Дорогие мои!
Сегодня продолжение. Глава 12.
Глава 12. Государственный переворот
Риза, столица Корции, королевский дворец
Королевский дворец, куда король Георг любезно пригласил господина Фоам к зимнему сезону, находился в центре города. Сам дворец был очень старым строением, но его окружал прекрасный сад, разбитый ещё при жизни деда прошлого короля. Говорят, его супруга увлекалась ботаникой, и этот сад в основном её заслуга.
Во всю ширину дворцовой территории вдоль улицы тянулась высокая ограда, увенчанная острыми пиками, вероятно, чтобы оградить сад от посягательств верных подданных. Посередине ограды возвышались большие ворота из золочёных копий для парадных выездов. Маленькая калитка с другой стороны улицы, спрятанная за будкой привратника, предназначалась для служащих и слуг, которые выходи́ли или возвращались из дворца пешком.
Сам Георг жил в правой части дворца на третьем уровне. Из окон, выходивших на улицу, король мог наблюдать за внешним миром. С правой стороны территория сада была небольшой, и с третьего уровня было хорошо видно центральную часть города. И он иногда позволял себе, устроившись у окна, смотреть на то, как по улице прогуливаются хорошенькие девушки.
В эту часть дворца также вела скрытая дверь, имевшая вход с первого уровня и отдельную лестницу, ведущую прямо в апартаменты Георга. Эта дверь, словно в насмешку над остальными входами во дворец, открывалась с помощью условного стука или секретных слов, произнесённых нежным голоском.
Дверь вела в небольшую комнату, служившую как бы прихожей перед огромной спальней короля. Также в этой части дворца был кабинет и малая столовая, где Георг предпочитал завтракать, встречаясь с доверенными лицами или близкими друзьями.
Рядом со столовой была расположена малая гостиная зала, где на самом видном месте стоял рояль, и везде по стенам были развешаны доспехи: шпаги, кинжалы, пики и другие колюще-режущие виды оружия. Это была самая любимая комната Георга.
И сейчас Георг в распахнутом на груди халате расположился на широком мягком диване в гостиной. Перед диваном стоял небольшой стол, на котором красовалась початая бутылка вина́ и ящик с сигарами.
В гостиную вошёл камердинер. Единственный слуга Георга, который был с ним с самого детства. Он никогда не интересовался политикой, всё, что его интересовало — это удобство господина. Камердинера звали Морис. Морис пользовался полным доверием Георга, и хотя был очень стар, продолжал о нём заботиться. Войдя, он подал Георгу пачку писем.
Георг рассеянно посмотрел на них, отложил в сторону все надушенные конверты, подписанные красивым почерком, выбрал строгий чёрный, распечатал и внимательно прочитал.
— Как получено это письмо? — спросил он.
— Его принёс камердинер господина Фредерика.
Георг лишь задумчиво кинул письмо на стол.
— Который сейчас час? — спросил он.
— Без четверти десять.
— Вели накрыть завтрак в малой столовой через пятнадцать минут, на двоих. Ко мне приедет господин Фредерик.
Когда камердинер вышел, Георг снова взял в руки письмо и ещё раз его прочитал.
В это время у ворот остановился лёгкий экипаж, и через минуту камердинер доложил, что прибыл господин Фредерик.
Фро, а это был, несомненно, он, но уже одетый как и полагается столичному лорду, вошёл в комнату молча, без улыбки. И сразу спросил, глядя своими серыми, со стальным оттенком, глазами:
— Ты читал письмо из инспекции тюрем, которое я тебе перенаправил?
— Ты делал запрос в инспекцию? Зачем?
— Ты знаешь моё отношение к Сторми, и я уверен, что он тебе ещё не доложил.
— Да, это просто невозможно. Получается, что Мара умерла в тюрьме Рок. Как она туда попала?
— Георг, ты что, действительно не понимаешь или совсем заигрался? Просто так в тюрьму Рок не попадают! Задай себе вопрос, кому это было выгодно? Кто сейчас рядом с тобой вместо Мары?
— Да у меня сейчас нет постоянной любовницы…
— Не расстраивай меня, Георг. Тебя что, били по голове? Кто сейчас твоя правая рука?
