— Да ладно тебе, Тань, не будь букой! — Марина насмешливо взглянула на подругу, которая стояла в коридоре общежития с плотно сжатыми губами.
— Сказала же, не хочу я в этот клуб, — упрямо ответила Татьяна, взмахнув папкой с конспектами. — У меня завтра экзамен, мне нужно подготовиться, а не прыгать под музыку всю ночь.
— Тань, да брось, — усмехнулась Марина и пересекла коридор, облокотившись на стену рядом с подругой. — Всю неделю ты только и делала, что корпела над книжками. Повеселиться одну ночь — не преступление. И потом, там же будет Кирилл… Я знаю, что он приедет.
Татьяна почувствовала, как внутри у неё всё сжалось, хотя внешне она постаралась остаться равнодушной. Кирилл… Новый знакомый, успевший покорить её манерами, не похожими на манеру провинциальных ребят. Но ведь он обещал позвать её сам, а не через подругу.
— Если бы Кирилл чего-то хотел, он мог бы сказать об этом лично, — тихо ответила Татьяна, прижимая папку к груди. — А раз молчит, значит, есть причины. Мне это ни к чему.
— Вот упрямица, — вздохнула Марина, качая головой. — Ладно, через час я ухожу, надеюсь, ты всё же подумаешь и пойдёшь со мной.
Она ушла по коридору, весело напевая себе под нос, а Татьяна осталась стоять, поглядывая на часы и пытаясь решить, кто она: «умная-разумная» или девушка, которой тоже иногда хочется повеселиться и привлечь к себе внимание.
Татьяна тогда была студенткой четвёртого курса медицинского института. Она всегда отличалась серьёзностью: готовилась к контрольным, посещала все лекции, по вечерам подрабатывала в регистратуре поликлиники. Родители Татьяны рано умерли, оставив её на попечении бабушки, и девушка привыкла рассчитывать только на себя. Ей хотелось стать врачом, помогать людям, поэтому шумные вечеринки казались пустой тратой времени.
Марина, напротив, любила жизнь во всей её красе: клубы, танцы, поездки в соседний город на концерты. Однажды она буквально «затащила» Татьяну в небольшое кафе-бар, где проходил вечер живой музыки. Там Татьяна и познакомилась с Кириллом — парнем, который сразу привлёк её своим аккуратным видом, спокойной уверенностью и вежливостью в общении. Он не пытался лихо шутить или бегать за каждой юбкой, а, напротив, просто зашёл выпить чаю с приятелем.
— Можно к вам? — вежливо спросил он тогда, подсаживаясь к столику.
Марина с легкостью согласилась: «Конечно!» И вскоре приятель Кирилла вовлёк Марину в разговор, а сам Кирилл начал неспешную беседу с Татьяной, узнавая, откуда она родом, на каком курсе учится, почему так серьезна.
Удивительно, но Татьяна почувствовала, что ей легко и спокойно с этим парнем, несмотря на его почти незнакомые манеры. Ей казалось, что он то ли из столицы, то ли из другой культуры. Потом выяснилось, что он действительно некоторое время жил за границей с родителями, поэтому в родном городе бывал заездами.
— Я здесь у родственников на зимних каникулах, — пояснил Кирилл. — Говорят, у вас тут хорошие санатории, чистый воздух, но бывает скучно, если не знать, куда пойти вечером.
— Скучно? — Татьяна улыбнулась. — Мне сейчас не до скуки: впереди экзамены, практика… Так что я не знаю, что тут за вечеринки.
Они долго разговаривали. Кирилл предложил встретиться во время новогодних праздников, прогуляться у городской ёлки. Татьяна согласилась и в тот вечер вернулась в общежитие на крыльях удивительной радости.
Но приближался Новый год, а Кирилл куда-то пропал. Ни звонка, ни сообщения. Марина уговаривала Татьяну не «зацикливаться» на призрачном незнакомце и сходить в клуб, чтобы отвлечься. Сначала Татьяна отказывалась, но обида и разочарование из-за того, что Кирилл так и не появился, заставили её уступить: «Ладно, схожу». Но ни в клубе, ни потом Кирилл не появился. В ту ночь Татьяна случайно познакомилась с другим парнем, который проявлял к ней явный интерес, но она быстро поняла, что ей это не нужно. Это не тот человек, да и обмануть своё сердце не получается.
