Вернувшись домой я успела только переодеться, как в дверь позвонили - это были друзья спасённого мальчика. Я пригласила их на чай с вкусным тортиком и рассказала - что их друг спасён благодаря их внимательности и добрым сердцам. Как же искренне они радовались, что он и его мама нашлись и скоро будут дома. Ребята у меня в гостях пробыли недолго и убежали домой, чтобы поделиться своей радостью с друзьями по игре.
А через несколько дней, когда их друг и его мама были уже дома, к мальчикам в школу пришли из отделения полиции, и в торжественной обстановке поблагодарили за неравнодушие, вручили грамоту за спасение и по новенькому гоночному велосипеду. Всё-таки мои коллеги сдержали своё слово и счастливее ребят я ещё не видела.
Неделя прошла без каких-либо приключений, правда, Русов пытался пару раз намекнуть что мы собирались вроде бы как в ЗАГС, но я что-то засомневалась. Нет, чувства к Русову у меня были, но это скорее дружеские чувства, а насчёт влюблённости - я стала сомневаться, и предложила Русову отложить пока этот вопрос. Русов, конечно, нахмурился, но давить не стал, и последние несколько дней даже не давал о себе знать. Возможно, он молчал бы и дальше, но у нас появилось новое дело.
- Кристин, будь другом! - проворковал мне в ухо голос Русова из телефона и я огорчённо вздохнула: - Чего тебе?
- Тут такое интересное дело нам подкинули. Один мужчина, богатый бизнесмен Пахомов Сергей, искал кил.лера, чтобы убрать неизвестное лицо.
- В каком смысле - неизвестное? - удивилась я. - Зачем ему платить киллеру за неизвестного человека?
- Да нет, Пахомов-то, скорее всего, знает - для кого нанимал, а для полиции - лицо неизвестное. Так как Пахомов дал наводку не на человека, а на машину, припаркованную у него во дворе. Пахомов хотел чтобы в эту машину заложили взрывное устройство, якобы, когда всё будет готово, он сам найдёт способ посадить в неё нужного человека.
- И что - получилось? - напряглась я.
- Не перебивай! - рыкнул Русов. - Ну так вот, обратился он к своему соседу, тоже бизнесмену, но бывшему выходцу из мест не столь отдалённых, а тот уже кинул клич по своим старым и новым связям, но, так как требовался не выстрел и тому подобное, а именно взрывное устройство, да плюс сосед был в небольшом запое, информация о поиске киллера дошла до компетентных органов и в роли киллера выступил полицейский.
- Богатый бизнесмен не мог найти настоящего кил.лера? - не поверила я.
- Человек был в состоянии глубочайшей депрессии, эмоционально нестабилен, обратился к кому смог. Не придирайся! - буркнул Русов и продолжил: - Машину посмотрели, приготовили нужные спец эффекты и доложили Пахомову о готовности. Естественно, все были на чеку. Так вот, через час после звонка Пахомову, к машине подошёл мужчина в куртке с опущенным капюшоном, сел в машину, поехал. Как только он заехал за мусорные баки, раздался грохот на весь двор, из спец канистр вверх взметнулось пламя, полетели куски горящего железа. Полицейские сняли всё это чтобы отослать Пахомову для отчёта и стали ждать, когда он выйдет на связь, чтобы договориться о передаче второй суммы денег, на которой и собирались арестовать Пахомова.
- А если бы он не вышел на связь, зачем ему платить вторую сумму, если дело уже сделано? - поинтересовалась я.
- А ты бы сама рискнула так кинуть килл.ера? - усмехнулся Русов.
Я задумалась и отрицательно покачала головой.
- Воот. - кивнул Русов и продолжил. - Когда всё было отснято, они кинулись к машине, чтобы объяснить всё это человеку, которого заказал Пахомов, и отвезти его в надёжное место до ареста Пахомова, но это не получилось.
- Почему?
