Весной дочери исполнилось семь лет, и я с тревогой Кутузова перед Бородино старалась подготовить ее к школе. Накупила всевозможных прописей и канцелярских принадлежностей, ручки специальные для приучения неумелых пальчиков к письму, стопку ярких альбомчиков - "развивашек", деревянные кубики с буквами (и пластиковые тоже!).
Сначала мы из кубиков и плашек разной формы башенки строили, потом начали слоги составлять. Но пропевать слоги вместе, чтобы вышло слово - задача оказалась не из простых.
Алиска тормозила по страшному и выводила меня из себя так, что приходилась часто повышать голос.
— Ну, в чем тут сложность, не понимаю! Смотри, К и О будет... как будет, Алиса, ну, не молчи..?
— К... - она морщит лоб и виновато вздыхает, - О...
— А если еще Т добавим получится КОТ. Совсем просто, ты же у меня умница, дочь (вздыхаю) В перспективе, наверно, умница.
Буквы Алиса быстро запомнила благодаря цветным картинкам в азбуке, и каждому звуку скоро дала свой цвет и даже запах.
— Мама, ты знаешь, что Л - зеленый, а Ж - золотой? Ч - пахнет плохо - уличным туалетом, а З - луком. Зато М - вкусная, как малина и О на пончик похожа. Ты купишь мне пончик в городе? С розовой посыпкой?
Я пыталась расширять словарный запас дочки через игру, по дороге в магазин мы придумывали слова на определенную букву или загадывала животное, которое Алиса должна была узнать по наводящим вопросам:
— Дикое или домашнее?
— У него лапы или копыта?
— Хищник или ест траву?
— Живет в наших лесах или в других странах?
В комнате Алисы появилась карта континентов с указанием животного мира. Постепенно мы выучили названия всех материков, только меня смущало, как быстро забывалась информация, если ее не повторять ежедневно.
Может, у всех дошколят такая короткая память? Однако наши ровесники уже умеют читать и неплохо выводят печатные буквы - для Алисы результат пока недостижимый, а ведь через два месяца школа.
Я много читала вслух - от души и в театральной манере. Мы слушали замечательные аудиосказки-мюзиклы: "Старик- Хоттабыч", "Волшебная лампа Алладина" и "Чебурашка", смотрели лучшие советские мультики и современные познавательные мультсериалы, вроде "Даши-путешественницы", вместе разгадывали загадки- ребусы и простенькие кроссворды, но чем ближе подкрадывалось первое сентября, тем больше меня охватывали сомнения, что дочке будет сложно успевать за программой.
Алиса хочет делать только то, что ей интересно в данный момент. Алиса терпеть не может прописи, где нужно старательно выписывать каждый элемент, каждую загогулину... .
— Фу, противный червяк! Мама, буквы меня бесят, я больше не буду, мне скучно, я устала и хочу есть.
На аппетит нам теперь грех жаловаться, что ни вредней, то легче лезет в рот: мороженое, шоколад и сладкая выпечка моментально исчезают со стола, зато ложку супа проглотить не заставишь. Но в свои семь лет Алиса не умеет завязывать бантики и шнурки, долго возится с пуговицами и молниями на верхней одежде.
Еще я заметила, что Алиса не может без помощи пальцев к двум прибавить один, у нее вообще отсутствует математическая логика и абстрактное воображение.
Неужели она действительно отстает в развитии, как намекают нам с младшей группы детсада? Может, я слишком на нее наседаю и школа сама выправит. Вовремя научит читать и писать, выведет в люди... подскажет профессию. А что тогда делать мне? Куда приложить силы, умения и энергию?
Сегодня я в расстроенных чувствах чинила цветные карандаши и поранила палец, Алиса пожалела меня такими словами:
— Мамочка, дорогая, не плачь - если ты умрешь, я похороню тебя в своей комнате и мы никогда не расстанемся.
Я сразу вспомнила повесть Павла Санаева и уныло пробормотала:
— Похорони меня за плинтусом, Алиса. Буду лежать тихонько у стеночки и смотреть на тебя. Только пусть в комнате будет чисто и сама ты будешь здоровая и красивая, чтобы мне приятней было смотреть.
Алиса подумала-подумала и отвечает:
— Нет, не буду тебя дома хоронить, ты большая, займешь много места. Лучше улетай к боженьке на небо.
Возможно, впечатлившись разговором, вечером Алиса сама выложила из кубиков слово БОХ. Я попыталась осторожно исправить, заменила последнюю букву, но дочь сердито помотала головой.