Каникулы прошли, Татьяна вернулась к учёбе, Кирилл остался лишь воспоминанием. Марина пожала плечами: «Может, это и к лучшему». Татьяна лишь грустно вздыхала.
Годы летели, как листы календаря. Мечты, учёба, потом первые шаги в профессии — Татьяна стала акушеркой. Она проработала десятки лет в роддоме областной больницы. Отзывчивая, требовательная к себе и другим, она помогла появиться на свет сотням малышей. Коллеги её уважали, роженицы часто приходили потом в гости, благодарили за поддержку.
Но всему приходит конец, и однажды настал день её официального выхода на пенсию. Акушеры, медсёстры, врачи — все собрались в актовом зале. Главврач выразил огромную благодарность за многолетний труд, подчеркнув, что Татьяна никогда не боялась сложных ситуаций, а всегда брала на себя ответственность за здоровье и жизнь матери и ребёнка. Коллеги плакали, дарили цветы, сувениры. В конце торжества главврач вручил ей путёвку в санаторий:
— Татьяна Васильевна, мы все надеемся, что вы ещё передумаете и не уйдёте от нас навсегда. Отдохните, наберитесь сил, а там, глядишь, и согласитесь остаться на полставки. Нам вас очень не будет хватать, — сказал он с улыбкой.
Татьяна смущённо улыбнулась, сжимая в руках конверт. На душе было светло и горько одновременно: позади — целая жизнь, впереди — неизвестность. Своих детей не было, брак когда-то не сложился (правда, она много лет вспоминала Кирилла, сравнивала с другими, но так никто и не приглянулся). «Может, правда, отдохнуть…» — подумала она.
На следующее утро она собрала чемодан и отправилась в санаторий, тихий и красивый, окружённый сосновым бором и озером с целебной водой.
Санаторий стоял среди сосен, воздух был чистым, пахло хвоей и свежестью. Татьяна поселилась в маленькой уютной комнате. Ей полагались разные процедуры: массаж, лечебные ванны, прогулки на свежем воздухе. «Может, я справлюсь со своей хронической усталостью», — подумала она.
В столовой, куда она спустилась на обед, царила дружелюбная атмосфера. Курортники в основном были пожилыми людьми: кто-то с палочкой, кто-то с хроническими болями в пояснице. Татьяна выглядела среди них активной и бодрой, некоторые даже принимали её за медработника санатория.
Татьяна сидела за столиком, когда к ней присела женщина лет пятидесяти:
— Здравствуйте, вы впервые в нашем санатории?
— Да, — улыбнулась Татьяна. — Меня зовут Татьяна Васильевна.
— Очень приятно. Я Нина, отдыхаю здесь уже в третий раз. Здесь замечательно — программы для сердца, для суставов, есть и культурные мероприятия по вечерам… Вы на сколько приехали?
— На три недели, — ответила Татьяна. — Коллеги подарили мне путёвку, так сказать, для отдыха на пенсии.
Они разговорились. Оказалось, что в санатории часто бывают люди из разных регионов, и у каждого своя непростая история болезней или усталости. Татьяна слушала, иногда давала советы, словно не могла отключить в себе «режим акушерки и медика». Но ей это нравилось: помогать людям — её вторая натура.
В одну из прохладных ночей, когда Татьяна уже готовилась ко сну, в коридоре послышались встревоженные голоса. Она высунулась из комнаты и увидела, как какая-то девушка, сдерживая крик боли, держится за живот. Рядом суетились отдыхающие:
— Вызовите «Скорую»! — кричал кто-то.
— Здесь нет акушера, что делать?! — паниковал другой голос.
Татьяна, узнав до боли знакомые нотки, сразу поняла: начинаются роды. Судя по всему, девушка была на большом сроке, и схватки уже накрыли её с головой.
