Своего отца Ольга никогда не видела. В детские годы у неё было желание иметь отца, чтобы было, как у всех. Она замечала, как за другими детьми приходят папы, как они могут поднять их на руки, слышала уже в подростковом возрасте, как кто-то любил отца или ненавидел, но у неё же не было никаких чувств к мужчине, благодаря которому появилась на свет.
- Зачем тебе это? Не нужна ты ему, чего будешь унижаться и напрашиваться, - так говорила мать, когда Оля в уже юношеском возрасте собиралась разыскать отца, а ещё раньше мать находила иное объяснение, - такая у нас доля, деточка, без мужиков жить. Бабушка твоя так живёт, я одна, а может и ты будешь. Ничего плохого в этом нет, может так и спокойнее.
Действительно ли так спокойнее, правда ли одной лучше, Оля сказать не могла, так как опыта отношений у неё не было. К 32 годам одноклассницы уже разводились и во второй раз, а она всё оставалась в девках, пока не подвернулся Антон.
Лариска, подруга Ольги, постоянно с ним ругалась, да выгоняла его из своей квартиры, словно провинившегося щенка. Чуть что не по её, так сразу же за порог.
У Ларисы имелась своя квартира, девушка она была видная, симпатичная, ухоженная. Было с чего. Работала молодая особа специалистом по кадрам на заводе, начальник её жаловал, периодически премии подкидывал.
Подруге было столько же лет, сколько и самой Ольге, у неё тоже не было детей, но вот качество жизни вовсе иное. Квартира была приобретена девушкой в ипотеку, которую та уже и выплатила. Оля же не могла себе позволить такую роскошь, как личное жильё.
- Ну и чего завидовать? – успокаивала мать, - она вон банкам этим столько денег отваливает, на них только и работает, а ты живи у меня, чем плохо?
И Оля продолжала жить с матерью, не отдавая свои кровные этим крохоборам, что по словам матери, обдирали её подругу. Только вот к 32-ти годам Лара могла себе позволить больше, чем Оля в это же время.
С Антоном познакомились обе девушки, когда ходили на Новый год в караоке. Молодой парень был слегка под шафе и тут же приклеился к дамам, а приглянулась ему, конечно же, Лариса.
В ту ночь Антон остался ночевать у Ларисы, оставаясь там куда больше, чем на одну ночь. Парень был на пять лет младше своей возлюбленной, постоянного места работы не имел, всё себя искал, из-за чего собственно в паре и были частые разногласия.
Полгода назад Антон позвонил Оле, сообщая, что её подружка вновь его прогнала. Он изливал ей душу, ругался, жаловался на жизнь, рассказывая о личных трудностях, а позже спросил дома ли она. Мать как раз на даче осталась ночевать, поэтому Оля пригласила Антона к себе.
Долгое время парень рассказывал про последнее место работы, про то, как начальник к нему был не справедлив, как Лариса вовсе его не понимает, не ценит и не замечает сколько всего он делает для неё. А после как-то за разговором всё у Оли с Антоном и получилось.
Это был её первый мужчина. Проснувшись утром, Антон в попыхах собирал вещи, словно побитая собака, не поднимая глаз на Олю, не пытаясь с ней заговорить или обсудить то, что было. Она прекрасно понимала, что не любит он её, по пьяни получилось между ними, но всё же только о нём и думала последние полгода. Знала прекрасно Оля, что такую, как она, Антон никогда не полюбит.
А кого любить? Вернее, что в ней можно полюбить? Никогда Оля не отличалась особой красотой. Не было в ней шарма, умения себя преподать, какой-то уверенности или отчаянности, как в других девушках.
К тому же своё добавлял излишний вес, тяжёлая походка, отсутствие красивых волос и умения ухаживать за собой. Её мать никогда не красила ногти или ресницы, не считала нужным и дочери делать этого не советовала.
- Клоун ты что ли? – говорила мать, когда Оля пыталась интересоваться косметикой в своё время.
Если в лет пятнадцать в её мечтательной голове ещё были какие-то ожидания на счастливую семейную жизнь и на встречу с прекрасным человеком мужского пола, то с годами она прекрасно понимала, что век ей куковать одной, как матери или бабушке.
Но у матери всё же в 28 лет уже появилась хоть одна дочь. А вот у неё ребёнка так и не было. Даже шанса забеременеть хоть от кого-нибудь не возникало. Сама Оля успокоилась по этому поводу, разочаровавшись в жизни и проводя её в тоске и серых буднях.
Продолжала она завидовать соседкам, ведущим детей из детского сада, одноклассницам, что после развода тут же выскакивали вновь замуж, даже матери, которая в своё время смогла родить ребёнка, имея за плечами маломальский опыт общения с мужчинами, что позволяло ей на полном основании обзывать всех козлами.
- Хоть роди кого-нибудь, - сокрушалась мать над судьбой дочери, - такая же горемыка, как я.
- Мам, от кого я тебе рожу? Не могу же я подойти к постороннему человеку и попросить сделать мне ребёнка.
После той ночи, когда Оля наконец-то буквально случайным образом потеряла девственность, Антон вёл себя так, будто бы и не было ничего, а Оля продолжала вспоминать тот вечер, постоянно прокручивая весь разговор с молодым человеком, в поисках хоть какой-то симпатии с его стороны.
***
Присмотревшись к уже застывшему воску, Ольга тоже разглядела петуха, только вот никак не могла понять, как именно колдун мог определить, что он чёрный.
