Когда закончилась Великая Отечественная война, на сотрудников всевозможных фильтрационных отделов и лагерей свалился просто колоссальный объем работы. Не просто тысячи, десятки тысяч возвращались домой из Германии. Одних в свое время угнали фашисты на принудительные работы, другие являлись заключенными концлагерей. Но была и еще одна категория граждан, которые часто выдавали себя то за узников концлагерей, то за бывших военнопленных, при этом не имея отношения ни к одной из этих категорий. И сегодня как раз расскажу про одного из таких товарищей, бывшего военного преступника, вычислить которого позволила только чересчур усердная бдительность сотрудника МГБ.
Июнь 1948 года. Германия уже давно капитулировала и была разделена на зоны между странами-союзниками. В каждой из зон существовали свои фильтрационные лагеря. Если в американские и британские приходили в основном бывшие фашисты, которые затем направлялись за океан, чтобы в будущем оказаться сотрудниками местных спецслужб или разведки, то в Советских наблюдался немного иной контингент - бывшие узники и пленные. Однажды в один из таких фильтрационных лагерей, носивший название "Бранденбургский", обратился бывший военнопленный - Чернов Архип Степанович. По крайней мере, именно так он представился. Его вы можете наблюдать на фото выше. Архип Степанович горел желанием скорее отправиться домой, потому как Германия порядком ему надоела. Однако, сотрудника спецслужб, который общался со всеми, проходившими фильтрационный лагерь, насторожил один момент - на дворе 1948 год, война давно закончилась, почему Чернов только сейчас надумал отправиться домой, чем он занимался все это время?
Когда сотрудник МГБ стал напрямую интересоваться тем, чем занимался Чернов последние три года, тот рассказал ему красивую слезливую историю. Еще в первые недели войны, при обороне Лужского рубежа, Архип Степанович попал в плен. Повоевать толком не успел, как его контузило, а пришел в сознание он уже только в лагере для военнопленных. Сам бы ни за что в плен не сдался, но, так уж получилось. Странным было то, что данный лагерь находился в Нойенгамме, что на северо-западе Германии, а это более чем в полутора тысячах километров от Лужского рубежа, где его контузило. Все время дороги туда Чернов, якобы, находился без сознания.
Чернов находился в данном концлагере всю войну, пока не был освобожден союзниками в апреле 1945 года. После освобождения Чернова перевели уже в американский фильтрационный лагерь, где неоднократно склоняли к сотрудничеству, но он не дрогнул, потому как всегда был верен Советской Родине. Поняв то, что Чернова не склонить на свою сторону, американцы его отпустили на все четыре стороны. Куда было деваться дальше? Чернов за все эти годы достаточно наслушался историй о том, что всех бывших военнопленных без разбора отправляют в Сибирь, в лагеря, чего он очень испугался. Ну и не стал сразу обращаться к нашему командованию, решил пока скитаться по Германии и искать работу где попало, чем и занимался три года, пока совсем не загоревал по дому.
Казалось-бы, стандартная история, которых после войны были десятки. Испугался, не стал обращаться к своим, бродил, подрабатывал и наконец надумал. Сотрудник МГБ таких историй слышал более чем достаточно. Соответственно, не замечая ничего подозрительного, он направил стандартный запрос в ту часть, в которой, со слов Чернова, он служил во время обороны Лужского рубежа. Параллельно сделал запрос американцам и британцам по поводу фильтрационных лагерей. Те, в свою очередь, все подтвердили, мол, действительно был такой, товарищ Чернов. Ну все, ничего подозрительного здесь быть не может, решил сотрудник, как вдруг пришел ответ из части, оборонявшей Лужский рубеж. "Красноармеец Архип Степанович Чернов в списочном составе 191-й стрелковой дивизии никогда не числился".
Вот это поворот! И что теперь делать с этим товарищем? Чернова сразу посадили под замок до выяснения обстоятельств. Однако он решил не испытывать судьбу и сам во всем признаться. Да и не Чернов он вовсе оказался, а Решетников. Решетников не был никаким красноармейцем, потому как в армию с началом войны он идти отказался. Не торопился он идти туда не только по повестке, но и добровольцем, как и уходить в партизаны не желал. Да и вообще, прямо перед началом войны он вернулся из мест заключения и просто жил с родителями в Ленинградской области, не имея никакого постоянного рода занятий. Его жизнь круто изменилась в августе 1941 года, когда их родные места оккупировали фашисты. Решетников с отцом пораскинули мозгами, да и решили податься в полицаи. Ну а почему нет? Немцы вон как красиво про европейское будущее рассказывают, стоит попробовать.
В общем, служили Решетниковы в полиции хорошо. В первую очередь сдали всех земляков, которые так или иначе имели отношение к коммунистам и партизанам. Затем уже подозреваемых стали выдумывать сами. Сам он об этом не рассказывал, это станет известно позже из допросов. Задерживали и сдавали тех, кто совершенно ни в чем не виновен, зарабатывая себе авторитет среди оккупационной власти. Ничего вроде не предвещало беды вплоть до 1944 года, когда ситуация на фронте резко изменилась и фашисты стали отступать обратно в сторону Берлина. Решетниковы не стали долго размышлять и бросив семью направились вместе с ними, причем существенно обгоняя отступавших, потому как уже вскоре оказались на территории Германии.