- Потому что в машине сидел живой и невредимый сам Пахомов, и, с круглыми глазами, смотрел на киношные спец эффекты и "кил.лера" с помощником, одетых как бом.жи, которые предлагают ему аккуратно выйти из машины под прикрытием дымовой завесы и пройти в их машину.
- Так, Пахомов, что - заказал сам себя? - удивилась я. - То есть - никакого преступления не было? А что тогда полиция хочет от нас?
- Разобраться - зачем Пахомов решил свести счёты с жизнью. И сам ли он это решил. Как-то всё выглядит подозрительно и невероятно. Он сам на вопросы отвечать отказывается, сказал только, что нанимал "кил.лера" для себя, так как неизлечимо болен и хотел уйти нормально, а не немощным, измождённым болезнью стариком, а своими руками это делать не хотел - карма, слухи, падение акций и всё такое. А так - взорвали конкуренты, акции вырастут, любимая жена останется богатой вдовой.
- Ну, всё может быть. Если он понимал - что бол.езнь мучительная и неизлечимая, то мог и решиться на такое, хотя обычно люди бьются с болезнью до последнего. Причём, советуют даже, в тяжёлых случаях, пройти обследование в двух разных клиниках, чтобы исключить ошибку, а здесь - только распечатку анализов прочитал и кинулся грудью на амбразуру. - пожала я плечами. - Но чем я могу помочь?
- Дело в том, что, чтобы допустить вероятность такой версии и отпустить Пахомова, его обследовали на предмет его болезни. И он оказался абсолютно здоров. Да, есть небольшие отклонения от нормы, но в целом - всё не страшно, а уж про якобы диагностированную неизле.чимую бол.езнь речи вообще не идёт. Панель онк.омаркеров ничего такого не показала.
- Не поняла. Его так тряхнуло что он выздоровел? Или что?
- Или что! Полицейские предъявили ему результаты обследования и хотят услышать от него правдоподобную версию, но он замкнулся в себе и молчит. Вот, попросили разобраться нас. Что-то там нечисто, не хотят чтобы ещё кто-то пострадал.
- Ну хорошо, давай какую-нибудь его вещь. - согласилась я помочь.
- Вот. - протянул мне Русов шикарнейшие часы на бомбическом светло-коричневом кожаном ремешке.
- Какая красота! - восхитилась я, нацепила на себя часы и стала рассматривать.
- Что видишь? - поинтересовался Русов.
- Вижу как обалденно сидят на моей руке тысяч пятьдесят евро! - со вздохом ответила я и, с огромным сожалением, сняв часы, зажала их между ладонями и замерла.
Замелькали картинки, но я не могла уловить основную суть, поэтому открыла глаза и покачала головой. - Не понимаю!
- Вот, возьми шейный платок его жены, может быть это поможет? - с надеждой в глазах протянул он мне кусочек невероятного шёлка.
Я сжала в комочек платок в кулаке, обхватила его второй рукой и стала настраиваться.
Попеременно сжимая в руках то платок, то часы, я, наконец, минут через тридцать смогла сложить полную картину.
Сжимая платок я увидела как женщина прячет в своей сумке между двумя журналами бланк с результатами анализов так, чтобы уголок бумаги немного торчал из-под них; потом она закапывает себе какие-то капли в глаза и начинает плакать. Вскоре в квартиру заходит мужчина, она поспешно вытирает слёзы и кидается к нему навстречу. Мужчина встревожен её видом, спрашивает - что случилось, она отнекивается и ведёт его ужинать. Потом, дождавшись пока он уйдёт в ванную, звонит кому-то и начинает разговор о том, что скоро муж станет немощным измученным постоянными болями стариком, живущим под м@рфином, который станет овощем и будет ходить под себя; что, якобы, сделать уже ничего не возможно, опу.холь в голове уже не операбельна, врач дал ему два месяца максимум и всё в таком духе.
