С вами Михаил Акимов. Здравствуйте!
Новогодний праздник закончился – это грустно… Но можно и не грустить!
Ну, за что я люблю Новый год – я уже писал. Немножечко напишу, что я в нём не люблю.
Он очень быстро проходит! По сути, 31 декабря – вот и всё! А дальше – какой-то отходняк от праздника. Если чуда не случилось, трезво понимаешь, что теперь надо ждать ещё год. И от этого грустно!
С любимыми не расставайтесь!
Но новогодняя грусть тоже может быть светлой! Мои любимые кадры в «Иронии судьбы» - это когда Лукашин приехал в Москву, бредёт по первоянварским улицам – а там самая правда про 1-е января: валяются на снегу новогодние атрибуты, людей нет вообще, немножко заметает вьюга…
Уже вроде бы грустно, а тут ещё стих Александра Кочеткова «Трясясь в прокуренном вагоне»…
Не знаю, как у кого, но у меня чувство настоящей светлой грусти, когда смотрю эту сцену! Не знаю чем, но почему-то она мне кажется очень оптимистичной! Во-первых, это правда про первое января. Во-вторых, Рязанов просто молодец: мог бы сказать Таривердиеву: напиши музыку - и это будет песня.
В том, что Таривердиев написал бы просто замечательную мелодию – лично у меня сомнений никаких! Но пропала бы магия эпизода – это тоже просто лично моё мнение.
С 1-го по 13-е нашего января…
Вот так сегодня в моей статье и будет! Грустно немного – но вместе с тем – как-то светло.
Когда я впервые услышал песню Игоря Николаева на слова Андрея Вознесенского «12 месяцев» - вот, правда, она в меня очень глубоко проникла. Правда-правда. Я до сих пор её считаю лучшей посленовогодней песней.
Потом-то я узнал, что двумя годами ранее на эти же стихи Вознесенского музыку написал Стас Намин – человек, которого я очень глубоко уважаю. (Она была спета официально на год позднее николаевской, и то в США).
Вроде бы логично, чтобы я захотел послушать и ту. Но я не захотел. Меня практически все друзья и знакомые считают консерватором – и это так. А зачем я буду слушать какой-то другой вариант, если мне понравился этот?
Это всё равно, что поддаться на очередной сетевой выверт «Эту песню Bananarama спела лучше Shocking Blue!» и прослушать мутное и однообразное исполнение Венеры, а потом ругать себя за напрасно потерянное время. Там-то я поддался – интересно стало: неужели лучше? Вывод: да пусть хоть Джимми Хендрикс с Полом Маккартни её сыграют, но кто споёт лучше Маришки? Смешно.
Не знаю, кто спел у Стаса (Лосев, наверное), но спетое Абдуловым меня устроило раз и навсегда, больше ни в чьём исполнении слушать не захотел.
Интересно, что перед эфиром Николаеву пришлось позвонить Вознесенскому и попросить переделать «крамольную» строчку (была антиалкогольная кампания): «Я закопал шампанское под снегопад в саду, выйду с тобою с опаскою, вдруг его не найду…». Поэт нисколько не смутился и тут же выдал вместо «вдруг его не найду» — «я его не найду». Герой песни остался трезвым, а цензура удовлетворённой.
Кстати, вариант «Я его не найду» тоже очень хорош и не идёт в сравнение с переделкой Макаревича по той же причине «Вагонные споры – последнее дело, и каши из них не сварить (вместо очень правильной и точной «Когда больше нечего пить»).
А снег идёт
Как-то получилось, что в фильме «Карьера Димы Горина» она меня не зацепила. Я её заценил, когда в исполнении той же Майи Кристалинской услышал на новогоднем «Голубом огоньке», и с тех пор песня для меня – новогодняя.
Потом её в «Старых песнях о главном» спела Агузарова – тоже не проникло. Однако проект «Старые песни о главном-2» действительно хорош. Он – чисто новогодний, и сделан, на мой взгляд, изумительно. Это самый мой любимый из этих проектов: взять, хотя бы, хулигана Малину с его «Ладой» под окнами Алёнки Апиной или сформировавшееся на этом проекте вокальное трио Мазаев-Рыбин-Фоменко с блестяще спетой и чудесно визуализированной «На безымянной высоте»… А Газманов, монтажник-высотник – прелесть!
Мне нравится мелодия песни, а слова – ещё больше. И вот хоть чо вы со мной делайте, но когда я слышу эту песню – я вижу Новый год! Песен разных про снег много. Например, мне нравится песня, которую использовали в Покровских воротах: «Догони, догони!» - ты лукаво кричишь мне в ответ… И в ней я тоже вижу Новый год! Может, специально везде его ищу…
Так я всё-таки к озаглавленной песне. Кому – Кристалинская, кому – Агузарова – неважно. Здесь ведь караоке, значит, поём сами!
Счастливого Нового года!
Ну, уж поскольку тема моей статьи – посленовогодие, эта песня просто должна быть. Ибо она – самая посленовогодняя.
Задумав её в статью и поняв, что придётся делать караоке, я заранее начал морщиться и корчиться, хорошо представляя, с какой трудной работой придётся столкнуться: мелодия песни во многих местах о-очень неконкретная, и подгонять под неё русский текст – удовольствие весьма сомнительное.
Тем более, у меня был по этой части грустный опыт. Несколько лет назад мы к новогоднему корпоративу готовили эту песню. Пели мы вшестером, и один товарищ никак не попадал в одном месте в ритмику.
Наконец, он сказал, что у ABBA тут ритмика неправильная и предложил вступать несколько в другом месте. На что я ответил:
- Ага! Сейчас мы пятеро попадаем, а один – нет. Изменим – попадать будешь ты один, а мы впятером – мимо! Не проще ли тебе в этом месте промолчать?
Так, в конце концов, и сделали. В общем, справились мы тогда, справился и я сейчас.
Так что, с Новым годом! Или: Счастливого Нового года!