Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Записки нефтяника. Валерий Карпов

Из бурения в геофизику идти, как показала практика, довольно непросто. Вроде бы все решают одну геологическую задачу — найти нефть. Но, естественно, и подходы и люди были разными. В геофизике господствует интерпретация разных полей и там больше науки.
Геолог, который сидит за столом и анализирует материал, не всегда владеет информацией о том, как он добывается и собирается и от того не доверяет ему в полной мере. В этом я видел слабость нашей отрасли, которая мешает добиваться результатов быстро и эффективно. Здесь, как нигде, положительный результат зависит от оптимального соотношения науки и производства, от уровня и непрерывности связи между этими сферами деятельности геолога. Открытия в нефтяной геологии, как говорил Алексей Конторович, в первую очередь делаются в голове в тот момент, когда смотришь материал. Он уже кем-то добыт, находится в архиве, на полках каких-то организаций. И в конечном счёте, это раскладывается на столе или на полу, и ты смотришь, анализируешь, сравниваеш

Связь науки и практики в геологии

Из бурения в геофизику идти, как показала практика, довольно непросто. Вроде бы все решают одну геологическую задачу — найти нефть. Но, естественно, и подходы и люди были разными. В геофизике господствует интерпретация разных полей и там больше науки.

Геолог, который сидит за столом и анализирует материал, не всегда владеет информацией о том, как он добывается и собирается и от того не доверяет ему в полной мере. В этом я видел слабость нашей отрасли, которая мешает добиваться результатов быстро и эффективно.

Здесь, как нигде, положительный результат зависит от оптимального соотношения науки и производства, от уровня и непрерывности связи между этими сферами деятельности геолога.

Открытия в нефтяной геологии, как говорил Алексей Конторович, в первую очередь делаются в голове в тот момент, когда смотришь материал. Он уже кем-то добыт, находится в архиве, на полках каких-то организаций. И в конечном счёте, это раскладывается на столе или на полу, и ты смотришь, анализируешь, сравниваешь, делаешь какие-то выводы и предположение, где нужно бурить.

Только после этого начинает «закручиваться машина»: строишь карту профиля, пишешь обоснование на заложение скважины, показываешь всё это руководству, получаешь одобрение, туда направляют сначала подготовителей, потом завозится оборудование, вышкомонтажники монтируют его на точке, выезжает буровая бригада, начинается бурение, вскрывается тот самый пласт, о котором когда-то у какого-то стола говорил геолог.

Вся эта цепочка начинается с аналитики, с науки. Если ты хочешь обосновать перспективность скважины, ты должен использовать всю сумму знаний, которую имеешь на сей момент.

В этот период я постоянно был на связи со своими коллегами, которые работали в бурении. Как тут не вспомнить главного геолога Мозырской экспедиции, он - один из немногих, обладал опытом работы как в геофизике, так и в бурении, мы много общались, поскольку геофизическая экспедиция готовила и передавала геологический материал как рекомендацию под глубокое бурение, либо для дальнейшей обработки с той же целью.

Поработав так пять лет, я вновь вернулся в бурение.

Продолжение следует...

Первая часть рассказа https://dzen.ru/a/Z4Yk_qzxeVquGl7H

Вторая часть рассказа https://dzen.ru/a/Z4dPY-5vOF8y7JmL

Больше новостей на сайте Агентства нефтегазовой информации.