Часы показали мне как мужчина, вышедший из ванной, услышав якобы обрывок разговора, встал как вкопанный, потом осторожно направился обратно в ванную и стал прислушиваться к разговору жены. Выйдя оттуда он выпил успокоительное и направился в свой кабинет. Походив из стороны в сторону, он заглянул в спальню, посмотрел на заплаканную спящую жену, на стакан с водой в разводах от лека.рства, на валяющийся бластер с таблетками.снотворным, в котором не хватало двух табл.еток, и стал осторожно, чтобы не разбудить жену, выходить из спальни. По дороге к двери он увидел её сумочку и краешек бумаги, торчащий оттуда. Он заинтересовался, выдернул лист, увидел что это бланк с результатами анализов, дрожащей рукой выключил свет и отправился в свой кабинет. Там он практически упал в кресло, прочитал что написано в бланках и глубоко вздохнул. Затем набрал номер врача, указанный на рекомендациях и позвонил.
- Номер не видишь? - поинтересовался Русов.
Я глубоко вздохнула, внимательнее "вошла в картинку" и увидела набранные цифры на экране. Я продиктовала номер, Русов написал сообщение и отослал полковнику, а я стала смотреть дальше.
- Короче, Русов, там дело делалось где-то около трёх месяцев, а в кратком изложении - жена стала подливать какое-то лекарство мужу, у того начались головные боли, она погнала его обследоваться в клинику, по договорённости с тем мошенником, что давал ей какой-то ноот.ропный, похоже, препарат для мужа, и, кстати, который к врачам не имеет никакого отношения. Затем она предложила сама забрать его анализы - чтобы муж не тратил своё время на посещение клиники, ведь с этим может справиться и она, а, если вдруг что-то серьёзное, и потребуется его личное присутствие у врача, то тогда уже поедет он сам. Пахомов согласился, он безоговорочно доверял жене, но она в клинику не поехала, а, получив от мошенника подделанную распечатку анализов, подложила её в свою сумочку так, чтобы Пахомов её увидел. Муж услышал её якобы разговор с подругой, потом "случайно" увидел липовые анализы и сам поговорил всё с тем же мошенником - якобы врачём и понял, что ему остался максимум месяц. Жену свою он очень любил и ей всецело доверял, поэтому срочно оформил всё в наследство на неё и нанял себе кил.лера. Опять таки, под воздействием "разговоров по душам" с якобы врачом, напугавшим его сильными болями и полной немощностью.
- Я на его месте сейчас прыгал бы от счастья! А он молчит. - задумчиво выдал Русов.
- Он молчит - потому что не знает, что это подстроено с помощью жены. Он думает, что это мошенники-врачи ему наврали, чтобы он отгрохал им уйму денег на лечение. Он не хочет давать никаких показаний потому что боится, что и невиновная жена, поверившая этим врачам, пострадает, если закрутится дело.
- Нормально мужика так обработали. - покачал головою Русов. - Полный олень! Хотя, ты говоришь - что они ему какие-то пре.параты давали, возможно, тормозившие мозговую деятельность и снижающие когнитивные функции. - Вот так женишься на такой..
- А ты не женись! - пробурчала я.
- Ну Кристин, я не в том плане! - пробурчали в ответ. - Часы-то отдашь?
- Да на, на! - с глубоким сожалением я перестала разглядывать свою руку и расстегнула застёжку часов, которые, впрочем, вскоре стали моими, после передачи моих слов Русовым Пахомову, в качестве моего вознаграждения.
Жену Пахомова и подельника арестовали, идёт следствие, пытаются выяснить - кто из них был мозгом этой "операции", и нет ли ещё подобных эпизодов. Каждый из них, попав за решётку, стал валить всю вину на другого, но это ни одному из них не поможет, так как опытные следователи раскалывали и не таких преступников. Пахомов, после осознания вероломного предательства жены, изменил своё мнение о ней на прямо противоположное и теперь при упоминании о ней скрипит зубами и не может понять - как он мог дать себя так провести.
- Русов, - обратилась я к напарнику, радуясь своим новым бомбическим часам, - А кого-нибудь с белоснежной шубой в пол посмотреть не нужно?
- Как только, так сразу! - усмехнулся тот и угостил меня капучино.
Продолжение 👇