- Порча на мне? – Оля попыталась предугадать дальнейший ход событий.
- На тебе нет, ты и без порчи бы свою жизнь так провела, - Иван вновь скривил слегка губы, будто бы выражая своё пренебрежение к молодой особе.
- Как так? – она чуть отвела плечи назад, опуская демонстративно голову вниз, - я не так живу?
- С чего взяла? – Ваня словно бы понял, что сказал что-то не совсем вежливое, поэтому тут же извинился, - ты не серчай, я стану говорить всё, что в голову придёт. Сложно думать ещё над подбором выражений, когда информация показывается. Тут бы самое главное всё передать.
- Хорошо, конечно, - она набрала воздуха, после решив высказаться, пока колдун продолжал задумчиво всматриваться в отлитый воск, - а может и правы вы. Я бездарно провожу свою жизнь. Работа у меня и правда не пойми для чего: ни денег, ни удовольствия. Внешность страшная, поэтому и мужика нет. Подруг тоже толком и не было, даже в детском саду чаще всего одна играла. Живу в 32 года с матерью, нигде не была, кроме своего города. Для меня поездка к вам и то подвиг, долго я упиралась, ехать не хотела.
- А что в тебе страшного? – Иван зацепился лишь за одно услышанное им высказывание.
- Ну что вы не видите, что ли? Толстая я, волосы так себе, лицо круглое, не красивое, даже косметикой такое не исправишь.
Иван прищурился, чуть наклоняя голову вперёд так, словно бы плохо видел что-то перед собой.
- Красота тут никак не влияет. Все находят себе пару, так природа устроена.
- Но вы вот тоже вроде бы один, так тётя Вера сказала, почему вот у вас нет никого? – Оля с любопытством поглядывала на колдуна, - мужиков в деревне немного, вам легко найти жену, так почему же вы один?
- Не настал мой час, - Иван отвернулся, сливая новый нагар свечи в воду, приглядываясь к тому, что получается, - красавицы, не красавицы, все замуж могут выйти. Нет никакого запрета. Тут дело не в этом, вот посмотри, клюка его, родственничка твоего.
- Какого родственника? Мы с матерью вдвоём живём, ещё бабушка есть в соседнем подъезде. И всё, мужчин у нас и нет в родне, бабье царство у нас.
- И папка твой один, сильно алкоголью пахнет, а ещё чем-то, как картошкой гнилой, болеет видимо. Надо ему завязывать, а то ещё годок и всё, на тот свет отправится, да и смерть у него будет плохой, - Иван то принюхивался, то смотрел на огонь или тот воск, что только что отлил на воду.
- Нет у меня отца.
- Как же нет, у всех есть, деточка, - Иван хоть и был немного младше дамы, расположившейся напротив него, но говорил с родительской ноткой в голосе, - не бывает так, чтобы дитя без отца на свет появилось.
- Мама говорит, что козёл отец мой, смылся ещё до рождения, никогда не появлялся, - обиженно сообщила Оля.
- Несчастный твой отец, одинокий и больной, а смыться можно было бы, если знал бы твой отец о твоём существовании, а так и винить его незачем.
- Не поняла, мать говорила, что он смылся и больше не общался с ней никогда.
- Врёт маманя твоя, - Иван улыбнулся, вновь приподняв левую губу, - брешет. Свои у неё может быть мысли, но тебе надо бы срочно найти отца. Нужна ты ему, как появишься, так ему лучше станет. Только ты на него и сможешь повлиять, да и тебе он нужен, чтобы от одиночества избавиться.
- Где же я найду его? – Оля удивлённо смотрела на колдуна.
- Не прятался он, легко найдёшь. Мать скажет, как миленькая. Мелочи это. А вот с родственничком твоим надо бы поработать.
- Да с каким родственником? – Оля начинала из себя выходить, так как информация, исходившая от колдуна шла вразрез того, что она ожидала услышать.
- Твоим же, ну не моим же. Он такое при жизни творил, что нет его, а ты вон и сейчас в девках ходишь. Крепкий дедок. Поколений пять назад жил, колдовал крепко, только не чист на руку был. И сейчас он не спокойный, надо бы утихомирить и дать понять, что его власть окончена.
- Ох, Иван, не пойму я вас совсем.
- Сейчас и не поймёшь, только вот, что я тебе скажу, как отца найдёшь, да узнаешь историю своего рождения, так ко мне и пожалуешь ещё раз.
- Как так? – Оля была растеряна, когда поняла, что её и выпроваживают уже прочь, - а как же порчу снять? Может отлили бы с меня плохое всё, может на мне саван на одиночество есть или омут какой?
- Нет ничего на тебе, ты просто живёшь, как запрограммированная, по стопам поколения своего.
- Как же нет, но ведь одна я, не замужем в 32 года, дитя нет.
- Всё будет, если тебе надо, только начни делать, а не мечтать. Отца, когда найдёшь, породнись с ним. Нужна ты ему, и он тебе тоже. Про этого парня непутёвого забудь, не нужен ни тебе такой, ни подруге твоей. У той лучше имеется. Скоро расскажет она тебе.
Оля ехала обратно, периодически вздыхая от всего того, что услышала от Ивана. Ждала она, что снимут с неё проклятье какое-нибудь, что скажут, будто бы кто-то зла ей желал, а получилось вовсе иначе.
Иван про отца какого-то твердил, искать его заставлял. Вот Оля и не могла понять, как ей действовать дальше.