— Но я хочу Бох. Он же один!
— Так проверочное слово - боги, там буква Г нужна на конце слова, - мягко убеждаю я.
— Нет, - уверенно спорит Алиса, - если много - то они боги, а когда он совсем один - то Бох. Бедненький, одинокий. Наверно, поэтому и забирает к себе людей. Самых веселых и добрых.
— Он и злодеев забирает, - осторожно напомнила я.
— Не, баба Аля сказал, плохие люди провалятся под землю в огонь, на удобрение пойдут. Их не жалко. Плохие никому не нужны.
Алмазная логика.
* * *
После долгих сомнений и переживаний, после надрывного разговора с Колей я решила отдать Алису в городскую школу. Тут много причин совпало, как пестрые нити смотались в один тяжелый клубок, перевесив доводы мужа и хлопотливой свекрови.
Бывшая однокурсница сказал, что в № 89 школе нужен социальный педагог, и вообще у них прекрасные учителя начальных классов. Ездить, правда, далековато от моей новостройки, но в двух шагах нашлась только гимназия с математическим уклоном, даже соваться нечего, конкурс похлеще, чем в некоторые Вузы, там дети чиновников учатся и перспективные юные спортсмены – победители всяческих олимпиад. Им даже пробные тесты сдавать не требовалось, взяли за другие заслуги.
Я хотела вырваться из провинциальной рутины, дать Алисе максимально успешный старт. В городе наверняка есть сильные педагоги и масса кружков дополнительного образования: танцевальные студии, школы искусств, курсы иностранных языков. Пять дней в неделе мы будем жить в городской квартире, а на выходные приезжать в Козловку.
Колю категорически не устраивала подобная вахта, но я уже закусила удила, страстно хотела перемен и была готова рискнуть даже нашими отношениями, которые в конце лета напоминали треснувший горшок - еще послужит, но в любой момент может развалиться на бесполезные черепки.
Идеальной мамой я желала быть гораздо больше, чем просто хорошей женой и удобной невесткой.
Алиска поначалу обрадовалась переменам в жизни, но скоро стала проситься к папе в деревню, скучала по Боньке - кудлатой рыжей дворняжке, сменившей степенного старого Бурана.
Проблемы начались с первых же дней в первом классе. Оказалось, что Алиса боится незнакомых людей и шумной толпы, медленно снимает и надевает верхнюю одежду, теряет вещи в раздевалке и плачет из-за каждой неудачи. Друзей найти в новом коллективе она тоже не смогла.
— Мама, они надо мной смеются и дразнят!
— Ничего, Лисенок, ты скоро привыкнешь и всему научишься, - успокаивала ее и себя.
— Девочка, которая сидит впереди, назвала меня дурой!
— Почему так случилось? - ахнула я.
— Я плохо нарисовала рисунок и не хотела учителю показывать, помяла и порвала.
— Зачем же ты порвала... Как девочку зовут?
— Я не знаю, не помню. А еще меня дразнят беззубой! Только у меня до сих пор нет двух зубов спереди. Скажи честно, я уродина?
В тот день после рассказа Алисы меня натурально затрясло. Я написала эмоциональное сообщение в родительский чат и позвонила учительнице. В конце первой четверти, когда психолог объявил, что Алиса испытывает серьезные проблемы с обучением, я усомнилась, а не глупость ли сделала, отдав дочь-растяпу и неумеху в городскую школу. Но сдаваться трудностям была не намерена. Мы еще повоюем...
Обнаружив, что дочь не в состоянии запомнить состав числа десять, я придумывала красочные таблички, на весь альбомный лист рисовала семерку в короне из трех лучей и проводила стрелочку к десятке.
— Смотри, Алиса! Семь плюс три будет десять. Проверь по линейке, семерочке всего три шага не хватает до десяти. Считай, один-два-три. А что у нас с восьмеркой?
У восьмерки корона была двухлучевая, соответственно, у шестерки - четыре луча над "головой", у девятки - один и стрелочка, ведущая к десяти.
Такое образное видение помогало нам с решением примеров, но задачи на логику скоро повергли меня в отчаяние. Дочь абсолютно не понимала, что значит "на два больше или меньше", а уж если вопрос задачи предполагал два действия: "В коробке три яблока, в мешке на одно больше, сколько всего яблок?", то все смешивалось в "доме Облонских".
Алиса начинала плакать над чистым листом черновика, я же страдала молча минуты две, а потом терпеливо начинала в десятый раз рисовать коробки и мешки, контуры деревьев или воздушные шары.