— Сторми…
— И где он? Ты его видел, после того как вернулся?
— Я назначил ему на двенадцать сегодня.
— Скажи, Георг, а не показалось ли тебе странным, что в отчёте инспекции есть упоминание, что в то же время, когда умерла Мара, из тюрьмы пропал ещё один заключённый, некая графиня Градиент?
— Да, действительно, из таких тюрем просто так не пропадают. Градиент… Что-то знакомое. А, там какая-то жуткая история, мол, она убила всю семью, и за это и была осуждена.
— Да, ты прав. Арестовали юную графиню именно по подозрению в убийстве семьи: отца, матери, старшего брата и младшей сестры.
— Хм, не круто ли для юной девицы? А кстати, сколько ей было на момент убийства?
— Графиню Градиент арестовали в семнадцать лет, но суда так и не было в силу её юного возраста. И всё же она каким-то образом оказалась в самой страшной тюрьме страны. Откуда и исчезла. Тебе не кажется это странным?
— Кажется, — зло ответил Георг. — Но я зол, ведь теперь, со смертью Мары, тайна местонахождения короны — настоящей короны, похоронена вместе с ней.
— Заключённых тюрьмы Рок не хоронят, их тела сбрасывают в море.
Глядя на потемневшее лицо Георга, маркиз Броди, знавший того всю свою жизнь, не мог понять, что творилось в его голове.
Георг налил себе вина́ и выпил, затем встал с дивана и сказал:
— Ладно, я голоден, пошли поедим.
Корция. Королевский замок. Малый тронный зал
В зале находятся Георг и Фредерик
— Что ты собираешься делать? — спросил Фредерик.
— Я хочу, чтобы ты стал вице-канцлером вместо Сторми.
— Я соглашусь, если ты мне всё расскажешь. Всё! Я не буду служить тебе, если ты продолжишь вести себя как последний идиот, напиваясь и трахая всё, что движется. Ты сам прежде всего должен взять власть в свои руки. Да, у тебя нет короны, но для народа ты король.
— Если не найдём корону, то это ненадолго. Ты же сам видишь, они чувствуют, что привязки больше нет, присяга не работает без настоящей короны. Все главы аристократических родов в конце концов поймут, что никого над ними больше нет.
— Не руби сплеча, со Сторми так нельзя. Ты же не знаешь, как глубоко этот паук опутал королевство.
— Ерунда. Я брошу Сторми в Кастилию, и ты займёшься чисткой всей этой клоаки.
— Гро, не торопись, прошу тебя. Есть у меня подозрение, что ты давно не управляешь государством. И только то обстоятельство, что ты всё это время никуда не вмешивался и никому не мешал, и давало тебе возможность оставаться королём. Но настоящая власть не в твоих руках.
— М-да, не в моих, потому что я так и не коронован.
— И Сторми это знает…
— Разумеется, знает, — Георг изменился в лице. — Но нет, я не верю, что этот слизняк способен делать что-то серьёзное за моей спиной.
— Но ситуация с Марой… — попытался воззвать к благоразумию Георга Фредерик.
— Нет, Фро, я решил. Сторми отправится в Кастилию, а ты займёшь его место, и мы во всём разберёмся.
***
Вдруг двери в малый тронный зал распахнулись, и внутрь ворвались вооружённые люди в обезличенной форме, больше похожей на церковные балахоны.
Георг, поднявшись во весь свой огромный рост, вытащил шпагу и зарычал:
— Стоять! Вы кто такие?
В первые мгновения ворвавшиеся замерли, увидев короля со шпагой в руке, но скоро эта пауза, вызванная эффектом неожиданности, закончилась, и вся эта толпа бросилась на Георга и Фредерика.
Друзья дрались как загнанные в угол львы, но силы были не равны. Спасало то, что их не собирались убивать, и тогда Георг крикнул:
— Фро, уходи! Позади трона есть потайной ход, о нём никто не знает, и ключ только у меня. Меня они точно сразу не убьют, чего не могу сказать о тебе. А на свободе у тебя будет больше шансов разобраться со всем этим.
И он передал Фредерику перстень.
