Был некогда в литературе популярен жанр рождественских (или святочных) рассказов. Например, «Рождественская песнь в прозе: святочный рассказ с привидениями» Ч.Диккенса, считающегося основоположником жанра, или «Мальчик у Христа на ёлке» Ф.Достоевского. Как правило, это было какое-то поучительное повествование о том, как вера и любовь к Богу помогают победить порок, предрассудок, спасают в трудную минуту и т.д. В творчестве Н.С.Лескова святочные рассказы занимают особое место. Ну, а поскольку сегодня эта тема занимает многих, предлагаю вам познакомиться с тремя замечательными рождественскими историями этого самобытного писателя.
История первая. Обман
Думаю, за одно только это произведение не бывать Лескову в числе классиков русской литературы. А всё потому, что только слепой не увидит здесь явный антисемитизм. Слепые и видят. А слепых, в случае с Лесковым, всегда большинство. На самом деле писатель по поводу «еврейского вопроса» даёт возможность высказаться одному из героев. Он и высказывается в том духе, что, мол, «есть люди хуже жидов», например, румыны. Современный читатель сразу же вспомнит героя В.Сухорукова из фильма «Брат-2» и увидит уши иронии. Впрочем, надо читать – пересказ всё равно не передаст всех нюансов, которые составляют главную прелесть рассказа.
Но раз некоторые настаивают, то вот вкратце сюжет.
Один из пассажиров поезда, обсуждающих под Рождество различные проблемы, в том числе «еврейский вопрос», рассказывает поучительную историю об обманутых офицерах, мечтающих о любви и в ожидании её проигрывающих свой заработок в карты. Мошенники, как положено, в святочных рассказах, получают по заслугам. Хотя, честно говоря, воздаяние довольно странное. Лесков – реалист, так что никаких призраков, ангелов и чудес. Лучшее средство от мошенников – либо палка и кнут, либо… другой мошенник.
Увидел я как-то в списке внеклассного чтения этот рассказ. Для шестиклассников! В интернете можно найти отзывы из читательских дневников. Если вы не вдоволь посмеялись, почитайте. Ну, ладно карты, офицеры, купоны, но любовь за деньги! Что думают об этом шестиклассники? Очень интересно. Хотя мне, конечно, больше интересно, читали ли рассказ те, кто составлял список для чтения. По-моему, рассказ исключительно для чтения совершеннолетними. Дети в лучшем случае не поймут.
История вторая. Жемчужное ожерелье
Как и в рассказе С.Моэма, о котором я не так давно писал, речь здесь идёт про фальшивый жемчуг. Опять мошенники! Куда без них в святочном рассказе Лескова? Вообще, в авторских отступлениях можно найти довольно интересные мысли о самом жанре святочного рассказа.
Впрочем, жемчужно-нежемчужное ожерелье – это всего лишь вещь. Главное, конечно, человеческие отношения. События начинаются, как положено, на святки. Брат рассказчика, «точно его какая муха укусила», в одночасье решил жениться. Возникает иногда у людей такое желание. Правда, чаще оно зреет годами, а тут «сделаем это по-быстрому». Что удивительно, некоторые потенциальные невесты к такой скорости принятия решений изначально готовы. Так и случилось. Любовь с первого взгляда и свадьба на вторую неделю знакомства. На Крещенье: на святочных неделях ведь нельзя. Ну, а в чём, собственно, было мошенничество и было ли оно в самом деле (чем закончилась история, понятно: это ж рождественский рассказ), узнаете сами, когда прочитаете.
А вот то, что этот рассказ редко предлагают для чтения школьникам даже старших классов, по-моему, зря. Вроде и «еврейского вопроса» здесь нет. И никаких моментов 18+, как в «Обмане» или «Леди Макбет Мценского уезда». Нельзя в школе святочные рассказы читать? А еретические притчи Льва Толстого можно? Знакомой четверокласснице задали на каникулы его «Чем люди живы». Ещё бы «Дьявола» предложили! Жгут лицейские учительницы! Наверное, на летние каникулы «Нану» Э.Золя зададут. Всё ж по возрасту, не правда ли?
