Стремление вернуться в Канаду никогда не оставляло первых отцов-миссионеров Пьера Бьяра и Анмона Массе. Именно они, став после возвращения из Акадии преподавателями ведущих французских коллегий - Ла Флеш (Анжу) и Клермон (Париж) - смогли привить молодым интерес и стремление к заокеанскому апостолату, Новой Франции и местным индейским народам.
В 1620 г. герцог де Монморанси, вице-король Новой Франции, королевским и своим представителем в колонии назначил Самуэля де Шамплена, основателя Квебека и сторонника активной колонизации.
Вскоре представился удобный случай повлиять непосредственно на само колониальное руководство Новой Франции с целью предоставления иезуитам права и возможности возобновить свой апостолат в Северной Америке.
В ноябре 1624 г. духовником маркиза де Вантадура - племянника Монморан
си - был избран иезуит Филибер Нуаро. Де Вантадур, как и многие другие французские аристократы-католики, в то время был истово верующим, стремящимся к активной деятельности ради славы Господа и Церкви. Нуаро настоятельно советовал Вантадуру выкупить у дяди титул вице-короля и стать главным оплотом католицизма в Канаде, послав туда миссионеров-иезуитов. 15 февраля 1625 г. маркиз де Вантадур вступил в должность и права вице-короля Новой Франции, а 20 февраля Вителлески уже утвердил список первых миссионеров в Новой Франции. В марте отец Шарль Лалеман был назначен супериором Квебекской миссии. Вантадур утвердил Шамплена лейтенантом вице-короля, а иезуитам была предложена крупная сумма для основания и развития миссии в Квебеке. 15 июня 1625 г. первые члены квебекской миссии - отцы Шарль Лалеман, Жан де Бребеф и Анмон Массе, и братья Бюрел и Шартон - в сопровождении реколлекта Жозефа де Ла Рош д'Айона достигли Квебека. Иезуиты были радушно приняты и размещены в монастыре на р. Сен-Шарль, близ Квебека, как в силу отсутствия в поселении достойного жилища, так и неоднозначного отношения части жителей, прежде всего гугенотов, к появлению членов Общества Иисуса.
Обустроившись на Сен-Шарль, иезуиты начали подыскивать место для строительства своего собственного дома, и 1 сентября был водружен крест на месте будущего знаменитого монастыря Нотр-Дам-дез-Анж, ставшего символом иезуитского присутствия в Канаде. 10 марта 1626 г. особым актом Вантадур передал иезуитам эту землю "в безотзывный и постоянный дар" для строительства ими "резиденции и семинарии для обучения дикарей", и 25 июля Лалеман официально вступил в права собственности.
Первой задачей, которую поставили перед собой новоприбывшие миссионеры, было изучение местных языков и перевод на них основных католических молитв и гимнов. Наиболее близким к Квебеку было племя монтанье и еще во Франции было решено уделить большое внимание христианизации этого народа - важного французского союзника и торгового партнера. Одновременно стали готовиться к миссии в страну гуронов к берегам озера Гурон и Джорджиан-Бей.
В отличие от кочевых племен на р. Св. Лаврентия монтанье, наскапи, алгонкинов, племена Великих озер (гуроны и ирокезы) были оседлыми, объединенными в большие конфедерации, а главное, владеющими огромными охотничьими угодьями, сулившими большие выгоды мехоторговцам. Гуроны стали ведущими поставщиками мехов для французов уже с 1611 г., и между 1616 и 1629 гг. поставляли две трети всех бобровых шкур. Было решено отправить к гуронам совместную иезуитско-реколлектскую миссию, и первым иезуитским миссионером к гуронам был избран Жан де Бребеф, ставший со временем истинным апостолом этого народа, разделившим с ним и его взлет, и гибель в 1649 - 1650 годах. Со стороны реколлектов был назначен отец Роше д'Айон.
Тогда же Нуаро был назначен прокуратором миссии во Франции "для содействия интересам нашего предприятия", то есть поиска средств для продолжения миссии. Второй важной задачей Нуаро стало сокращение (в идеале - полная ликвидация) влияния гугенотов в колонии. Именно эта миссия положит начало формированию важнейшей в истории Канады колониальной структуры - Компании Новой Франции (или Ста Акционеров). Иезуиты, как и реколлекты, добивались настоящей колонизации, как главного условия христианизации. Этого можно было достичь, поселив неофитов вместе с французами, которые предоставили бы им помощь и показали пример культурной жизни. Но сначала надо было создать французское католическое общество, чему мешала политика торговых компаний, в большинстве состоявших из протестантов.
Прибыв во Францию, Нуаро стремился убедить наиболее влиятельных лиц, вице-короля и королевских министров в необходимости передать управление в Новой Франции католикам, задачей которых является не личное обогащение, а создание французского и католического общества на Св. Лаврентии. Он добился согласия нескольких влиятельных персон, которые позднее образуют ядро Компании Ста Акционеров. Однако, начавшаяся англофранцузская Гугенотская война сделала путешествия по Атлантике весьма опасными. В этой ситуации Нуаро осознал необходимость искать поддержки в самых верхних эшелонах власти: его последней надеждой был Ришелье.
Взгляд Ришелье на колониальную политику в корне отличался от его предшественников: для него колонии были, прежде всего, символом французского могущества, барьером на пути экспансии Англии и Испании, вкладом в национальную экономику и только затем - объектом приложения частно-торговых интересов. Уже в конце апреля Ришелье объявил о создании большой компании, которая получала все права в Новой Франции и крупный уставной капитал с целью строительства там французского и католического общества.
