(продолжение)
Всё чаще слышу от коллег жалобы на стариков-родителей.
Мол, обозлились на весь свет, обленились, ничего делать не хотят, целыми днями просиживают в креслах, смотрят телевизор. По квартире даже пройтись – лень! На улицу прогуляться их не вытащить!
Мало того, у некоторых мамы и папы под пенсию вытаскивают все свои самые отвратительные качества характера, «включают» «махровый эгоизм», мол, ухаживайте теперь за нами, детки, убирайте, извините, за нами в туалете, выносите ночные горшки, при всем том, что прекрасно еще ходим, двигаемся, наслаждаемся жизнью на пенсии. А мы и дальше будем свинячить в квартире, разбрасывать «подмоченные» вещи в коридоре, в кухне намеренно швырять остатки еды по пол, мол, детки вернутся с работы, уберут!
У некоторых родители реально сходят с ума. Ночные горшки выплескивают из окна во двор!
- Зачем? - спрашивают. - Что за безобразие?!
- А что?! Никто ж не видит!
- До туалета – три шага! Не смей этого делать!
- Не ори на меня!
- Как ты можешь так опуститься?! Бывший передовик производства, коммунист…
- Не тебе меня учить!
- А кому?!
Старики помнят все свои достижения и заслуги из прошлой жизни, а что еще вчера вечером оскорбил собственного ребенка, которому уже за пятьдесят, который за тобой целыми днями ухаживает, кормит, поит, обстирывает! И это, что называется, деменция.
Для соседей хорошим быть легко. Приветливо улыбнулся из окна во двор, помахал рукой соседу по лестничной площадке, пошутил про погоду и – всё! Ты адекватный и хороший человек!
Для своих же надо постараться! Изо дня в день заботиться, ухаживать, помогать, делать, что еще можешь. Яичницу, например, пожарить себе с семи утра, газ не забыть выключить, дать ребенку в субботний день хотя бы до 10 часов поспать. Ребенок он остается ребенком даже в 50 лет. О нём тоже надо заботиться. Каждый день после работы ему надо заехать к маленькому внуку, прогуляться с ним во дворе, помочь дочери хотя бы привести себя и квартиру в порядок, затем забежать по пути домой в магазин, накупить продуктов дня на два, зайти в квартиру и получить от родителей-пенсионеров, вместо «Здрассьте, как дела!» - «А че так долго?!», «Ты где была?!», «Ты обещала к 7 вечера, а уже полвосьмого». И т.д., и т.п.
У других, родители уже точно сошли с ума, пока дочь на работе, жалуются соседям, знакомым, названивают в милицию, мол, дети хотят их убить, отравить, ограбить, спасите!.. И т.д., и т.п.
Ужасно! Ужасно, что наши любимые родители, под занавес жизни, могут оставить о себе такую жуткую память.
Болезни – болезнями, но держать себя в руках надо! Отставить эгоизм, самолюбование, лень! Отставить командный голос и повелевание! Ваше время прошло! Подчинитесь детям!
Теперь вы - дети! Капризные, непослушные, крикливые, упрямые, бездушные!
Да-да! Чуткая душа иного старческого эгоиста куда-то бесследно исчезает! Место занимает бестактность, бескультурие, обозлённость на весь мир и его окрестности.
Деменция, на мой непросвещенный взгляд, – это отсутствие контроля за самим собой и своими поступками.
Уже упоминал как-то в заметках для Дзена. В астраханские бани близ проспекта Мира в Москве до сих пор ходят старички, 92-94 года! В парилке забираются на второй ярус, куда не каждый молодой сунется, когда на каменку подкинут пару-тройку ковшичков водички!
Один из пенсионеров жил когда-то в огромной коммуналке на Каланчевской улице близ бань. Соблазнили двухкомнатной квартирой аж в Митино, но у метро. Поменялся.
В 87 лет пенсионер продолжает ездить в любимые Астраханские. Как он утверждает, тут парилка лучше, чем даже в Сандунах. Тратит на дорогу только в одну сторону два часа с лишним.
Вот это я понимаю, - традиция и победа над старостью!
- Стареть надо красиво! – повторил чью-то фразу пенсионер в 92 года. – Да, стал многое забывать! – и пояснил:
- Многое ненужное. Перед выходом из квартиры во вторник, в пенсионерский день, собираюсь в баню, обязательно пишу фломастером на запястье «Выключить газ, свет в квартире! Проверить воду и утюг! Запереть входную дверь!» После парилки всё смывается! – пошутил он и сделал еще три захода в парилку.
