На Фросю поглядывали многие, но жить под пристальным вниманием Таисии и попытаться завести шашни на стороне – было нереально. Мать держала Фросю в ежовых рукавицах и сама с каждым днём становилась похожей на злого ежа с длинными острыми иглами. Следила за каждым шагом дочери и устраивала скандалы из ничего.
Глава 213
Первой почувствовала неладное Таисия. Она обратила внимание, что Фрося стала часто улыбаться.
- Ты чо, як той дурносмих, лыбися и лыбися? Я кажу, чо надо у цём году хату снаружи помазать, а ты мэнэ ны чуишь, стоишь лыбися. Фроська, дывысь мэни, взнаю про тэбэ чось плохэ, выгоню с хаты.
- Мама, не узнаете. Я ничего плохого не творю. Работаю себе и работаю. Завтра с утра сбегаю за Лабу, проверю, подснежники уже зацвели или нет. Председатель совсем рехнулся. Цветов ему неси.
- Та цвитам ще ранкувато. А кизил вжэ цвитэ. Знаишь, дэ кизиловый куст ростэ?
- Знаю. Там и хворосту как раз наберу.
- Я с тобой пиду. Прогуляюсь.
- Хорошо. Вдвоём веселее, - кивнула головой Фрося.
Если бы она стала отговаривать мать идти в лес, та точно пошла бы. А так оставался выбор: идти или не ходить. Таиса подумала и решила, что идти в лес по тающему снегу ей не обязательно. Дочка никакого беспокойства не выказала, а наоборот, обрадовалась.
- Та чо я там ны бачила? Иды сама.
Как на вулкане жила Фрося. Конечно, участковый был холостой, но все знали, что в райцентре его ждёт молодая девушка и летом у них свадьба. Никто даже и не подозревал, что у Фроси бурный роман с Сергеем.
***
Так бы всё мирно и гладко продолжалось, но произошли 2 события, всколыхнувшие сонную жизнь в станице.
Однажды в начале лета пришла к участковому женщина с Куньши. Она недолго посидела в кабинете и ушла. Сергей вышел за нею следом и зашёл к председателю. О чём-то с ним тихонько поговорил. Взял фуражку и уехал на мотоцикле.
Фрося зашла в кабинет председателя, все цветы с подоконника были переставлены на стол. И не только те, которые Фрося принесла сегодня из леса, а и горшки с геранью.
Фрося удивлённо остановилась на пороге.
- Что случилось? Зачем цветы переставили? Я только вчера мыла подоконники.
- Как это вчера? - перешёл сразу на крик председатель. – Ты посмотри, сколько там грязи и паутины! Неси тряпку. Быстро мой все окна. Лентяйка, бездельница!
Фрося развернулась и ушла с работы. А события продолжали развиваться. Участковый нашёл в одной из пещер в окрестностях Куньши склад продуктов, оставшийся со времени оккупации. И свежие следы пребывания людей. Заявительница сказала, что слышала внутри горы немецкую речь. Значит, где-то здесь прячутся немцы, по какой-то причине, не ушедшие со своими войсками.
Один он в этой ситуации ничего сделать не мог. Пещеры тянулись на многие километры, и никто их не изучал. Нужно было срочно ехать в райцентр и вызывать подкрепление. Поехал. А что было делать?
Фрося пришла домой злая, как ведьма.
- Чого так рано явылася? – пристала с расспросами Таисия.
- Мама, это уже невыносимо. Я вчера помыла окна и подоконники, сегодня требует опять мыть.
- Хто такый вумный? Участковый чи хто?
- Какой там участковый?! Серёга с утра куда-то на мотоцикле умчался.
- Як ты сказала?! – с угрозой в голосе спросила Таисия.
- Как я сказала? Сказала, что участковый уехал куда-то на мотоцикле, а окна мыть заставлял сам хозяин.
- Таак, таак! Вин вжэ в тэбэ Сирёга. Усё. Бильш на работу ны пидышь. Позорыть мэнэ ны надо.
- Мама, чем я Вас позорю?
- Цвиточки бигаишь рвэшь прыцыдатилю, а с участковым спышь! – выкрикнула Таисия и замахнулась на дочь.
Фрося увернулась и ушла на улицу. Возвращаться на работу она и не собиралась. А вот отношения с участковым собиралась продолжить. Но, как говорится, человек предполагает, а Бог располагает.
***
Ночью во время операции по задержанию прятавшихся фашистов участковый был тяжело ранен. Местная доктор сделала всё, что могла и ночью же Сергея увезли в Лабинскую в больницу. Он выжил, но на службу не вернулся. Его комиссовали. Через несколько дней арестовали председателя Совета. Его выдали на допросах фашисты. Цветы на подоконнике означали: всё спокойно. Информацию беглецам передавал бывший полицай, живший в станице под видом женщины. Всех причастных к тому событию увезли.