— Успокойтесь, я акушерка, — громко сказала Татьяна, подойдя к группе людей. — Отведите её в комнату, где потеплее. Кто-нибудь, принесите чистые простыни, горячую воду. И свяжитесь с больницей, пусть подготовят реанимобиль. Если понадобится, мы примем роды на месте.
Люди словно обрели опору: наконец-то появился человек, который знает, что делать! Девушку звали Оксана, ей было всего девятнадцать. Она приехала в санаторий вместе со знакомыми «подлечить нервы» и подышать свежим воздухом, не ожидая, что роды начнутся раньше срока. Сейчас её бил озноб, глаза были полны ужаса, и она сжимала губы, чтобы не закричать, как в кошмаре.
— Тише, дыши глубже, — инструктировала Татьяна, беря её за руку. — Я с тобой, не переживай, мы сейчас всё сделаем.
— Но… но у меня ведь… нет отца ребёнка, он бросил меня, — бормотала Оксана, не понимая, почему вдруг раскрывает душу этой незнакомой женщине.
— Понимаю… понимаю, всё потом, сейчас главное — ты и малыш.
Татьяна быстро оценила ситуацию. Шейка матки стремительно раскрывалась, начались сильные схватки. «Скорая», как выяснилось, не могла приехать быстро: ближайшая больница находилась в получасе езды, а ночью дежурная бригада была одна на весь район. Придётся полагаться на собственные силы.
Собравшись с духом, Татьяна помогла Оксане принять правильное положение. Пара отдыхавших женщин помогала, меняя полотенца, и держала лампу, потому что в коридоре было мало света. Вся эта сцена напоминала фронтовую операционную.
Через полчаса у Оксаны родился здоровый мальчик, который, как и положено, закричал во всё горло. Девушка разрыдалась от облегчения и страха одновременно, а Татьяна держала крошечное тельце с привычной аккуратностью. За десятки лет работы она научилась принимать роды быстро и уверенно, но всё равно ощущала святость момента.
— Поздравляю, у тебя сын, — тихо сказала Татьяна, прижимая малыша к груди Оксаны. — Всё хорошо. Ты молодец.
Когда приехала «Скорая», оставалось только погрузить счастливую и шокированную роженицу в машину и отвезти в роддом. Врач «Скорой» похлопал Татьяну по плечу:
— Вы молодец, спасли ситуацию. Я слышала, вы акушерка на пенсии? Ну и отлично, а то без вас мы бы опоздали.
Татьяна, уставшая, но довольная, присела на скамейку. Сердце колотилось, адреналин всё ещё бурлил в крови. «Вот уж не ожидала, что и на пенсии меня настигнут неожиданные роды», — подумала она с улыбкой. Как будто судьба напоминала: «Твоё призвание всегда будет с тобой».
На следующее утро, когда Татьяна вышла из столовой, к ней подбежала Нина — та самая женщина, с которой они познакомились в санатории:
— Татьяна Васильевна! Вас там ищут. Приехали родственники этой девушки, Оксаны. Кажется, они спрашивают, кто принимал роды.
— Родственники? — удивилась Татьяна. — Хорошо, пойду посмотрю.
Она прошла в холл, где стояла молодая пара, видимо, друзья Оксаны. Между ними с хмурым выражением лица стоял мужчина лет пятидесяти. Но чуть в стороне от них стояла фигура, которая словно пронзила Татьяну воспоминаниями. Высокий, поседевший, но с той же осанкой и такими родными чертами, которые невозможно спутать с кем-то другим. Кирилл.
«Не может быть… — у Татьяны защемило в груди. — Столько лет прошло… А он совсем не изменился, только стал серьёзнее». Она почувствовала, как ноги налились свинцом, и не смогла сделать ни шагу. Кирилл оглянулся, их взгляды встретились. На какое-то мгновение он тоже застыл, словно увидел призрак прошлого.
— Татьяна? — тихо спросил он. — Это… действительно ты?
Нина, не понимая, что происходит, подвела Татьяну к группе людей:
— Вот она, наша спасительница! Именно она помогла Оксане родить мальчика, когда скорая помощь опаздывала.
