Если вы ещё не слышали о нём, то «Носферату» – это последний высокоинтеллектуальный фильм ужасов Роберта Эггерса, и вы должны знать, что он очень-очень хорош. Всё, начиная с операторской работы, костюмов, декораций и режиссуры, – на высшем уровне.
Готическая интерпретация культового немого фильма 1922-го года с таким же названием (который, в свою очередь, является адаптацией романа Брэма Стокера «Дракула»). «Носферату» Эггерса не только прекрасно снят, но и чертовски страшен.
В фильме Николас Холт играет Томаса Хуттера, молодого агента по недвижимости, Лили-Роуз Депп – его проклятую невесту, а Билл Скарсгард в ужасающе безумной роли графа Орлока-вампира.
В актёрский состав также вошли Аарон Тейлор-Джонсон, Эмма Коррин, Ральф Айнесон, Саймон Макбёрни и Уиллем Дефо (который, по иронии судьбы, был номинирован на «Оскар» за роль актёра, сыгравшего графа Орлока в фильме 2000-го года «Тень вампира», вымышленной истории о создании оригинального фильма «Носферату»).
Ниже я представлю несколько очень интересных закулисных фактов о фильме, которые я узнал из производственных заметок. К вашему сведению: впереди нет серьёзных спойлеров. Но есть несколько небольших сюжетных деталей. Итак, поехали!
Эггерс на самом деле написал и поставил сценическую адаптацию фильма «Носферату: Симфония ужаса» (1922) со своим одноклассником, когда ещё учился в старшей школе. И после успеха своего первого полнометражного фильма «Ведьма» в 2015-ом году Эггерс написал сценарий «Носферату» с намерением сделать его своим следующим фильмом. Однако его следующими проектами стали «Маяк» в 2019-ом году и «Варяг» в 2022-ом году.
Ещё до начала съёмок Эггерс написал новеллу с подробными предысториями и сценами... и, написав это, Эггерс обнаружил, что хочет сделать путешествие Эллен Хуттер (Депп) «движущей силой» фильма. «Она стала жертвой не только вампира, но и общества XIX века, – объяснил Эггерс. – Это история Эллен. Есть пролог, который начинается с её детства и необъяснимого, но пугающего призрака».
Продолжая своё глубокое погружение, Эггерс также провёл множество исследований, посвящённых оккультизму и историческим представлениям о вампирах. На самом деле он провёл так много исследований, что его кабинет, по-видимому, был заполнен «сотнями книг» на эти темы.
Депп работала с тренером по движениям Мари-Габриэль Роти, экспертом по японскому буто (разновидности танца), чтобы поставить хореографию для движений Эллен во время съёмок.
Чтобы добиться очень специфического и стилизованного «романтического лунного» освещения, оператор Джарин Блашке использовал настоящие свечи для освещения сцен. «Это настоящее пламя, – сказал Блашке. – Мы просто продолжали поджигать свечи, пока не добились нужной экспозиции. Получилось грязно, но очень приятно снимать на плёнку с настоящими свечами». Съемки проходили в Праге, и они проходили в нескольких реальных местах. Судя по всему, Эггерс хотел включить в фильм архитектуру Праги.
Создатели фильма также отправились в Трансильванию в Румынии, чтобы снять экстерьер замка Хунедоара (также известного как замок Корвин), который в фильме стал замком Орлока. Но они также построили ТОННУ декораций... 60, если быть точным, включая пять городских кварталов. (Для сравнения, в среднестатистическом фильме строится около дюжины декораций или меньше.) «Я хотел построить как можно больше, – сказал Эггерс. – Это даёт мне больше возможностей для управления тем, как мы с Джарином перемещаем камеру».
И многие декорации были сконструированы так, чтобы их можно было перемещать для съёмок в фильме. Эггерс объяснил: «Часто это требует, чтобы у нас были подвижные стены и подвижные потолки. Есть несколько кадров, где стена открывается на петлях, чтобы пропустить камеру, а затем закрывается. Это непросто, но очень весело».
В декорациях было столько деталей, что вы никогда не смогли бы увидеть их все, просто просматривая фильм. Например, на столе лежала бумага, на которой было написано письмо от Эллен. Актриса Эмма Коррин объяснила: «Я помню, как мы с Робом рылись в одном из столов, на котором они разложили бумагу для заметок. На бумаге для заметок написано, как будто это письмо от Эллен, и на всех конвертах указано имя моего персонажа».
Если говорить о практических методах съёмок, то кровавые слёзы, которые проливает Эллен, были настоящими, а не компьютерной графикой. Художник по гриму Трейси Лоадер использовала глазную кровь, созданную специально для создания красных слёз.
Язык, который Носферату использует, чтобы «говорить» с Эллен (в ее ночных кошмарах / привидениях), называется дакийский, то есть мертвый язык. Румынский сценарист Флорин Лэзэреску помог режиссёрам с переводом.
Хотя в саундтреке к фильму звучит множество малоизвестных и старинных инструментов, на самом деле они тоже были изготовлены на заказ. Один из примеров – устройство, похожее на тоаку (инструмент ударного типа), которое сконструировал перкуссионист Пол Кларвис.
В рамках исследования, посвященного созданию образа графа Орлока, Эггерс и художник по спецэффектам Дэвид Уайт изучали разложение плоти и костей, используя медицинские и исторические исследования и книги.
Эггерс также поделился изображениями знатных людей того времени, их причёсок и растительности на лице, а также изображениями, которые появлялись на протяжении веков, в том числе в народном искусстве, чтобы добиться нужного эффекта.
Биллу Скарсгарду приходилось проводить в кресле гримера по три с половиной-четыре часа каждый раз, при этом несколько человек работали над его головой, а другие – над его руками.
Некоторые «животноподобные» звуки, которые вы слышите в фильме, были созданы путём записи движения камня. Звукорежиссёр Дамиан Вольпе объяснил: «Я таскал по полу большой кусок гранита, просто чтобы посмотреть, какие звуки я могу издавать».
Это уже четвёртая совместная работа Эггерса с его основной съёмочной группой: художником-постановщиком Крейгом Лэтропом, оператором Джарином Блашке, художником по костюмам Линдой Мьюир и редактором Луизой Форд, которые работали над всеми предыдущими фильмами Эггерса.
И, наконец, вам, вероятно, покажется забавным/интересным, что Крис Коламбус, он же режиссёр культовых семейных фильмов, таких как «Один дома» и «Миссис Даутфайр», является продюсером этого фильма. Он также был исполнительным продюсером двух предыдущих фильмов Эггерса, «Ведьма» и «Маяк».