Фросю вызывали несколько раз на допросы. Она тряслась, как осиновый лист, путалась в показаниях, отвечала невпопад. И опять Фросю выручила Таисия. Она пришла с недовольным видом и заявила:
- Моя дочкА больна на голову. Спрашуйтэ с мэнэ. Я усё расскажу.
После разговора следователя с Таисией, Фросю отпустили и больше не трогали.
***
Весной 45 года страна праздновала ПОБЕДУ! Сколько было слёз! Это были слёзы радости от того, что страна победила лютого врага и слёзы горя, потому что миллионы людей не вернулись к своим семьям. Обиднее всего было жёнам и матерям тех, кто пропал без вести.
Фрося не знала о судьбе своего мужа. Иногда она думала, что попал он в плен, и погиб где-то в концлагере. А иногда с новой силой начинала верить, что Семён жив, что после плена и освобождения попал он в лагеря. Там тоже многие погибали от голода, холода, тяжкой работы. Но самым главным минусом было то, что ни одной весточки от него не пришло.
Постепенно начали возвращаться станичники. Их жёны ходили счастливые. Муж и отец вернулся. Теперь всё будет хорошо.
Фрося уволилась с работы, и целый год была дома. Ни о какой любви она не думала. Даже не смотрела в сторону мужчин. На неё поглядывали многие, но жить под пристальным вниманием Таисии и попытаться завести шашни на стороне – было смерти подобно. Мать держала Фросю в ежовых рукавицах и сама с каждым днём становилась похожей на злого ежа с длинными острыми иглами. Следила за каждым шагом дочери и устраивала скандалы из ничего.
- Ты чо так довго по воду ходыла? Тяныся ели-ели. Дывысь, Фроська, за патлы оттягаю, мало ны покажица. Бачила, як на тэбэ Клим дывывся. Жинка у нёго йе. Дитей пока ныма, но будуть. У чужу симью ны лись.
- Мама, я ничего не заметила. А что, правда, смотрел?
- Я тоби дам! Типерь, як пидышь у Лабу по воду, пиду с тобой. У низу на лавочки посыдю, а ты сбигаишь, водычкы набэрэшь.
- Мама, хорошо. Будем вместе ходить. И что люди скажут? Таиска дочку охраняет! Смяться будут.
Фрося знала, как успокоить мать. Люди смеяться будут – это самое страшное, что могло произойти.
***
Фрося очень часто бегала к Моте. Пыталась поставить на ноги Лёню. Делала ему массаж, заставляла переступать ножками, держась за кровать. Племянник рос, ножки тоже росли, но не держали ребёнка.
За этот год Таисия стала ещё вреднее. Татьяну так и не пустила на порог. Внуков знать не хотела. Татьяна сильно и не набивалась. Она работала в садоводческой бригаде, Ваня водил трактор. Так что семья не голодала. Крёстная Мария сидела с Ниной. И у Татьяны было всё более-менее в порядке.
Мотя с Таней не дружила. Относилась к ней, как к чужому человеку. - Здравствуй, - до свидания, - вот и всё общение.
Как-то раз пришла соседка Груня.
- Фрося, сёдня я слышала такой разговор, что открывается у нас столовая. Повариху нашли, а нужна ей помощница. Картошку чистить, посуду мыть, со столов вытирать. Работать столовая будет только днём. Так что вечером будешь уже дома. Курочек заведёте. Помойки будешь домой носить и их кормить.
Разговор шёл наедине.
- Тётя Груня, я не знаю, что мамка скажет. Без её разрешения я на работу не смогу пойти.
- Я с нею поговорю. А то ведь тебя могут записать и в тунеядцы. Понимаешь?
- Понимаю. Иждивенкой уже была. Не хватает стать тунеядкой. Ну, в общем-то, ничего со мной не сделают. Поговорят и отстанут.
- А тебе нужна такая слава? Жена офицера, лётчика – тунеядка? - посмотрела на Фросю соседка.
Вот с такими словами и пошла Груня на разговор к Таисии.
- Таиса, вот ты свою дочку прывязала к себе, живёшь и в ус не дуешь, что её могут записать в тунеядки.
- Та ты чо мэлэшь? Вона дома робэ.
- Дома не считается. Вон у нас Мишка рыжий нигде не работает, на базари торгует, так его уже много раз пропесочивали и даже на доске около магазина вывесили картинку на него. Карикатура называется, - Груня начала издалека.
- Ну и хай! И чё с того?
- А как начнут к тебе ходить и Фросю песочить, а потом ещё и картинку нарисуют на жену лётчика – тунеядку, та повесять в центре, чтобы все видели.
- И чо ты прыдлагаишь? - растерянно спросила Таисия.
- Предлагаю Фросе пойти помощницей поварихи в столовую. Открывают у нас столовую прямо в центре.
Продолжение здесь
Все главы здесь