Начну вот с чего: я когда-то - лет 20 назад, - будучи в Лондоне, посещал офис лейбла Domino Records. Это был период высочайшей популярности шотландской группы Franz Ferdinand, и в офисе выпускающего лейбла царила невероятная активность. Ещё я хорошо помню, что мне тогда пришла в голову мысль о том, что у наших лейблов, будь у них такой международный успех, тоже бы всё «крутилось-вертелось» ничуть не хуже – успех FF был просто фантастическим…
Сегодня, читая рецензию на новую пластинку Franz Ferdinand, я несколько по-новому представляю себе их историю. В нулевые мне казалось, что они были, что называется, 100-процентными везунчиками: одними из сотен – а, может, и тысяч, - похожих групп, которые играли похожую музыку похожим образом. С одной только разницей – у FF всё получилось.
Конечно, элемент везения в успехе Franz Ferdinand был, но сегодня, по прошествии лет, понятно, что у группы при этом было очень важное качество - “lasting quality” («умение оставаться»). Именно про это качество подробно рассказывает Джин Симмонс (Gene Simmons) (посмотрите пост от 27 декабря 2024 года). «Фердинандам» удалось не только зарекомендовать себя тогда в качестве лидера рок-сцены, практически минуя период неуклюжего развития, но и оставаться в поле зрения эти два десятилетия. Однако, их карьера тоже не лишена «подводных камней» - но об этом чуть позже.
Важный момент – фронтмену FF Алексу Капраносу (Alex Kapranos a.k.a. Alexander Paul Kapranos Huntley) было уже за 30, когда группа выпустила свой дебютный альбом, в котором «задорные гитарные риффы сочетались со слегка мрачноватым вокалом».
Капранос и его команда сумели не только «сесть на ухо». Они очень удачно «сели на глаз»: в их «визуализации» было что-то эстетически особенное, изящное и отстранённое. Отдельная тема – тексты песен. Здесь FF также смогли найти свою идентификационную метку, что было крайне важно для пристрастного муз-рынка Великобритании.
И вот на подходе “The Human Fear” – их шестой альбом, он же первый с 2018 года.
Процитирую рецензию в The Guardian: «По звучанию альбом заметно напоминает музыку для слушателей среднего возраста. Несмотря на дерзкое начало первой песни пластинки – в нём Капранос бормочет о распаде реальности под приятный гитарный рифф, - музыка затем плавно переходит в довольно тягучий припев, который, больше годится для послеобеденного чаепития».
Вот они, «подводные камни»: похоже, рецензент слегка подзабыл, что Капраносу уже за «полтинник» - иначе не писал бы про «средний возраст».
Хотя у меня эти журналистские строчки вызвали лишь повышенное желание послушать пластинку, тем более запасы приличной заварки в доме имеются. И это при том, что ярым поклонником Franz Ferdinand я никогда не являлся.
А вот продолжение рецензии: «Другие песни (“Bar Lonely”, "Tell Me I Should Stay") направляют гламур 70–х в приятное, но ничем не примечательное русло, в то время как трек под названием "The Doctor", рассказанный с точки зрения человека, не желающего покидать больничную койку ("Мне нужно поговорить с медсестрами и подержать ещё градусник…"), не совсем соответствует альбомной установке на позитив. При этом на диске есть пара ярких моментов, вызывающих восхищение, например, когда Капранос поет дифирамбы новой возлюбленной на фоне синтезаторов, звучащих в стиле EDM… Можно с уверенностью сказать, что спустя два десятилетия после своего расцвета, Franz Ferdinand всё-таки потеряли свою “клевизну”».
Как вам рецензия? Конечно, понятие «клевизны» (“cool”) - оно очень важное в шоу-бизнесе, с этим не поспоришь. Но желание послушать альбом рецензия не отбила – может, в этом и есть её тайный смысл?
В любом случае, альбом "The Human Fear" выходит 10 января на всё том же лейбле Domino Records – как раз в пятницу, когда будет первая в 2025 году программа на МАЯКе.
Так что мы обязательно что-то из нового релиза FF заслушаем.
P.S. А вот что Алекс Капранос ответил на вопрос журналиста о любимом занятии в воскресенье утром: «Я люблю доехать на велосипеде до цветочного рынка на Коламбия-Роуд в Лондоне. Мой совет — покупайте цветы, когда оптовики их расфасовывают, потому что никогда не знаешь, что у них остаётся, но остатки всегда стоят значительно дешевле».