Солдаты старой японской армии исчезли. Наступило новое время. Также в течение первых лет вступления общей воинской повинности Meiji-tennо в 1873 году (Meiji 6) закон применялся не настолько строго как первоначально было запланировано. Хотя за основу брали уставы европейских офицеров, в частности, немцев и французов, все же, последовательное преобразование формировалось трудно. Рекрутами были в 20 летнем возрасте, и каждый мужчина 17 лет мог быть принят в национальную армию. При этом приблизительно 85 %, все 20-летние мужчины отстранялись от службы. Также от службы отстранялись люди, у кого был рост менее 150 см, больные, чиновники, ученики военных академий, семейные начальники, и т. д. Кроме того, было возможно выкупить себя за 270 yen от воинской повинности. Поэтому груз неприятной службы оставался простым крестьянам, которые не могли достать необходимые деньги. Немного позже правда армия стала оправляться от такого положения, и в армию стали приходить люди из shisoku, предыдущего аристократического двора – они были офицерам. Простой человек мог стать в те времена только капитаном, даже если бы в принципе и через закон военная карьера была открыта для них.
Теперь, так как для Такамацу военная служба была запрещена, он мог бы стать наследником фабрики как старший сын. Но он не хотел этого ни когда. Такамацу не был торговым коммерсантом, ни бухгалтером или адвокатом и он это знал. Узость крупного города и не особенно сильная семейная почва, помогли Такамацу решить свой путь. Дедушка умер, и находился теперь в лучшему миру, Ishitani sensei ушел от его немного месяцев позже. Итак, что держало его еще в Kобе? Что держало его вообще еще в Японии?
- Ничего, для чего тогда оставаться здесь.
Таким образом, он все же в 1910 отправился в путь на чужбину. Цель была бескрайняя ширина Китая. В противоположность некоторому другому современнику, который оберегал похожие намерения, его предпосылки были по возможности благоприятны для такого приключения; однажды, несмотря на его budо и shinobi, которые оказались позже неоценимы для него, спасали ему часто жизнь, он говорил наряду с английским языком также еще по-китайски. Также, молодой Такамацу мог уклоняться от опасностей благодаря своему чутью (шестому чувству). С одной стороны, прибывающий на грузовом судне юный Такамцу не знал, что ждет его в чужой стране, ведь он покидал свою родину. Что двигало этим юным человеком, это возможно будет тайна, но одна из причин, уже позже Такамацу утверждал официально - было, что он хотел проверить свои боевые технические способности. В Японии из-за строгих законов, не возможно было в полной мере испытать все формы знаний, которые преподавали ему его учителя. Эта потребность была видно очень нужна, молодому Такамацу.
Если бы мы сегодня хотели также отправиться в путешествие, то поездка начиналась бы с планирования определенной программы. Мы могли бы посетить только те места, которые известны как культурные. Посещали бы места и населенные пункты, в которых жизнь проходит в упорядоченных правилах. Так происходит сейчас везде в нашем 20 столетия. Но в то время было все неизвестно, человек не мог спланировать, что же там будет и Такамцу по-видимому был окружен разнообразными опасностями, с которыми должен был бороться.
Но все же в начале 1911 (Meiji 44) он сел на судно из Kоbe, и держал курс на Китайское море со многими другими многочисленными пассажирами.
Таким образом, его первая большая поездка вела его в „империю середины". Разумеется, пункт назначения была сначала, скорее всего - Маньчжурия, в город Тинсина, в Китайской Народной Республике. Эта область была в ту дату еще не под японским веденьем, а так называемой „Немецкой областью аренды в Восточной Азии".
Скорее всего, Такамацу при его первой поездке на китайскую землю задержится, в местности, где жили многочисленные японцы, которые там обосновались (легально или не легально). Тогда Такамацу работал, вероятно, в разных местах и разных профессиях. Это было в конце октября при подготовки дня рождения Meiji-tennо 3 ноября, который праздновался, само собой разумеется, также в японских анклавах. Такамацу, который был занят, вероятно, в администрации, получал декорацию у нескольких местных китайцев. Тогдашний друг по имени Ogasawara руководил группой китайцев и они украшали консульскую крышу. Во время работ доходило, по-видимому, до сильной дискуссии между Ogasawara и рабочими, в ходе которых они угрожали ему бросить его с крыши. Такамацу увидел этот инцидент и сразу поспешил на помощь другу. Но в это время он был встречен и атакован агрессорами на крыше. При этом, Такамацу уклоняться лишь используя только sabaki и выводил из равновесия многочисленных противников, так что они падали с крутой крыши.
Также существует и вторая версия, которая приводила Такамацу якобы даже под убийственным обвинением. Члены одной из банд брали в магазинах деньги (дань) у местных японских торговцев. Такамацу слышал об этом и приходил на помощь землякам. Вооруженные мечами гангстеры атаковали невооруженного Такамацу. Они хотели показать, что тот, кто не согласен с их правилами будет убит. Сначала Такамацу убегал, чтобы достичь крыши. Некоторые следовали за ним, однако, не могли держаться там наверху и падали, причем они падали, к несчастью, на собственное оружие. Другие также заползали и атаковали его, но Такамацу все же использовал только taijutsu и taisabaki, чтобы уклоняться от их ударов. Это влекло за собой, что они получали травму друг от друга и своими же мечами. При этом некоторые падали с крыши и терпели смертельные травмы. Затем согласно хроникам,Такамацу был задержан местной китайской полицией и был поставлен под убийственным обвинением. Судебное разбирательство приводило различные свидетельские показания, тем не менее, доказательство, что сам подсудимый защищался было доказано и обвинение было снято. Обвинение было уже поставлено гангстерам.
Уже почти через один год после его первого пребывания за границей Такамацу вернулся весной 1912(Meiji 45) в возрасте 23 лет назад в Японию. Согласно официально известным сообщениям, у Такамацу было сильно подорванное состояние здоровья и это принуждало его к немедленному возвращению. Таким образом, он возвращался наряду с первыми на чужбине впечатлениями, переживаниями и, конечно, также с многочисленными заболеваниями: тяжелое легочное заболевание, и болезни ног beri-beri. На год раньше, незадолго до его прибытия, в Китае царила эпидемия легочной чумы, которая бушевала в эту дату в Маньчжурии и распространялась до самого Пекина. Вероятно, Такамацу во время пребывания и заболел этой болезнью. Один консультируемый им врач пророчил молодому человеку тогда, что он никогда больше не излечится от этого заболевания. В Японии, дорога вовсе не вела его к отцу, он приехал сначала к бабушке по отцовской линии, которая жила в Higashi Shirake-chо в регионе Гюёго. У нее он искал спокойствие и хотел пытаться сначала вылечить болезнь. Через один месяц после его прибытия бабушка сообщила отцу Такамацу, что его сын прибыл в Японию. Отец не удивился о возвращении его "исчезнувшего" сына и угрожал своей матери, что если она будет продолжать заботиться о его сыне, то он лишит ее любой финансовой поддержке. Она должна была вернуть безотлагательно сына в дом его семьи, чтобы он продолжил следовать за волею отца. Такамацу был возмущен об угрозе своего отца и отказался решительно идти в Akashi. Разумеется, Такамацу не мог подвести свою бабушку и лишить ее финансовой поддержки. И он решался, как уже однажды, уйти на горную, уединенность в регион вокруг Kоbe.
продолжение следует.....