Село Покровское (в ХIХ веке его начали именовать Лапотково) впервые упоминается в документах Российского государства в конце ХVII века. Расположенное на дороге, ведущей на юг, оно быстро росло.
Этому способствовало и устройство здесь государственной почтовой станции с постоялым двором и «сменными» лошадьми.
По мнению исследователя Павла Малицкого, которое он высказал в конце ХIХ века, «название «Лапотково» село это получило, вероятно, от главного занятия местных жителей, приготовлявших из дерева разную домашнюю утварь и главным образом лапти, как для своего употребления, так и для продажи в соседние безлесные уезды, а равно и паломникам, проходившим чрез это село, стоявшее на большой дороге».
Путешественник или слуга государев, направляющийся в южнорусские земли, обязательно проезжал через Лапотково – отдыхал либо менял лошадей. Как видите, в ХVIII–ХIХ веках место это было бойкое, хорошо известное. Здесь проездом бывали императоры Пётр I, Александр I и Николай I, полководец Александр Суворов, писатели Пушкин, Лермонтов, Тургенев, Толстой.
А императрица Екатерина II даже провела несколько дней в Лапотково, возвращаясь из поездки в Новороссию, в доме местного помещика Ивана Лазарева.
Словом, перечислять исторические личности, побывавшие в Лапотково, за более чем трёхвековое его существование, можно долго.
Но, увы, незаслуженно забыт уроженец этих мест, героически погибший в революционное время. Он устанавливал советскую власть за тысячи километров от родного села.
Речь идёт о Степане Царёве, профессиональном большевике-революционере, память о котором увековечена в далёком Казахстане. Он прожил всего 36 лет, четырнадцать из которых посвятил революционной борьбе.
Родился Степан в селе Лапотково Крапивенского уезда 16 декабря 1882 года в крестьянской семье. О детских годах его известно немного. Когда ему было семь лет, умерла мать, и Степан вместе с трёхлетним братом Михаилом остался на попечении отца, Ионы Феофановича. А ещё через некоторое время был арестован отец и сослан на многолетние каторжные работы в Сибирь. Степан и Михаил были отправлены в приют для детей каторжан.
Этот приют был открыт в Москве в 1872 году. Здание располагалось напротив Московской женской тюрьмы - оттуда поступала часть детей, питомцев приюта.
В нём постоянно находилось примерно 160-170 детей (мальчиков и девочек) в возрасте от 2 до 18 лет. Официально учреждение называлось «Приют цесаревны Марии общества попечения о детях лиц, ссылаемых по судебным приговорам в Сибирь».
Назывался он так в честь жены будущего императора Александра III, Марии Фёдоровны (дочери датского короля Марии-Софии-Фредерики-Дагмары).
Судьба детей тех россиян, которые по судебным приговорам уголовного и политического характера направлялись в тюрьмы и на каторгу в Сибирь, была незавидной.
Но царское правительство считало, что они не должны следовать за родителями, а потому, опасаясь «дурного примера», государство отрывало детей от родителей.
Воспитанников приюта учили ремеслу: для этого в здании работали столярная, сапожная и портновская мастерские, а также мастерская женских рукоделий.
Выходившие из приюта молодые люди устраивались в жизни по-разному.
Поступали на военную службу офицерами, работали учителями, фельдшерами. Многие девушки устраивались конторщицами, мастерицами, учительницами. Вышедшие замуж получили от фонда цесаревны Марии приданое.
Словом, выпускников приюта устраивали на работу, наиболее одарённые из них получали стипендии при дальнейшей учёбе.
Расчёт был справедливый: получивший образование и трудоустроенный воспитанник приюта не должен стать врагом государства. Подавляющее число мирно трудились на благо Российской империи, не помышляя свернуть на дорогу, по которой пошли их родители...
Степан Царёв, спустя три года после выпуска из московского приюта цесаревны Марии, стал революционером. Был принят в члены Российской социал-демократической рабочей партии большевиков (РСДРП (б)). Боевым крещением для молодого революционера стало декабрьское вооружённое восстание в Москве в 1905 году.
Продолжение следует