Кирилл смотрел на Татьяну как заворожённый. Остальные родственники Оксаны бросились к Татьяне с благодарностями, мол, спасибо, что спасли их девочку и внука. Оказалось, что Кирилл в этой истории выступал доверенным лицом: судя по разговорам, он близко общался с семьёй отца ребёнка и пытался помочь всё уладить. Но подробностей Татьяна не знала, да и не особо вникала. Всё её внимание было приковано к нему.
Вечером Кирилл сам нашёл Татьяну, когда она сидела на скамейке у озера. Одна, в лёгком плаще, прислушиваясь к шороху сосен. Он подошёл тихо:
— Можно рядом?
Татьяна кивнула.
Они молчали пару минут, глядя, как по озеру стелется лёгкая дымка.
— Я искал тебя тогда… — вдруг сказал Кирилл, глядя в воду. — После той ночи, когда мы договорились встретиться на Новый год. Прости меня, Тань. Меня внезапно вызвали по делам. Знаешь, у отца был бизнес за границей, и я почти сразу уехал. А телефон, который у меня был, оказался недействительным в роуминге… Я пытался через общих знакомых узнать, где ты живёшь, но все ниточки оборвались.
— Ты мог бы попытаться связаться ещё раз, — тихо проговорила Татьяна, не отрывая взгляда от мягкой ряби на озере. — Я ведь так ждала.
— Да, надо было. Но жизнь закрутилась: я переезжал из страны в страну, знал о тебе только имя и то, что ты учишься в медицинском институте. Много лет я сожалел о том, что всё так оборвалось… И вот случайность: ты здесь, помогаешь молодой девушке, и я вижу тебя спустя столько лет…
Татьяна обернулась к нему и заметила горечь в его взгляде. Ей было больно вспоминать, как она страдала от обиды и разочарования, но она видела, что и у него на сердце не легче. Прошли годы, у каждого своя жизнь. Может быть, они уже не те люди, что прежде. Но какое-то тепло поднялось в душе, словно давно погасший костёр вдруг вспыхнул.
— Я… давно тебя простила, Кирилл, — призналась она. — Просто старалась забыть. И у меня своя судьба. Работа, потом карьера, теперь вот на пенсии. Не вышла замуж, так сложилось. А у тебя?
— Тоже не женат, — покачал он головой. — Постоянно в командировках, да и не встретил человека, который бы затронул душу, как тогда, много лет назад… Наверное, я слишком глупо упустил свой шанс.
Он взял Татьяну за руку, и она не отдёрнула её. Сердце билось, как когда-то в юности.
— Может, у нас ещё есть время всё исправить, — тихо сказал Кирилл. — Я готов сделать всё, что угодно, лишь бы быть рядом с тобой. Я знаю, что это звучит дико — столько воды утекло. Но ведь я никогда тебя не забывал.
Глаза Татьяны увлажнились. Она видела, что он говорит искренне. При всей абсурдности ситуации ей хотелось верить, что судьба может дать второй шанс. В конце концов, ей уже нечего терять. Впереди пустая пенсия или короткая подработка в роддоме. А тут человек, который когда-то заставил её сердце биться чаще, а теперь просит прощения.
— Я… не буду ничего обещать, — осторожно сказала Татьяна. — Но, может, попробуем познакомиться заново? Глядишь, и получится, если мы оба не сбежим в последний момент.
Кирилл улыбнулся, и его улыбка была такой же тёплой, как в день их первой встречи. Он встал и протянул ей руку:
— Давай прогуляемся. Эта аллея выглядит романтично в сумерках.
Татьяна встала, слегка смутившись, но ощутив приятный трепет. «Пусть жизнь сделает свой ход», — подумала она.
Оксана с сыном уехали из санатория через пару дней. Перед отъездом она горячо благодарила Татьяну, подарив ей букет полевых цветов и оставив свой номер телефона. «Если бы не вы… Боюсь представить, чем бы всё закончилось», — говорила молодая мама со слезами радости на глазах. Татьяна лишь улыбалась, понимая, что эта история помогла и ей самой: она напомнила ей о главном призвании и свела со старым другом — сердечным воспоминанием.
