Откуда-то тянуло табачным дымом.
Тихонько прильнул к щели в досках. Так и есть — на крыльце дома четыре огонька от папирос, но курят не их «Казбек» — запах не тот. Разговора не слышно, если и говорят — то шёпотом.
Без сомнения — это те «братики», которых ждали на хуторе Вартуленай.
Коммуникация в засаде и напряжённая ночь
Аккуратно растормошил майора и шепнул:
— Влипли.
Микалаускас в ситуацию въехал сразу:
— Слышь, Миша, у них ещё один или два должны быть в охранении.
— Думаю два: один со стороны леса, другой — со стороны дороги. Остальные в доме. Поэтому мы — тише мыши. Тэтэшники достаём, но затворы не передёргиваем.
— Кстати, хозяева не заложат?
— Если мозги есть — не заложат. Но если мы себя как-то обнаружим — хозяевам точный конец от бандитов. Поэтому они сейчас молятся за нас и за себя.
Завершение засады, вывод бандитов и отчёт
Остаток ночи прошёл в напряжении. Холод не брал — слух и зрение обострились до животного совершенства.
За полчаса до рассвета бандиты покинули хутор, нагруженные продовольствием. Их оказалось тринадцать человек. Хозяин проводил их до дороги и ещё минут десять стоял, смотрел в след. Потом, почти бегом, вернулся и полез на сеновал:
— Уходите, ради бога, и как можно быстрее — вдруг что забыли и вернутся.
— А почему они пришли к тебе, Ионас? — спросил Михаил.
— У Вартуленай они обнаружили засаду, долго ждали, думали — снимите оцепления. Не дождались — и повернули ко мне.
— Никому ни слова — ни о нас, ни о «лесных братьях»! Если что — головой ответишь! — вмешался майор.
Предыдущая часть:
Продолжение: