Четвертый день был тяжёлым, но я начал чувствовать, как напряжение немного отпускает. Однако на пятый и шестой я снова оказался на грани. Желание курить стало почти невыносимым. Моменты, когда я чувствовал, что всё-таки могу забыть о сигаретах, чередовались с приступами почти панического желания вернуться к привычке. Я проклинал каждый миг, когда ощущал это невыносимое напряжение в груди.
Каждый новый день – словно шаг в неизвестность. Иногда я ловил себя на мысли, что что-то не так, что мир вокруг стал немного другим. Я будто заново учился дышать. Это чувство лёгкости в дыхании меня иногда пугало. Я не мог привыкнуть к тому, что мои лёгкие наполняются воздухом, а не дымом. Каждый вдох был более насыщенным, и это ощущение сначала казалось непривычным, даже тяжёлым, хотя оно должно было приносить радость.
Нервозность не покидала. Я становился раздражительным, резким. Малейшая мелочь могла вывести меня из себя, а потом резко накатывало чувство усталости, будто я пробежал марафон. Всё казалось слишком быстрым и слишком громким, а внутренний диалог – запутанным и полным хаоса.
Еда стала важной. В такие моменты я всё чаще направлялся к холодильнику, почти механически разгадывая, что съесть, чтобы успокоиться. Сладкое, солёное, горькое — всё казалось нужным. Всё, что могло заменить сигарету, казалось мне оправданным. В глубине души я знал, что это временно, что привычка сменяется новой, но борьба с собой выматывала.
Но был и светлый момент, хотя бы один, в конце каждого дня. Когда наступала ночь и я ложился в постель, я чувствовал, как в теле появляется какая-то новая сила. Не энергия, не подъём, а именно сила, которая подталкивает к переменам. Это был некий внутренний, почти неощутимый, фундамент, который я выстраивал день за днём, преодолевая каждый новый шаг.
К девятому дню мне стало легче. Я начал замечать, что раздражение уходит, хотя и не исчезло полностью. Появилось какое-то странное ощущение уверенности — я понял, что смог перешагнуть через ту тяжёлую точку, которая всегда наступала после первого сильного кризиса. Желание курить, почти исчезло, стало менее настойчивым и едва уловимым. Я уже не считал каждую минуту, и не думал о каждой фразе, которую готов был сказать себе. В голове уже не было такого бешеного бриза мыслей. Я научился просто быть. Перед выходом на улицу, уже не думалось взял я с собой электронку или нет.