Снег хрустел под лапами стремительной Буреглазки.
Гадо направил её через густые ветви, выскочив на открытую опушку. Резвый олень убегал от него на протяжении четверти часа, заводя их всё глубже в лес. Впереди, из-за нескольких деревьев, мелькнул белый хвостик. Наконец напав на след, Гадо ударил пятками свою тигрицу в бок, на скаку выхватил закреплённый у седла лук и потянулся за спину чтобы вынуть из колчана одну из стрел. Олень без оглядки продолжал мчаться дальше, поднимая за собой столбы холодной пыльцы. Орк натянул тетиву, целясь дичи точно в бок и с густым паром сделал медленный выдох. Но его опередили.
С резким свистом, прорезая морозный воздух, откуда-то со стороны, сквозь хвойные ветки, вылетела другая стрела. Олень коротко взвыл, после чего с насквозь пронзённой шеей рухнул в сугроб меняя его белый цвет на темный багрянец.
Гадо приблизился к уже мёртвой диче и вытащил стрелу. Одновременно с этим, с соседней рощи елей опал снег и верхом на своём буром тигре из засады выпрыгнул Моргрим.
— Долго целился, — язвительно заметил сын Морока.
— Зато двух предыдущих я подстрелил, — ответил вождь и подкинул тому его стрелу. — Ладно, думаю духам этого хватит. Пора возвращаться, а то уже смеркается.
— А мы что? Зайцев глодать будем? — проворчал Хранитель племени похлопав несколько тушек, висевших на седле его тигра. — Это же так, на один клык всего.
— Хм, — Гадо задумчиво потёр короткую бороду. — Ну хорошо, давай зацепим ещё и какого-нибудь кабанчика.
***
Костёр громко потрескивал, пуская в ночное небо ворохи ярких искр. Хранитель племени покрутил толстую жердь, на которую была насажена жирная тушка. Снятая шкура этого зверя лежала на одном из брёвен, служа оркам вместо тёплого пледа. Гадо сидел поближе к пламени устало вытянув ноги и потирал слегка озябшие плечи. Его живот дико урчал, предвкушая долгожданный ужин, а ноздри щекотал славный аромат жаренного мяса. Моргрим тоже изголодался, то и дело облизывал губы и потирал ладони. А их тигры тем временем уже рассёдланными сидели рядом и грызли тушки зайцев.
— М-м, ну наконец-то, — с причмокиванием произнёс Моргрим попробовав кусочек.
Затем он срезал жирный и мясистый бок кабана, поделил пополам и отдал одну часть вождю. С большим аппетитом они жадно набросились на свою трапезу, по воинской привычке быстро разделались с первой порцией, после чего Моргрим не спеша пошёл за добавкой.
— Эх, как в старые добрые, — Хранитель племени с довольным видом уселся обратно на бревно. — Охота, костёр, сытная еда, мурлыканье спящих тигров, а также ты, я и никаких забот.
— Ага, — слегка улыбнулся Гадо. — Только браги не хватает.
На что Моргрим с такой же улыбкой потянулся к сумке, которая была пристёгнута к его седлу и достал оттуда запечатанный кувшин.
— Ты серьёзно? Опять эта Мастодонтская жижа, — скривился Гадо. — У меня до сих пор от неё голова болит.
— Обижаешь. Эта жена моя сделала, — с такими словами, Моргрим разлил брагу в две походные кружки.
— О-о, моя любимая, — Гадо взял одну из протянутых кружек, чокнулся с Моргримом и сделал длинный глоток. — Ха! Даже вспомнилось как мы в первый раз отведали этой браги. Мы тогда ещё совсем юнцами стояли ночью под окном твоей будущей жены, и та спустила нам несколько таких же кувшинов. А потом, мы подальше от глаз наших отцов убежали в лес.
— Точно, нам вроде бы ещё было по четырнадцать зим, — Моргрим с ухмылкой выпил весь стакан и снова подлил себе до краёв. — Ты тогда ещё с непривычки изрядно перебрал и накинув на себя шкуру кабана, пошёл к дому старика Рексара просить руки Рёсквы.
— Да уж, зря я тогда поспешил. Старик Рексар потом ещё долго мне это припоминал.
— А как же! — воскликнул Моргрим. — Я до сих пор помню, как ты орал под их окнами, пока не вышел старик. Ох и знатно же он тебя отделал! Ха-ха!
— Лучше не вспоминай, — отмахнулся вождь. — Об этом ведь в итоге узнал мой отец, и как раз-таки из-за подобного меня и тебя в придачу закинули раньше времени на Испытание воина.
— Да-да, до сих пор не могу забыть лицо твоего старика и его слова, — Моргрим демонстративно выпрямился, сделал крайне серьёзное лицо цитирую ту самую фразу: — «Хотите стать мужчинами, так докажите, что достойны ими быть!» Ха! Я тогда едва живот не надорвал от смеха. Мог бы пройти это испытание и раньше. К тому же, мы были единственными, кто прошёл все этапы ни разу не оступившись.
— Эх, хороший воин был мой отец, — с этими слова Гадо сделал церемониальный жест, отдавая уважение отцу и духам.
— Не только хорошим воином, но ещё и вождём. Как и его сын, — Моргрим, вслед за Гадо коснулся пальцами губ и поднял ладонь к звёздному небу. А затем добавил: — И вообще, на моей памяти ты единственный кто унаследовал титул вождя.
— Да? А ты помнишь из-за кого это произошло? — на что Моргрим отвёл взгляд в сторону, едва сдерживая ехидную улыбку. — А я вот помню.