Я прикрепляла на стену плакат со схемой - "на больше - прибавляем, на - меньше - отнимаем", рассаживала на диване мягкие игрушки, совала в белые лапы плюшевого медведя хрустящие красно-белые "Рафаэлло".
— Алиса, не плачь, я сейчас спокойно тебе объясню в игре. Смотри! У Мишки три конфеты, а у Песика на три больше, он их на спиной спрятал, нам не показывает, хочет, чтобы сами догадались. Но авторы учебника спрашивают нас - сколько всего у них конфет, то есть, если Мишка с Песиком свои конфеты выложат в общую тарелку - сколько получится? Ага! Сразу не решить, давай постепенно... подумай, не торопись, что сначала надо узнать...
Мне казалось, подобные объяснения понял бы и деревянный Буратино, куда уж проще. Алиска пожимала плечами, жалобно кривила губы и смотрела на игрушки с недоумением. Слезы в глазах.
— Мама, я не знаю.
Я заставила ее механически вызубрить правило "больше- прибавить, меньше - отнять", но если с первым действием мы кое-как разобрались, то общее количество предметов или вопрос "на сколько больше или меньше" опять приводил к ступору.
Я пробовала подкуп и шантаж. Обещала подарки- развлечения, грозила на вечные века запретить доступ к ноутбуку. И вдруг с горечью поняла, что Алиса при всем огромном желании и массе мотиваций просто физически не может решать математические задачи, различать твердые и мягкие (звонкие и глухие) согласные, верно делить слова на слоги и даже правильно понимать задание, написанное в контрольном листе. Колесики в ее голове двигались медленно и со скрипом.
Первую и вторую четверти мы закончили плохо, хотя выявили главные болевые точки, поднажали и к весне подошли уже более организованными. Только школьный психолог наш оптимизм не разделял, и классная руководительница скептически покачивала головой.
– Девочка с особенностями развития. Она словно в своем параллельном мире живет, как черепашка под панцирем, и порой никак ее оттуда не выскребешь, лапки спрячет, голову засунет и молчок. С ней надо индивидуально заниматься, она человечек с воображением, любит истории всякие придумывать, заигрывается порой, а на уроке нужно быстро и четко отвечать на конкретные вопросы, тесты для Алисы – это вообще за гранью понимания.
– И что же нам делать?
– Дождемся итоговых результатов за первый класс, отдохнете за лето, может, станете серьезнее и ответственнее.
Держусь мужественно, пытаюсь улыбаться, дочка рядом стоит, довольна-а-я, лучший друг Степанчик конфеткой угостил. Почему-то с мальчишками в классе отлично сходится, а вот девочки ее в компанию не берут, жалуются, что Алиса хочет только по своим правилам играть. У нее так всегда.
Ест только то, что хочет, читает лишь те стихи и рассказы, которые ей интересны, учебники в этот список не входят. И ведь выполняем все нормативы по скорости чтения, писать худо-бедно научились, а математику воспринимаем, как египетские иероглифы, что за напасть...
– Чему тут удивляться, - говорит мама страдальческим голосом, - в Зайцевскую породу пошла. В нашем-то роду никогда не было дураков.
После этой фразы долго не хотела с ней общаться. И с Колей у нас натянутые отношения, не может мне простить, что лишила его возможности второй раз стать отцом. На этой почве и строятся главные наши разногласия. С ума сойти!
Мне уже под сорок, я категорически не хочу пройти через все тяготы возрастной беременности. Тем более с таким неопределенным результатом. Уже больше года нас с мужем только дочка объединяет. Правда, летом после первого класса мы с Алисой долго жили в поселке, и с Колей я пошла на сближение, но в сентябре все же вернула дочь в городскую школу.
Нельзя сдаваться, попробуем еще год, несмотря на то, что итоговую аттестацию за первый класс завалили. Алиса сдала учителю почти нетронутые тестовые бланки, не решила ни одной задачи на логическое мышление. Показали мне потом эти тесты, уже первое задание было так заковыристо сформулировано, что я – взрослый человек, думала минут пять, а лишь потом сообразила что к чему.
Считаю, что современная программа для начальной школы слишком перегружена. Учителя торопятся выдать материал, дети не успевают. Алиса не успевает.
Ничего-ничего, мы еще догоним, мы еще наверстаем... За лето у нас созреют ягоды и маленькие ленивые мозги.
Полный текст бесплатно
https://litnet.com/ru/book/azbuka-lyubvi-b116754