История третья. Старый гений
Саму историю вы, конечно же, сами прочитали или прочитаете. Я предлагаю её фрагмент, позаимствованный из сборника Р.Дощинского и И.Цыбулько «ЕГЭ-2024. Русский язык. Экзаменационные варианты» (стр.138-139):
(1)Несколько лет назад в Петербург приехала маленькая старушка-помещица, у которой было, по её словам, «вопиющее дело». (2)Дело это заключалось в том, что она по своей сердечной доброте и простоте, чисто из одного участия, вошла в положение одного великосветского франта и выручила его из беды, заложив для него свой домик, составлявший всё её состояние. (3)Дом был заложен за пятнадцать тысяч, которые бессовестный франт полностью взял с обязательством уплатить в самый короткий срок.
(4)Добрая старушка этому верила, да и не мудрено было верить, потому что должник принадлежал к одной из лучших фамилий, имел перед собою блестящую карьеру и получал хорошие доходы с имений и хорошее жалованье по службе. (5)Денежные затруднения, из которых благородная старушка его выручила, были последствием какого-то мимолётного увлечения или неосторожности за картами в дворянском клубе, что поправить ему было, конечно, очень легко, «лишь бы только доехать до Петербурга».
(6)Старушка знавала когда-то мать этого господина и, во имя старой приязни, помогла ему. (7)Он благополучно уехал в Питер, а затем, разумеется, началась довольно обыкновенная в подобных случаях игра в кошку и мышку. (8)Приходят сроки, старушка напоминает о себе письмами. (9)Сначала самыми мягкими, потом немножко пожёстче и, наконец, жёсткими – она бранится – намекает, что «это нечестно». (10)Но должник её был травленый зверь и всё равно ни на какие её письма не отвечал.
(11)А между тем время уходит, приближается срок закладной – и перед бедной женщиной, которая уповала дожить свой век в своём домишке, вдруг разверзается страшная перспектива холода и голода с увечной дочерью и маленькою внучкою.
(12)Старушка в отчаянии поручила свою больную и ребёнка доброй соседке, а сама собрала кое-какие крохи и полетела в Петербург «хлопотать».
(13)Хлопоты её вначале были очень успешны: адвокат ей встретился участливый и милостивый, и в суде ей решение вышло скорое и благоприятное. (14)Но как дошло дело до исполнения – тут и пошла закорюка, да такая, что и ума к ней приложить было невозможно. (15)Не то чтобы полиция или иные какие приставы должнику мирволили – говорят, что тот им самим давно надоел и что они все старушку очень жалеют и рады ей помочь, да не смеют… (16)Было у него какое-то такое могущественное родство или свойство, что нельзя было его приструнить, как всякого иного грешника.
(17)О силе и значении этих связей достоверно не знаю, да думаю, что это и не важно. (18)Не умею тоже вам рассказать в точности, что над ним надо было учинить, но знаю, что нужно было «вручить должнику с распискою» какую-то бумагу, и вот этого-то никто не мог сделать. (19)К кому старушка ни обратится, все ей в одном роде советуют:
— Ах, сударыня! (20)И охота же вам! (21)Бросьте лучше! (22)Нам очень вас жаль, да что делать, когда он никому не платит… (23)Утешьтесь тем, что не вы первая, не вы и последняя.
(24)И вопрошаемые на неё только посмотрят да отвернутся или даже предложат идти высшим жаловаться.
(25)Ходила она и к высшим. (26)Там и доступ труднее, и разговору меньше, да и отвлечённее. (27)Говорят: «Да никто не знает, где он, о нём доносят, что его нет!»
