Идеальный выбор на праздники для страдающих от меланхолии — драматический сай-фай «Чувства Анны» Анны Меликян с Анной Михалковой в главной роли. Несмотря на тройное повторение имени, в фильме есть чувства всех, но не самой героини.
Пермячка Анна Бородина (Анна Михалкова) работает на шоколадной фабрике, откуда ворует конфеты для своей семилетней дочери. Типичную хрущевку под наименованием «дом» она делит с тщедушным мужем и сыном-стримером. На улицах Анну окружает быстрорастущая пандемия, счетчик смертности и планы государства о переселении на Марс. А потом Анна бьется головой об асфальт и начинает слышать голоса инопланетян.
Героиня становится великим медиумом: после записанного подшофе ролика с посланиями о женщине узнает весь мир. Она «случайно» предсказывает падение самолета и побег шимпанзе из зоопарка и от имени внеземных цивилизаций призывает людей жить в любви. Собственно, оригинальность посланий заканчивается именно на этом — здесь больше работает не посыл, а способ высказывания.
Драматический сайфай Анны Меликян и сам похож на дар героини: сюжет явно не новый, но для российского проката представляется свежим и даже артхаусным. Возможно, из-за визуальной составляющей: черно-белое кино в двадцать первом столетии кажется предметом из бабушкиного шкафа. Это тот винтаж, возвращение к которому не совсем ясно, ведь глаз уже привык ко всем спектрам цветов. Но ограниченный визуал «Чувств Анны» весьма гармонирует, как минимум, со счетчиком смертности на панельных домах.
Картина обладает еще одним необычным элементом для современной России — никто не думает, что главная героиня, на языке говорящих, рехнулась. Способность к контакту делает Анну особенной, великой, а ее дар не вызывает сомнения, только немного пугает ее мужа и детей. Анна набирает бешеную популярность в обществе пермяков, оказывается в составе псевдонаучного клуба «Аномалия», отправляется на конференцию в Москву и крутит роман с преподавателем литературы. Но главное изменение происходит в момент, когда она переодевается из дешевого пуховика в шубу. Именно тогда Анна словно вылетает из хрущевки и становится настолько далека от всех, что даже инопланетяне признают ее чужой.
И мы возвращаемся в реалии русского кино в самый важный момент — во время постельной сцены. Здесь они такие, что вызывают стыд, и ты сразу же прощаешь «Оппенгеймер» за ту самую сцену с Флоренс Пью. Впрочем, отечественное кинопроизводство не может предложить нам замену.
Странно, что в «Чувствах Анны» мало говорится про сами чувства. Только про мысли — и те чужие: кто-то вечно говорит через Анну, использует для своих высказываний ее рот. И те мысли, которые для Анны стали особенностью, разбирают нарасхват: коллеги начинают использовать популярность героини и тоже читать чужие мысли на камеру. Анна перестает быть «той самой» и становится «одной из этих», и никто уже не удивляется ее оригинальности. Только в конце мы слышим настоящие слова героини, когда ее уже никто не слушает — и это как раз-таки чувства.
Главная причина любить картину Меликян — это саундтрек Shortparis. Хоть композиции и не очень характерны для творчества группы, но он идеально дополняет сюжет и даже живет отдельной жизнью. Может, музыка выражает чувства Анны даже лучше, чем она сама.