— Этим ты откроешь все двери в проходе.
Уже продвигаясь по потайному ходу, Фредерик услышал громкий рык Георга, на которого, по всей видимости, навалились всей толпой.
«Его не убьют, а я смогу ему помочь, только если буду на свободе», — уговаривал он сам себя, всем сердцем мечтая быть сейчас рядом с другом.
Потайной ход вывел Фредерика на королевское кладбище, расположенное за основной дворцовой территорией, прямо через усыпальницу последнего короля.
«Хм, весьма символично, — подумал Фро. — Мёртвые короли спасают живых королей, хотя Георг пока так и не стал настоящим королём, ведь мало получить трон, надо ещё суметь его удержать».
Надо же, какая ирония! Получив трон, Георг так и не сумел получить настоящую власть, которую дают королевские регалии. Ведь только короновавшись с помощью этих артефактов, он бы обрёл верность всех аристократических родов Корции. Только этим регалиям были принесены клятвы, не теряющие свою силу сквозь века. И на что рассчитывает Сторми? У него в родословной не так много древности, за ним не пойдут.
Неужели кто-то за ним стоит? Или он знает, где артефакты. Или на самом деле Мара жива, и всё это часть её плана мести ветренному любовнику? Зная Мару, Фро не удивился бы. К кому можно обратиться? Кто на стороне Георга?
В голове Фредерика уже начал формироваться список фамилий, верных королю, но рядом он «видел» список тех, кто с радостью столкнул бы его в про́пасть, будь у них такая возможность. И этот список был гораздо длиннее.
А теперь надо выбираться из Ризы, потому что если его поймают или убьют, он не сможет ничем помочь своему другу.
Тем временем в королевском дворце
Короля Георга действительно удалось пленить… как медведя, накинув на него огромную сеть с металлическим плетением. Всё-таки Георг очень силён и, вероятно, даже смог бы справиться с большинством солдат, которые явно были из простолюдинов. И сейчас он сидел на коленях, придавленный сетью, которую держало не меньше десяти человек.
Судя по взгляду, которым Георг одарил канцлера Сторми, примостившегося на трон, жить тому оставалось бы недолго, не будь Георг пленён. Несмотря на то, что король был обездвижен, Сторми смотрел на него с опаской.
— Докладываю, Ваше величество, — всё-таки нашёл в себе силы саркастически улыбнуться канцлер. — Мара умерла, королевские регалии нам уже не найти, и поэтому нашей стране не нужен более король. И это не только моё мнение, между прочим. Сейчас сюда приедут представители древнейших дворянских фамилий, и вы подпишете отречение от престола. Всё равно вы так и не стали настоящим королём и не сможете повелеть аристократам прекратить всё это. А ваше правление ничего не принесло стране, кроме долгов, новых налогов и нищеты. Вам же было некогда, вы же больше думали о своём удовольствии и о том, хватит ли в подвалах вина́. Ха-ха-ха, — продолжал Сторми.
Георг рванулся, но сеть удержала его. Глаза бешено вращались, из груди вырывалось дыхание, но он не мог не признать, что Сторми прав. Он плохой король: слишком доверчивый, слишком эмоциональный, слишком… да всего слишком. Прав был Фредерик, когда говорил, что этот путь не для него. Для такого пути у него не хватит подлости и бесчестья. Что же, значит, всё…
К тому моменту, когда в зал начали входить аристократы, Георг уже успокоился и всё для себя решил. Он не будет бороться, он подпишет. Пусть хотя бы в этот раз не будет крови. Потому что знал, что кроме Фредерика, есть ещё несколько верных ему друзей, которые обязательно ввяжутся в эту борьбу, и тогда неизвестно, сколько ещё людей погибнет. А он не хочет, чтобы погибали его друзья, больше нет. И сам он хочет жить, уехать куда-нибудь на край земли, не нужна ему эта власть. Он вдруг осознал, что устал от всей этой грязи и бессмысленной борьбы.
О, надо же, князь Велицкий! Старый рогоносец. Ещё месяц назад приезжал с молоденькой женой, свидетельствовал почтение. Правда, больше почтения отдавала его супруга, ну здесь уж вина́ Георга только в том, что не выгнал, сама же пришла.