Они стали проводить вместе почти всё время: днём гуляли, вечерами разговаривали в холле и на террасе. Кирилл рассказывал о своей работе, о командировках, о том, как открывал филиалы компаний, занимался иностранными партнёрствами. Татьяна делилась воспоминаниями из роддома, рассказывала забавные случаи из практики.
— Тебе не хватало семьи? — спросил он ее. — Ведь ты столько лет помогала другим рожать детей, а сама…
— Поначалу было тяжело, — призналась она. — Но я училась не сожалеть. Считаю, что если семья не сложилась вовремя, значит, на всё воля судьбы. Сейчас я уже привыкла жить одна.
Кирилл молча взял её за руку. Татьяна чувствовала, что это прикосновение успокаивает и раскрывает в ней что-то очень личное. Она не могла понять, к чему приведут эти отношения, но верила: всё может получиться, если они оба этого хотят. Иногда она думала, что уже слишком поздно начинать… Но разве для любви существуют точные сроки?
В день выписки из санатория они сидели в машине Кирилла, он предложил подвезти Татьяну до дома. Когда они подъехали к её подъезду, он откинулся на спинку сиденья и сказал:
— Я не хочу снова исчезать, Тань. Давай не будем терять друг друга. Если нужно, я готов пересмотреть все свои планы, лишь бы быть рядом. У тебя здесь жизнь, друзья, коллеги… У меня нет проблем с тем, чтобы поселиться в этом городе. Или… Не знаю, как мы решим.
— А как же твои командировки? — улыбнулась она.
— Буду летать реже, а может, вообще сменю приоритеты. В конце концов, я уже не мальчик, можно и осесть. Мы можем путешествовать вместе, если ты захочешь. Главное, чтобы у нас всё было хорошо.
Татьяна долго молчала, чувствуя, как внутри неё идёт борьба: хватит ли у неё смелости начать новую жизнь после стольких лет одиночества? Но, глядя на Кирилла, она понимала: она не хочет его отпускать.
— Ладно, — тихо сказала она наконец. — Попробуем. В любом случае я согласна на общение и знакомство. А если надумаешь сбежать, знай: второй раз я тебя не прощу.
Он наклонился и осторожно обнял её. Татьяна почувствовала, как сильно бьётся её сердце, как в молодости, — и поняла, что произнесла вслух: «Спасибо судьбе за этот шанс». Кирилл лишь крепче прижал её к себе.
На следующий день Татьяну снова пригласили в роддом — коллеги уговаривали вернуться хотя бы на полставки: «Нам не хватает дежурств, а ты ведь в строю, Татьяна Васильевна!» Она согласилась попробовать: не хотела окончательно сидеть дома и к тому же поняла, что ещё может быть полезна. Кирилл, услышав новость, только обрадовался:
Они стали видеться каждый день. Кирилл снял квартиру неподалёку, пока решал, стоит ли покупать жильё в этом городе. Вскоре Татьяна и вовсе предложила ему переехать к ней, если ему удобно, хотя и немного смущалась. Она чувствовала себя счастливой, а подруги, видя её сияющие глаза, говорили: «Танька, ты словно сбросила лет двадцать!»
Через полгода Татьяна и Кирилл уже планировали совместную поездку «на море», а там, глядишь, и роспись в загсе — без пышных торжеств, но по-настоящему, с желанием связать судьбы. Прошлое оставалось позади — и студенческие обиды, и несостоявшиеся встречи, и долгая пустота взрослой одинокой жизни.
Да, судьба иногда преподносит сюрпризы: один спасённый ребёнок в санатории, одна случайная встреча — и всё меняется. Татьяна чувствовала, что обрела то, о чём долгое время даже не мечтала. И пусть они уже не молоды, главное — в сердце всегда есть место для новой жизни, новой любви и надежды.
«Пусть идут годы, — думала она, закрывая глаза перед сном, — но если мы решились на перемены, значит, будем счастливы. Я готова. Кирилл, спасибо, что вернулся…»
ПРИСОЕДИНЯЙСЯ НА НАШ ТЕЛЕГРАМ-КАНАЛ.
Понравился вам рассказ? Тогда поставьте лайк и подпишитесь на наш канал, чтобы не пропустить новые интересные истории из жизни.