(28)И приезжает ко мне старушка в состоянии самой трогательной и острой горести. (29)Во-первых, настаёт Рождество; во-вторых, из дома пишут, что дом на сих же днях поступает в продажу; в-третьих, она встретила своего должника под руку с дамой, и погналась за ними, и даже схватила его за рукав, и взывала к содействию публики, но это повело только к тому, что её от должника с его дамою отвлекли, а привлекли к ответственности за нарушение тишины и порядка в людном месте. (30)Ужаснее же этих трёх обстоятельств было четвёртое, которое заключалось в том, что должник старушки добыл себе заграничный отпуск и не позже как завтра уезжает с роскошною дамою своего сердца за границу, где, наверное, пробудет год или два, а может быть, и совсем не вернётся, «потому что она очень богатая»…
(31)Завтра, стало быть, конец этой долгой и мучительной комедии: завтра должник несомненно улизнёт, и надолго, а может быть, и навсегда…
Я всегда с неодобрением отношусь к таким вот вырванным из контекста произведения «фрагментам». Увы, высосанное из пальца какого-то деятеля от образования задание 27 ЕГЭ по русскому языку иного и не предполагает. Тут либо нарезка из публицистической статьи, либо коллаж из произведения художественной литературы. И ведь выпускники должны не эпизод анализировать (анализ эпизода, естественно, должен быть связан с произведением в целом), а «текст». Всё-таки в результате мы имеем дело с текстом не Лескова, Толстого или Лихачёва, а того, кто над их текстами поработал. И идея получившегося текста не всегда совпадает с настоящей авторской позицией.
Ниже предлагаю сочинение в формате задания 27. Правда, написано оно не сегодня, а следовательно, не учитывает новейшие требования к этому заданию.
Все ли равны перед законом? Над этой извечной проблемой заставляет задуматься текст Н.С.Лескова.
Писатель рассказывает о том, как старушка-помещица стала жертвой мошенника, «великосветского франта», и приехала в столицу за справедливостью – «хлопотать». В тексте показано противоположное отношение представителей государства к представителям разных общественных слоев. Закон строг по отношению к слабым: долг со старушки обязательно взыщут, и она окажется на улице, выселенная из своего дома. Кроме того, ее, когда она попыталась воззвать к общественному мнению, «привлекли к ответственности за нарушение тишины и порядка в людном месте». К мошеннику, обманувшему многих людей, наоборот, нельзя применить никакие меры. Как объясняет рассказчик: «Было у него какое-то такое могущественное родство или свойство, что нельзя было его приструнить, как всякого иного грешника». Более того, должник вот-вот уедет за границу, где окончательно скроется от наказания.
Этими примерами Н.С.Лесков показывает, насколько разным бывает правосудие в зависимости от общественного положения. Позиция его такова: законы в нашей стране обязательны для всех, кроме представителей элиты.
Святочный рассказ Н.Лескова заканчивается хорошо для жертвы произвола. Ей на помощь за небольшую плату приходят «честные» аферисты, которые вынудили «молодого франта» рассчитаться со старушкой, чтобы получить разрешение на выезд. Так в реальности бывает крайне редко. За мелкие, незначительные нарушения представители закона спросят по всей строгости с бессильных, а сильных мира сего, как правило, не наказывают даже за серьезные преступления. Например, не раз известные люди (Э.Радзинский, Н.Дроздов, А.Большова и другие) сбивали на машине простых людей и уходили от ответственности. Лишь политически неблагонадежный артист М.Ефремов получил реальный срок за смерть человека в результате ДТП, в котором был виновен.
А любите ли вы произведения Лескова? Я как-то уже говорил, что восхищаюсь его малой прозой, но совершенно равнодушен к крупной.
Как вы считаете: могут ли современные школьники понять хоть одно его произведение без посторонней помощи? Мне кажется, что даже хрестоматийного «Левшу» они не осиливают, не говоря уж об «Очарованном страннике». Нужен ли Лесков в школьной программе?
А всех православных поздравляю с Рождеством!