Вот это я понимаю, бодрость духа!
- А как же хронические болезни?! – спрашиваю.
- Все при мне! – рассмеялся пенсионер. – С веничком дубовым тот же ревматизм отступает. До вторника!
И потряс таблетницей с набором «обязательных» таблеток.
- Выбрасываю некоторые! – пояснил он. – Зачем травить себя химией?!
И то верно!..
В сорок лет с небольшим отвозил я как-то в Подмосковье бывших коллег-женщин, коллег по работе на предприятии Роскосмос, взаимной отработке срока «молодого специалиста». Ездили помянуть на сорок дней нашу общую знакомую, умершую в США от онкологии.
- Отравили химией! – пояснила одна на обратном пути.
- Я ее убеждала приехать в Ленинград, к моему знакомому профессору. Специалисту в области «торакально-абдоминальной» хирургии, - сказала другая и цинично добавила:
- Отхватили бы ей полметра толстой кишки с метастазами и поехала бы себе жить обратно в Америку.
– Она так мечтала с института уехать именно в Нью-Йорк. Жить на Манхеттене. Изучала английский в институте, затем на высших курсах, вышла замуж за уезжающего. Не успела пожить…
- А тебе надо, между прочим, подумать, - обратилась уже ко мне, разведенному, третья коллега, - с кем будешь встречать старость.
- Не собираюсь старость встречать. Буду продолжать жить, - нагло ответил я.
Хотя, признаться, лень, будучи пенсионером, лень себя уже заставлять пробежаться по парку каждый день.
Заставляю. Направляюсь сегодня к парку…
Впереди по аллейке ковыляет пенсионер с «ходунками». Каждый день вижу его на променаде.
Извинился, поздоровался, и всё-таки спросил сколько ему лет. Улыбнулся пенсионер добродушно и спокойно ответил, что восемьдесят семь. Не успел я удивиться упорству человека в годах, как он, шутя, продолжил:
- Пока мне нравится эта цифра - 87.
- Почему пока?!
- Счет «8 – 7»! Пока в мою пользу! – улыбнулся пенсионер. – Не хочу стать обузой детям! Хочу, чтоб если второй инсульт, то долбанул сразу во сне и – кранты! – и пропел из комсомольского прошлого:
- Если смерти – то мгновенной! Если раны – небольшой!..
Эх, надо упираться до последнего! До выстрела старой гвардии не падать!
Диванодавы, подъём!
П.Н. (После Написанного).
25 декабря 2024 года ушел из жизни наш одноклассник Сергей Кошелев. Второй инсульт. Прекрасный был человек. Командир нашего класса все три года. Молчаливый, немногословный, трудолюбивый, терпеливый и справедливый.
Анка – воспитатель нашего класса (жили в интернате ФМШ, без родителей!), бывало, скажет глупость командиру, но предельно вежливо:
- Сережа, пожалуйста, сходи в Ажичакову, скажи, что он плохой человек.
- Чего эт плохой?! Он хороший! – возражал Кошелев.
- Он мне надоел своим поведением! – повышала голос Анка.
- Каким таким поведением?! – невозмутимо удивлялся Кошелев.
- Непослушным! – кипятилась воспитатель.
- Не понимаю. Мне все непослушные, - шутил Кошелев.
- А он – больше всех! – увлекалась «классная дама» в своем негодовании.
Кошелев уходил к Юрке Ажичакову в комнату, просто, молча, посидеть рядом, послушать из хриплого динамика катушечного магнитофона ливерпульскую четверку, негромкую композицию про «Сержанта Пеппера», или про «желтую подводную лодку». Юрик привык выполнять домашнее задание под музыку. И это никому в общежитии не мешало. Кроме Анки, которая проживала в городке.
Я рад, что Сергей Кошелев, как и другие одноклассники по ФМШ Академ-городка Новосибирска, разрешили оставить свои подлинные фамилии в моей документальной повести «Сёма-фымышут. 8-4». Дважды переизданную, электронную копию текста и фотокомпозиций которой я сдал в Ридеро.
https://ridero.ru/books/syoma-fymyshut_8_4/
Это всё-таки память о моих замечательных друзьях и о нашей прекрасной самостоятельной жизни в восьмом, девятом и десятом классах.
#диванодавы #одноклассники #памятиодноклассника #школа #фмш