Возможно, по пути на дачу Вы не раз проезжали село Вороново, что в 40 километрах от МКАДа по Калужскому шоссе, но при этом и не знали, что мчитесь через бывшие владения одного из ключевых персонажей «Сказания о Мамаевом побоище», славного воеводы Боброк-Волынского, как и то, что всего в паре метров от дороги, за забором здешнего санатория, скрыто очень и очень интересное место, со своими секретами и до сих пор неразгаданной тайной.
Действительно, о родоначальнике крепкого семейства Волынских даже известное известно лишь немногим: сын литовского князя на Волыни - отсюда и его прозвище, ставшее родовой фамилией, выехав в Москву с большим двором, он был принят с честью на службу к Великому князю Дмитрию Ивановичу, выдавшему в итоге за него свою сестру.
Перед Донским сражением Боброку было доверено расставлять русские дружины на Куликовом поле.
В этой связи вполне допустимо предположение, что именно он и был инициатором формирования Засадного полка, который возглавил вместе с двоюродным братом Великого князя Московского Владимиром Андреевичем Серпуховским.
После кровавой бойни с Мамаевыми ордами в документальных источниках Боброк-Волынский упоминается только однажды: между 13 апреля и 16 мая 1389 года он первым из десяти бояр подписался под Духовной Грамотой (второй) Дмитрия Донского.
Потом сведения о нем исчезают.
На фотографии: «Посещение Дмитрием Донским Сергия Радонежского перед походом против татар в 1380 году» (Логановский А.В.,1847 - 1849 гг.), фрагмент горельефа с Храма Христа Спасителя.
Мрамор. Восточная стена Донского монастыря, Москва.
Изображены слева на право: монахи-войны Пересвет и Ослябя, Cергий Радонежский, Дмитрий Донской, воевода Боброк-Волынский, удельный князь Владимир Серпуховский.
Считается, что первым известным владельцем села Вороново был правнук храброго воеводы, носивший прозвище «Вороной», почему его потомки и стали именоваться Вороновыми-Волынскими, а селение - «Вороновым».
Оно неоднократно переходило из рук в руки, когда по завещанию, когда из-за долгов, а когда и из-за коварства высших сановников.
Среди хозяев имения были: Воронцовы, Ростопчины и Шереметевы, а самой знатной гостьей за это время - Екатерина II.
Все сохранившиеся усадебные постройки занимают лишь часть ее некогда огромной территории. Уцелели:
• Главный господский дом - образчик эклектики XIX века, построенный архитектором Н.А. Львовым.
• Сооруженные в середине XVIII столетия Карлом Бланком церковь Спаса Нерукотворного Образа с отдельно стоящей колокольней и павильон «Голландский домик» (редкий для Подмосковья тип парковой постройки, характерный скорее для предместий Петербурга).
• Оставшаяся от конного двора мощная двухъярусная башня
да
регулярный липовый и пейзажный парки рубежа XVIII - XIX веков с большим прудом.
С приходом к власти большевиков усадьба была национализирована. В 1949 барский дом перестроили, в нем основали санаторий (теперешнее название - Лечебно-реабилитационный центр Минэкономразвития России «Вороново»), а через 30 лет на территории появился и жилой корпус в стиле советского модернизма.
На фотографии: Главный усадебный дом-дворец.
Первый был деревянный, каменный появился здесь при Воронцовых во второй половине XVIII века.
На фотографии: Родовой герб Шереметевых.
«Голландский домик» выглядит вполне себе уютно. Дух маленькой Голландии в Вороново поддержан Малым прудом, имитирующим гребной канал.
Главным декоративным элементом фасадов двухэтажного строения является высокий ступенчатый щипец, украшенный с боков волютами (архитектурный мотив в форме спиралевидного завитка с «глазком» в центре).
Правильная конфигурация Большого пруда, усложненная Малым у «Голландского домика», навевает некоторые ассоциации с водными устройствами Кускова, что, конечно, не случайно, так как пример этого роскошного дворцового комплекса, соответствующего общим тенденциям садово-паркового искусства 1760-х годов, несомненно, влиял на строителей подмосковных усадеб.
В 1801 году в Вороново, купленном у графа Бутурлина за 320 тысяч рублей, появился его новый владелец - опальный граф Ростопчин.
На фотографии: Граф Ф.В. Ростопчин. Портрет художника О.А. Кипренского, 1809 год.
Отставленный от службы в начальную пору царствования Александра I он решил без дела не сидеть, а преобразовать сельское хозяйство в отдельно взятом имении, сделав его образцовым и максимально прибыльным.
Поначалу Федор Васильевич посеял на своих полях американскую пшеницу и придумал удобрять ее илом, известью и навозом, а почву дезинфицировать медным купоросом. Затем он совершенствует орудия труда - молотилку и соху. Но и это еще не все.
Выписав из-за границы кровных арабских и английских скакунов, граф-энтузиаст открыл конный завод, где была выведена новая порода верховых лошадей.
На фотографии: Угловая башня конного двора.
Рассчитанный на 100 лошадей он представлял собой монументальное сооружение, включающее три одноэтажных корпуса, окружавших в виде буквы «П» большую площадь-манеж. Башни, перекрытые невысокими шатрами, акцентировали наружные углы комплекса.
На фотографии: Церковь Спаса Нерукотворного Образа с отдельно стоящей колокольней - усыпальница четы Воронцовых (надгробия утрачены). Выстроенный к 1762 году знаменитым московским зодчим Карлом Бланком храм в советское время не закрывался, благодаря чему его первоначальный интерьер сохранился до наших дней.
За пределами усадьбы, через дорогу, - два здания, исторической ценности не имеющие, но внимание к себе привлекающие: в одном - местная картинная галерея, в другом, интригующий своим названием, - Концертный зал имени Шаляпина (зовущийся теперь - «Вороново Клубъ»).
Галерея разместилась в корпусе бывшей приходской школы, выстроенном еще в XIX веке на средства семьи Шереметевых. Античных мраморных фигур и прочих художественных ценностей из господского дома здесь не встретить, зато с избытком творений директора процветавшего в советские времена Вороновского животноводческого совхоза и скульптора по совместительству, товарища Гончарова Е.М..
В коллекции, правда, представлены работы и Дейнеки, и даже одного из столпов русского авангарда, а потом и социалистического реализма - Петра Кончаловского, скульпторов - Льва Ефимовича Кербеля и Вучетича.
Чуть в стороне от галереи - дом с колоннами, построенный в 1917 году как народный театр специально к выступлению в нем Шаляпина. Федор Иванович в Вороново так и не приехал, но память о себе оставил.