Компания получала исключительное право торговли на континенте. Король также одаривал статусом французского гражданина любого белого ребенка, родившегося в Канаде, и любого окрещенного туземца. Компания непосредственно зависела от кардинала как министра флота и торговли. Нуаро мог праздновать победу: на этапе становления иезуитского апостолата это было крупным достижением, дававшем надежды на государственную поддержку миссионерской работы и укрепление колониальной базы, необходимой для строительства церковной организации в Новой Франции.
Иезуиты приняли непосредственное участие (и даже в чем-то инициировали) в интенсификации колониальных усилий Франции на североамериканском континенте, которые обычно связывались исключительно с политикой светских властей, а именно - Ришелье в качестве первого министра Людовика XIII. Влияние миссионерских программ иезуитов и реколлектов отчетливо видно уже в статьях Устава Компании Новой Франции и в запрете протестантского вероисповедания в колонии, но особенно в том, что касалось натурализации христианских индейцев в качестве полноправных французских подданных. Таким образом, политика "францизации" аборигенов Канады, первоначально бывшая лишь задачей католического апостолата, с 1627 и вплоть до 1763 г. становится официальной политикой Франции по отношению к союзным индейцам.
Весной 1628 г. корабли Компании Новой Франции вышли в море. На борту было все необходимое для колонии и миссии, а также нескольких миссионеров, иезуитов и реколлектов. Остальные иезуиты отправились на собственном корабле, купленном Нуаро. Но им не суждено было достичь цели. Английская эскадра под командованием Дэвида Кёрка захватила Тадуссак, важнейший торговый пост французов, перерезав сообщение с Квебеком. Город оказался в осаде. И когда 18 июля французский флот вошел в залив Св. Лаврентия, он был атакован английскими каперами. После пяти часов боя французы капитулировали. Пленных иезуитов отправили в Англию вместе с офицерами французского флота. Нуаро, следовавший за эскадрой, услышав шум боя и не имея ни одного орудия на борту, счел нужным удалиться и повернул во Францию.
Потери Компании Новой Франции были огромны. Тем не менее, поддержка государства в лице Ришелье и надежды на компенсацию потерь заставили компаньонов запланировать новую экспедицию в следующем году. Тем более, что Квебек оставался еще в руках Франции.
Ситуация там была катастрофической: не хватало еды, оружия, людей. Несмотря на призывы иезуитов продолжать сопротивление, Шамплен вынужден был капитулировать.
19 июля 1629 г. статьи капитуляции подписали обе стороны. Реколлекты не подверглись никаким притеснениям, им разрешили остаться в Квебеке. "Преподобные Иезуитские Отцы встретили совсем другое обращение. Их дом ограбили и все найденное там стало добычей солдат". Сами они, как и Шамплен и его офицеры, были депортированы в Англию. 18 октября английская эскадра прибыла в Плимут, 29 октября они были в Кале.
Ришелье, не имея сведений о происходящем в колонии, добился прекращения военных действий между Францией и Англией (договор в Сузе, 24 апреля 1629 г.), и направил еще два судна компании и лодку Нуаро в Канаду в июне. Пять иезуитов совершали путешествие в Квебек: отец Бартелеми Вимон на флагмане, отцы Шарль Лалеман, Александр де Виёпон и Филибер Нуаро с братом Луи Мало на судне прокуратора. Реколлекты на этот раз не решились сопровождать экспедицию. У берегов Канады корабли попали в сильный шторм, который рассеял их в море, и каждое судно двигалось к реке Св. Лаврентия самостоятельно. В результате судно иезуитов, пытаясь войти в реку, 24 августа потерпело кораблекрушение. Нуаро и Мало погибли; Лалеман и Виёпон смогли спастись, их нашли и подобрали баскские тресколовы. Узнав о взятии Квебека, французский флот повернул обратно во Францию.
В целом, успехи иезуитов на миссионерском поприще в Квебеке были невелики. Самым ценным было то, что они начали изучение местных языков и знакомство с племенами Великих озер, их будущими объектами христианизации (гуронами, петун, нейтральными и др.). Именно для дальнейшей работы среди них Жан де Бребеф создал в 1630 г. (уже во Франции) свою "Христианскую науку" - первый индейский катехизис - содержащий перечень вопросов и ответов для проверки результатов религиозного обучения неофита на французском и гуронском языках. Это краткое руководство станет первым и пока единственным учебником миссионеров, готовившихся к миссии в Канаде, а также основой для последующих лингвистических достижений второй половины XVII-XVIII веков.
Отцы-иезуиты после первых опытов общения с племенами долины Св. Лаврентия, как некогда и в Акадии, поняли всю трудность и масштабность стоящей перед ними задачи. Никаких иллюзий о чудесном обращении этих народов, подобно деятельности св. Франциска Ксавье в Индии, они не питали. "Обращение дикарей требует времени, - писал супериор миссии Лалеман. - Первые шесть или семь лет покажутся бесплодными для некоторых; и, если я скажу десять или двенадцать, я, возможно, буду не далек от истины".
Эти уроки, учтенные и осмысленные в течение вынужденного пребывания миссионеров во Франции, дадут в дальнейшем возможность не только восстановить в 1632 г. миссию в Квебеке, но и расширить ее, способствуя созданию уникального франко-индейского сообщества, скрепленного подчас не взаимовыгодными политическими и экономическими, а культурно-религиозными отношениями, у истоков которых стояли отцы Общества Иисуса.