Интересно сложилась дальнейшая судьба Решетниковых. Добравшись до Мюнхена, младший собрал банду из таких же точно беглецов как и он сам, и стал промышлять грабежами и бандитизмом. А вот что стало со старшим - неизвестно. Такая жизнь не могла продолжаться долго, даже несмотря на то, что страна находилась на военном положении, фронт рушился, вокруг была суета и никакой конкретики относительно завтрашнего дня. Банду Решетникова в итоге вычислили, задержали и приговорили всех ее членов к высшей мере наказания. Однако, здесь ему снова повезло - буквально за день до приведения приговора в действие, в камеру к Решетникову вошел американский офицер, который с порога предложил сотрудничество. Напомню, американцы тоже освобождали некоторые земли от фашистов, хотя и не сказать, что активно участвовали в каких-то крупных сражениях. В общем, Решетников согласился, прошел специальный диверсионный лагерь, получил поддельные документы на имя некоего Чернова и должен был уже отправиться домой, как его на данном этапе вычислил сотрудник МГБ. Сотрудник не стал далее досконально разбираться в деталях, потому как Решетников-Чернов уже наговорил более чем достаточно. Итог - 25 лет лагерей.
Честно отсидев 10 лет в лагерях, а сидеть ему было не привыкать, Решетников стал писать письма напрямую Хрущеву с просьбой о помиловании. Почему именно Хрущеву? Потому, что он в ту пору освобождал от наказания всех подряд, направо и налево, независимо от степени вины. И, о чудо, он действительно смог добиться таким способом амнистии! Все складывалось для него хорошо, необходимо было оформить только какие-то документы, а для этого нужно время. Ну ничего, 10 лет ждал, поэтому подождать еще для Решетникова не составляло особого труда. Однако, амнистии не суждено было сбыться, потому как в дело вмешалась чистая случайность.
Дело в том, что как раз в то время, когда Решетников выбивал себе амнистию, спецслужбы расследовали дело о пособниках фашистов и смогли вычислить некоего бывшего карателя из отряда СС Павла Герасимова. Герасимов был практически неуловим и о нем я еще расскажу позже, потому как там целая детективная история о том, как его ловили. На первый взгляд, дела Герасимова и Решетникова вообще никак не были связаны друг с другом. По крайней мере, на допросах Герасимова никто даже и не думал про такого товарища как Решетников, который сидел где-то далеко в лагере и спокойно ждал амнистии. Однако, на одном из допросов Герасимов несколько раз упомянул фамилию Решетников. Сотрудники спецслужб стали поднимать дела и выяснять, кто это вообще такой. Тут вдруг появилась история с выдуманным Черновым, непонятная ситуация с американским лагерем, 25 лет лагерей и ближайшая амнистия. Нужно было срочно задержать его, пока он не освободился. Но к чему такая срочность?
Как оказалось, Решетников совершенно не являлся безобидным полицаем, которым пытался выставить себя еще тогда перед проверяющими. Да и американцы просто формально подтвердили информацию по Чернову, даже не проверив ее толком. На самом деле, Решетников действительно до войны сидел в тюрьме, правда жил с родителями, нигде не работал и предложил свои услуги немцам. Да вот только служил он у них не полицаем, а сотрудником тайной полиции Гестапо. В его прямые обязанности входило вступать в партизанские отряды, прикидываться больным или раненым, находится как можно дольше в их расположении, ну а затем сообщать все данные своим коллегам. Когда сотрудники Гестапо вместе с карателями накрывали партизанский отряд, Решетникова направляли в другой населенный пункт, где все начиналось по новой. И так на протяжении всей войны. Только официально удалось доказать его причастность к ликвидации фашистами нескольких сотен человек, причем не только из числа партизан, но и среди мирных граждан.
Решетников был довольно ответственным тайным сотрудником, служил на совесть, за что дослужился до звания оберштурмбанфюрера СС и награждения железным крестом 2 степени. Такие награды немцы вручали далеко не каждому пособнику из числа наших сограждан, только особо отличившимся. Но что самое интересное, его не интересовали деньги. Он никогда не просил у немцев дополнительное жалование или премию, только лишь хлебные карточки. Да да, самые обычные хлебные карточки, которые, как он считал, ему обязательно пригодятся в будущем. Он даже соорудил тайник, где хранил их уже просто несметное количество. Видимо как раз ими он и планировал воспользоваться выйдя на свободу по амнистии. Однако, уже в самый последний момент амнистию отменили, а вместо нее он в итоге получил высшую меру наказания...
Читайте также:
Мой канал в Телеграм, где публикую то, что здесь нельзя
Мой блог в Одноклассниках, там можете писать в личные сообщения, отвечаю сразу.
Канал в RuTube, там есть много моих авторских роликов и фильмов