«Бостон» сильно ошибся.
Сейчас можно с уверенностью говорить о том, что российская школа вратарей — одна из сильнейших на планете. Василевский, Бобровский, Шестеркин, Сорокин, Варламов — все эти голкиперы находятся на ведущих ролях и являются одними из лучших в НХЛ. А значит и в мире. Еще одно подтверждение этого тезиса произошло на минувшем драфте лучшей лиги мира. Там было выбрано сразу 8 (!) наших стражей ворот. Илья Набоков (38-й номер), Михаил Егоров (49), Кирилл Зарубин (84), Дмитрий Гамзин (115), Иван Юнин (137), Тимофей Обвинцев (157), Ярослав Коростелев (194) и Денис Габдрахманов (201) — на каждого из них обратили внимание клубы НХЛ.
Однако выбор на драфте — еще не гарант яркой карьеры в лучшей лиге мира. Этому есть сотни подтверждений. Но что касается российских голкиперов, то самый показательный кейс подобного рода принадлежит Евгению Рябчикову. Далеко не все хоккейные болельщики ранее слышали это имя. И в этом нет ничего удивительного — уроженец Ярославля так и не стал большой звездой. Хотя предпосылки к этому были. Евгений был основным голкипером сборной России на МЧМ-1994 и даже вошел в число лучших игроков турнира. Вероятно, именно это и сподвигло «Бостон» на риск. Решение «Брюинз» стало одной из главных сенсаций того драфта. Они выбрали Рябчикова под общим 21-м номером, сделав его первым европейским голкипером, задрафтованным в первом раунде.
«Нас очень долго искали операторы, снимавшие трансляцию. Там ведь примерно представляют, кого собираются выбрать в первом раунде и сажают их ближе к месту действий. А где я сидел, никто не знал. Это было… Вот, я даже и не помню, в каком городе это было. В Хартфорде, кажется. Не помню, кто был первым номером, но передо мной точно был Олег Твердовский. Скажу, что я тогда тоже был удивлен не меньше, чем операторы трансляции. Но ничего, справился с волнением. Вышел, получил майку, бейсболку. Банкет был, я потом даже на пару дней в Бостон съездил, посмотрел, а потом вернулся в Россию. Тем летом я перешел из «Молота» в «Металлург», хотя предложения мне делали практически все клубы страны. Приступил к тренировкам, но тут мне позвонили из Бостона и сказали приезжать. Сразу же мне предложили подписать контракт на три года», — вспоминал голкипер в интервью.
Просто посмотрите, в один ряд с какими голкиперами встал воспитанник ярославского хоккея. После него в первом раунде было выбрано всего четыре российских вратаря. Семен Варламов (23-й номер, 2006), Андрей Василевский (19-й, 2012), Илья Самсонов (22-й, 2015) и Ярослав Аскаров (11-й, 2020). Двое последних не могут причислить себя к рангу элиты. Тем не менее, Самсонов провел в НХЛ почти 200 матчей, а у Аскарова еще есть все шансы стать первым номером на уровне лучшей лиги мира. Ну а Василевский и Варламов точно не нуждаются в представлении. Один уже протоптал себе дорожку в Зал славы, а второй играет в НХЛ почти 20 лет. Солидная компания. Причем на том же самом драфте позже Рябчикова были выбраны сразу 2 будущие легенды — Евгений Набоков (219-й номер) и Тим Томас (217-й). Каждый из них завоевал по одному Кубку Стэнли.
Какого же было разочарование руководства «Бостона», когда они поняли, что потратили такой высокий выбор на драфте впустую. В итоге Рябчиков не провел в НХЛ ни секунды. Он был близок к основе «Брюинз», но все карты спутал грянувший локаут в сезоне-1994/95. Евгений отправился в АХЛ для получения игровой практики, а потом отказался переподписывать односторонний контракт на двусторонний. Чем и испортил себе карьеру за океаном.
После трех сезонов в Северной Америке Рябчиков решил вернуться на родину. Навсегда забыв о своей мечте играть в НХЛ.