Граф Манори тоже здесь. Интересно, этот почему? Ведь сколько вместе выпили, гуляли весело, неужели узнал, кто на самом деле стоял за смертью его отца? Да, теперь очевидно, что путь к власти — грязное бездорожье.
Надо же, и герцогиня Горева в рядах заговорщиков. Сколько ей лет? Наверное, уже под сто пятьдесят. Старуха-революционерка, этой уже о душе́ думать надо. Видимо, не может простить, что её сын стал инвалидом. Но зато жив… Он же был четвёртым в очереди на престол, вот и случился несчастный случай на охоте.
И Кревские здесь, и Велимиры. Весь цвет, так сказать. Интересно, они что, и вправду решили отменить институт королевской власти? Посмотрим — послушаем.
***
Тайный совет
Увидев входящих аристократов, канцлер Сторми сбежал с трона. Молчаливые солдаты внесли круглый стол и кресла.
«Прям рыцари круглого стола», — подумал Георг, а вслух произнёс, с удовлетворением отметив, что многие вздрогнули, услышав его голос:
— Господа, я не буду сопротивляться, я готов выслушать вас и ваши условия, — он поднял руку, насколько позволяла сеть, и добавил: — Слово аристократа.
И все, кто обладал силой, почувствовали силу слова.
Пока с Георга снимали сеть, все присутствующие находились в напряжении, настолько им было страшно. И только когда Георг позволил связать свои руки, напряжение немного спало.
Георг тоже сел за стол.
— Итак, господа, ваши условия.
Как ни странно, говорить начала герцогиня Горева.
— Мы знаем, что ты до сих пор не коронован…
Ну надо же, старая карга так и не научилась называть его на вы, ну или не захотела, что более вероятно.
— …и королевские артефакты утеряны, — продолжила герцогиня. — Ты безуспешно искал их в течение пяти лет, и это поставило под сомнение возможность сохранения монархии в Корции. Мы изучили опыт Алдоны. У их королевской семьи не оставалось наследников, и они передали власть Совету, состоящему из аристократов, а королевские регалии были уничтожены, чтобы исключить саму возможность возрождения монархии. Теперь Алдона называется королевством просто для красоты. И вместе с королевскими регалиями исчезли все родовые клятвы. У нас тоже не осталось никого, кто мог бы претендовать на трон. Ты, — герцогиня ткнула в него сухим пальцем, и на миг её блёклые глаза блеснули, — об этом позаботился. Поэтому мы решили, что наилучшим выходом будет создание Совета, который и будет править Корцией, а ты подпишешь отречение, и об этом будет объявлено народу.
— К сожалению, — продолжила герцогиня таким тоном, что стало ясно: ей нисколько не жаль. — У нас нет возможности уничтожить королевские артефакты. Поэтому у династии не должно оставаться наследников. И да, твоя судьба незавидна. Но мы готовы дать тебе выбор. Ты можешь закончить жизнь в тюрьме Рок или будешь сопровождён в Кастилию, и после объявления об отречении тебе принесут твоё любимое вино…
— …с ядом, — закончил за неё Георг.
— Я всегда знала, что ты понятливый мальчик, — согласилась герцогиня.
Все остальные напряжённо молчали.
— А если я не подпишу отречение, что тогда?
— Тогда начнётся война, — сказал граф Манори. — Мы знаем всех, кто готов встать на вашу сторону, но опережаем их. Никто не хочет, чтобы лилась кровь наших соотечественников, но если вы не подпишете отречение, мы пойдём на это и поднимем большой бунт, а у вас нет власти нас остановить.
Георг тяжело вздохнул.
— У вас, конечно, и документ уже готов?
Герцогиня кивнула, и князь Велицкий достал бумагу и передал Георгу.
Георг не глядя подписал. Таков характер: раз приняв решение, уже не колебался. Он не раз смотрел смерти в лицо и решил, что смерть от яда недостойна солдата, поэтому сказал:
— Я выбираю Рок…
Спасибо за ваши комментарии и подписывайтесь на канал чтобы не пропустить новые главы