Пожалуй, эта часть непохожа на предыдущие, её отличает то, что в ней я не предаюсь воспоминаниям событий, а больше погружаюсь в описание своего восприятия отдельно взятого знакомства и анализу, а кто как не я знает, чего стоит лишь одна удачная встреча...
Сейчас самое важное заключается лишь в воспоминаниях о той утренней чарующей незнакомке, которые я с радостью переживаю каждый раз, возвращаясь в ту пору, когда впервые увидел.
Её волосы, тёмные, как ночь, которые ниспадали на плечи роскошным каскадом, создавая вокруг неё атмосферу таинственности и изысканности. Её улыбку, нежную и тёплую, словно луч света,
И её глаза, с их неповторимым блеском, которые казались окнами в её душу, где отражались все её мысли и чувства. Они притягивали взгляд, словно магнит, и казалось, что в них можно утонуть.
Её внешность была не просто красивой — она была волшебной.
И каждый взгляд в её карие очи
Напоминал стихотворение Киплинга:
«Карие глаза — песок,
Осень, волчья степь, охота,
Скачка вся на волосок
От паденья и полета...»
Вот что вспоминается мне при каждом возвращении в те несколько минут моего первого знакомства с той прекрасной девушкой, посетившей наш кабинет в первые дни моего студенчества и перевернувшей во мне что-то своим визитом. Именно с той встречи, ещё того не осознавая, я уже, упав, полетел в омут её карих глаз.
Она обладала той редкой красотой, которая исходит изнутри, делая её неповторимой. Её черты лица были совершенны, но в них была и та неповторимость, которая придавала ей очарование и индивидуальность. Она была похожа на произведение искусства, созданное самой природой.
Она была не просто красивой девушкой — она была воплощением грации, мудрости и внутренней силы. Её присутствие наполняло комнату светом и теплом, и я чувствовал себя счастливым просто от того, что нахожусь рядом с ней. В её улыбке и взгляде было столько искренности и доброты, что казалось, будто она видит меня насквозь и понимает меня лучше, чем я сам себя.
Каждый раз, когда я вспоминаю ту встречу, я чувствую, как сердце наполняется теплом и благодарностью за то, что судьба подарила мне возможность не только увидеть её тогда , но и начать с ней общение.
И кто бы что ни говорил, но такова природа мужчин, что зарождение общения начинается с некой симпатии к внешности, а уже после этого переходит к познанию внутреннего мира объекта своей симпатии, и, знаете, это считается нормальным, но с поправкой на то, что грош цена тому мужчине, который, желая общения, останавливается лишь на своей первой симпатии, не стараясь узнать внутренний мир человека, а лишь выказывая свои восхищения образом, боясь заговорить, либо же, что ещё хуже, говоря совершенную пошлость, слушая чужие высказывания в период, когда должно сложиться своё мнение о человеке.
Моё мнение начало зарождаться из коротких бесед, которые лишь укрепляли мою изначальную симпатию. Тогда я и не подозревал, что эти разговоры станут началом большого пути, описать который мне будет непросто в паре десятков подобных отрывков. Этот путь был долгим и насыщенным событиями. Но всё приходит вовремя для того, кто умеет ждать.