ГАВ! ГАВ!

ГАВ! ГАВ!

Гав! Гав! Кругом снег. В моей шкуре холодно. Левая лапа болит. Надо бы зализать рану, но не самое главное: как бы поесть? Со вчерашнего дня ничего не ел. Понюхал воздух. Ага! Чувствую запах вдали. Это не еда. Какое-то удушливое. Похоже там горит. Там обязательно должны быть люди. С ними восхитительная пища. В котле горячая похлебка, а там огромная кость! Гав! Гав! Даже потекла слюна. Бегу по снежному полю. На больную лапу стараюсь не ступать – больно. Можно и на трех доковыляю. Запах гари усиливается. Значит я правильно учуял. Скоро, скоро я смогу полакать из миски! Свернул на дорогу. По ее сторонам валяются заиндевевшие трупы в шинелях и ушанках. Три, пять, семь… Больше не умею считать. Моего собачьего ума не хватает. Подальше лежит еще один в полушубке. Командир. Может быть у него спрятана еда? Обнюхал. Нет ничего. Постоял, подумал. Наверно своих людей погубил и сам погиб. Глупо! В ПРОШЛОЙ жизни я бы не так делал, а по-другому…Впрочем это не мое собачье дело. Поджав хвост быстро побежал по дороге. На всякий случай оглядываюсь: вдруг что опасное? Но дорога совершенно пустынна. На ней видны следы колес и гусениц. Наверно по ней много ездили. Запах усиливается, все ближе и ближе. Наконец увидел горящий танк. Он завалился на бок в канаву. От него исходил удушливый дым. Около танка лежал еще один труп. Он в черном комбинезоне. На голове шлем. Я медленно отошел в сторону. Тоскливо смотрю на дальний лес. Значит я остался голодным? Вдруг мой нос учуял новый запах. Он конечно далеко, но зато он смешивался с пищей. Где-то в глубине леса. Вот спасение! Я вприпрыжку двинулся к лесу. Однако он оказался дальше, чем я думал. Черные деревья были такие маленькие, а поле огромное. Оно охватывало весь мой мирок и все никак не могло оторваться от меня. Опять заныла больная лапа. Я постарался не думать о ней. Потом, потом я подробно рассмотрю ее. Над головой с ревом пролетела железная птица. Я посмотрел вслед за ней. И что-то щелкнуло в голове. Странный звук, тихий, мягкий, умиротворяющий. Я вспомнил как мои пальцы нажимают клавиши пианино. И что-то такое, щемящее, грустное, полузабытое… Ах да, Шопен… И голос мамы: «Андрюша! Пора обедать!»…Я встряхнул ушами. Да, действительно надо бы поесть. Надо бы побыстрее доковылять до этого проклятого леса. Странные у меня видения. Какое пианино, какой Шопен? Разве у собак бывают пальцы? Нужно обязательно забыть эту прошлую жизнь. Сейчас мне думать о нужном: ткнуться мордой в миску с похлебкой, облизать щедрого хозяина и служить, и служить – вот моя жизнь! дорога резко поворачивает у леса. Я подошел к лесу. Глубокий снег. Я проваливаюсь по брюхо. Нет я там не пройду. Надо искать удобный путь. К счастью, обнаруживаю узкую тропку. По ней углубляюсь в лес. Запах усиливается. Теперь я точно знаю – это дым жилого. Тропка расширяется. Я по ней почти бегу. Открылась полянка. Мой нос учуял живое, раньше чем я увидел. Да, там стоит мальчик. В телогрейке, валенках, поверх шапки женский платок. Он что-то делает с корой дерева. Гав! Гав! Мальчик вздрагивает, изумленно смотрит на меня.

- Бобик! Бобик! Фью, фью!

Вообще-то меня зовут по-другому. Ну да ладно: Бобик так Бобик. Я прыгаю вокруг него, прижимаюсь к его валенку. Он потрепал меня по шее. Я умильно поглядываю на мальчика.

- Бобик, ты что голодный?

Какой хороший мальчик! Он достал из корзинки краюху хлеба.

- Бобик, Бобик! На, на, на!

Хлеб я не люблю, но хоть что-то. Мальчик разорвал хлеб и дал половину мне. Я с благодарностью съел все. Посмотрел на него.

- Больше нет! – засмеялся мальчик. – Ну пойдем со мной.

Он пошел вперед, а за ним и я. Он часто оборачивался ко мне. По дороге я думал, как его зовут. Нужно будет запомнить имя моего спасителя.

Мы шли долго. Без моего проводника я бы никогда не нашел дым в лесу. Мальчик отлично ориентировался в лесной глуши. Он часто поворачивался то налево, то направо, через овраги, продирался через елки, даже перешли по бревну над замерзшей речкой. Несколько раз я чувствовал, лес был опасным. Временами мой нос определял каких-то животных. Может быть это были лисы, волки, а может быть и медведь. Весь снег был в следах зверей. И только редко ступала человеческая нога. Наконец после долгого путешествия, перед нами открылась большая поляна. Там в центре горел костер, в котелке восхитительно булькала похлебка. Вокруг костра сидело человек пять. Они все повернулись ко мне.

- Здрасьте! Это еще что такое?

/продолжение/