Ранним утром 8 августа 1977 года в дежурной части одного из отделений милиции города Еревана раздался телефонный звонок. Сотрудники Государственного банка Армянской ССР сообщили дежурному о пропажи из хранилища банка астрономической по тем временам суммы денежных средств в размере 1,5 миллионов рублей. Тут же на место совершения предполагаемого преступления была направлена дежурная следственно-оперативная группа для производства по горячим следам неотложных следственных действий и проведения оперативно-розыскных мероприятий.
Сотрудники милиции, прибывшие на место происшествия, тут же приступили к мероприятиям, направленным на принятия мер к сохранению следов преступления и задержанию преступников. В ходе тщательного осмотра одного из помещений денежного хранилища банка оперативниками сразу же было обнаружено отверстие в потолке диаметром 30-40 см. Также предварительно было установлено, что в пятницу вечером, 5 августа, в соседние над денежным хранилищем помещение, где располагалась комната отдыха для сотрудников банка, через окно проникли неизвестные и, проделав в полу отверстие, таким образом попали в хранилища, откуда и похитили 2 мешка денег.
Советские следственные органы столкнулись с весьма дерзким и странным преступлением – кражей денег из Госбанка путём разрушения стен учреждения. Тут же в разработку были взяты все действующие в Советском Закавказье организованные преступные группы, так как, по мнению советской милиции, такое дерзкое деяние могла совершить только банда в результате тщательно продуманного преступного плана. Однако, как выяснилось позже, советские правоохранители сильно ошибались.
После нескольких месяцев безрезультатных попыток советской милиции раскрыть преступление, правоохранители так и не нашли ни одной «зацепки». Исследование всех собранных улик также не дало хоть каких-нибудь значимых результатов. Информация о краже 1,5 миллионов рублей (эквивалент тогдашних 2 млн. долларов) из Госбанка, а также невозможность раскрытия столь дерзкого преступления по горячим следам дошло аж до партийной верхушки СССР. В декабре 1977 года якобы сам Леонид Брежнев дал указание найти преступников, во что бы это не стало, в течении 2-3 месяцев.
Сразу же к делу о хищении денег подключились и органы КГБ. А советскому МВД и Прокуратуре было поручено активизировать работу в этом направлении и бросить все силы на раскрытия преступления. Представители органов госбезопасности предложили сконцентрироваться на «всплытии» похищенных купюр серии АИ и дождаться всё-таки момента, когда преступники попытаются потратить деньги. Большая часть купюр были сторублёвками. Хотя информация с номерами похищенных купюр была направлена во все торговые учреждения и банки СССР уже через день после преступления, советские правоохранители, однако, не рассчитывали на то, что купюры где-то «всплывут» так как по-прежнему были уверены, что кража денег – дело рук организованной банды, которая прекрасно знает, что попытки потратить деньги будут жёстко фиксироваться, и наверняка уже «легла на дно».
Похищенные купюры всплыли лишь в мае 1978 года в Москве. Сотрудница одной из сберегательных касс на Чертановской улице сообщила в милицию о том, что некий гражданин пытается купить за 6 тысяч рублей облигации трёхпроцентного займа. Все купюры – похищенные из Госбанка Армении. Сразу же правоохранители вышли на неких Владимира Кузнецова и Завена Багдасаряна, которые, в свою очередь, вывели следственных работников на братьев Николая и Феликса Калачянов. В ходе обыска у них были изъяты похищенные купюры.
Как установило следствие, преступление даже не планировалось и было совершенно почти спонтанно, в одиночку Феликсом Калачяном. Поздним вечером 5 августа 1977 года Феликс Калачян, зная, что одно из зданий в центре Еревана, в котором шёл ремонт, имеет общую стену с банком, совершенно ни на что не рассчитывая, попытался пробить стену при помощи имеющегося подручного инструмента и попасть в банк. Однако ему это не удалось. Тогда Феликс Калачян уже собирался уходить. Пролезая через крышу, он увидел, что в одном и помещений банка, которое было на один этаж выше хранилища, открыто окно. Тогда Калачян перепрыгнул с крыши в окно и, проделав в полу отверстие, пролез в хранилище. Обнаружив там два мешка с деньгами, он их взял и тем же путём спокойно, при помощи верёвки выбрался наружу. О случившимся он тут же сообщил своему брату Николаю Калачяну.
В 1978 году братья Николай и Феликс Калачян были приговорены к расстрелу по статье «Хищение государственных средств в особо крупном размере» . Знающие о совершении преступления и помогающие в сбыте денег Завен Багдасарян и Владимир Кузнецов были осуждёны на 11 лет и 6 лет лишения свободы соответственно.
Читайте также: