«Человек не поймёт чужой беды, пока сам её не испытает». Эти слова из татарской народной песни отражают глубокую скорбь и переживания наших предков. Какие чувства и испытания легли в основу этой песни, что они вложили в её строки?
К сожалению, трагедии сопровождают каждое поколение человечества. То здесь, то там проливается кровь, войны, болезни, катаклизмы не прекращаются.
Эта статья Эльмиры Нигматзяновой посвящёна трагической судьбе Равиля Рамилевича Шакирова.
В удмуртском селе Подгорное живут Рамиль и Раушания Шакировы. Их большой дом с ухоженным двором сразу привлекает внимание: здесь живёт настоящая татарская семья. Хозяева дома, похоже, жили так, чтобы каждый день был наполнен смыслом, ценностью и радостью. Однако в последнее время дом погрузился в тишину. Здесь больше не слышно ни песен, ни весёлого смеха.
«После смерти нашего сына угасла вся жажда жизни, пропало любое стремление жить. Сейчас я просто существую, поваленный с ног с горьким страданием. А ведь всё так красиво начиналось», — говорит Раушания.
Глава семьи Рамиль родом из Агрызского района: его отец из села Иж-Байки, а мать — из Девятерни. Раушания родилась в деревни Иж-Буби, а её отец из села Кучуково. Семья переехала в Киясово в 1972 году. Раушания выросла в этом посёлке, здесь она ходила в детский сад и школу. В их семье воспитывалось пятеро детей. «Выросла я в русской деревне, училась в русской школе, поэтому говорить по-татарски мне немного сложнее», — рассказывает она.
Я интересуюсь: «Как вы познакомились с Рамилем?» «Рамиля хотели познакомить с моей сестрой Резидой. Ему сказали: «В Киясово есть очень порядочная и воспитанная девушка Резида, она не замужем. Позвони ей». Наш домашний номер телефона дали Рамилю, но он долго не решался позвонить, откладывал. За это время моя сестра Резида вышла замуж. Ему тогда было около 28 лет. Однажды он всё же решил позвонить, не зная, что моя сестра уже замужем. Трубку взяла я. Так мы и познакомились.
Мне тогда было 23 года, а Рамиль старше меня на 13 лет. У моей бабушки и дедушки со стороны мамы разница в возрасте тоже была 13 лет. Мы начали общаться, и в 24 года я вышла за него замуж. Переехала жить к нему в село Подгорное. В 1991 году у нас родилась дочь Гульнара, а в 1996 году — сын Равиль. Этот дом мы построили вместе».
Здесь татарских семей немного, это русская деревня, но живут и татары, и удмурты. Мы старались воспитывать детей, прививая им татарские традиции. Мой дед был образованным человеком, он учился на муллу в Турции. Однако муллой не работал, а преподавал в Иж-Бобьинской медресе. Бабушка тоже была учительницей. Сейчас моя родственница Гульназ руководит музеем Иж-Бобьинского медресе».
«Вы сказали, что ваши родители родом из Агрызского района. Как же вы оказались в Подгорном?» — спрашиваю у Рамиля абый, интересуясь, как он стал жителем Удмуртии.
«Мои родители поженились и сначала попробовали жить в Агрызе. Потом обосновались здесь. Отец работал здесь лесником. Была возможность построить дом, и они решили остаться. В нашей семье росли три сына. Мама сначала работала дояркой, потом — санитаркой в медпункте, а позже устроилась на почту, где и вышла на пенсию», — рассказывает Рамиль абый.
У Рамиля специальностей много, работал на руководящих должностях в разных местах, в том числе возглавлял сельскохозяйственный кооператив «Колос». Раушания апа более 35 лет преподает в музыкальной школе. Они дали своим детям хорошее образование. Их дочь Гульнара получила гуманитарное образование в Казанском федеральном университете. Сейчас она замужем, живёт в Ижевске и работает бухгалтером.
А Равиль... Несмотря на то, что он был разносторонне талантливым и творческим человеком, Равиль выбрал военный путь. Он получил военное образование в Пензе, дослужился до звания старшего лейтенанта, должен был получить капитанские погоны, но боевые действия оборвали его жизнь...
Свой первый концерт он дал в третьем классе
У ворот сразу привлекло внимание турник возле дома.
«Это турник Равиля... Он занимался на нём каждое утро. Бегал, зимой участвовал в лыжных соревнованиях. В сельской школе есть спортзал, вечером он туда ходил. С детства готовил себя к военной службе. Учился в Пензе, был старшим лейтенантом, в этом году должен был стать капитаном...» — говорит отец.
Мы заходим в дом, проходим в комнату Равиля. На стене висят фотографии, на которых строгий и подтянутый молодой человек в военной форме. На другой стене — свадебные фотографии, там счастливые жених и невеста. И снимки с маленьким сыном.
Мы смотрим его детские фотографии, Раушания рассказывает:
— Он был очень послушным, спокойным. В детском саду и школе его постоянно хвалили, приводили в пример. С малых лет он всегда был чисто и опрятно одет. Когда он играл на улице с другими детьми, я смотрела на него из окна. Остальные дети бегали по лужам, пачкались. А он обходил все грязные места, чтобы не запачкать обувь. Домой всегда возвращался с чистой обувью и одеждой. «Дети резвятся, ныряют, почему ты к ним не присоединишься, тоже немного поиграй в воде!» — говорила даже иногда я ему.
Раушания апа со слезами на глазах вспоминает о сыне. Видно, что каждое воспоминание о Равиле бережно хранится в её душе.
— Равиль учился в экспериментальном классе. Первый класс был объединён с детским садом. Они учились до обеда, потом был час отдыха, прогулки на свежем воздухе и так далее. Учился он хорошо, на одни пятёрки, память у него была отличная. Придёт домой и говорит: «Я получил пятёрку». Спрашиваю: «За что?». Отвечает: «Мы сегодня рассказывали стихи». Спрашиваю: «Когда ты успел его выучить?». Он говорит: «Вечером перед сном прочитал два раза, а утром повторил и рассказал». Семь лет он учился в музыкальной школе и окончил её по классу баяна. Затем ещё пять лет учился и получил свидетельство по изобразительному искусству. У него два свидетельства.,
Раушания апа бережно хранит все документы, статьи о своём сыне. Их уже не сосчитать. Их не сосчитать. Толстое портфолио собрано из дипломов, которые он получил во время учёбы в школе. Равиль участвовал в самых разных конкурсах: «Играй, гармонь», кроссы, прыжки в высоту, пение, конкурсы рисунков. Когда он учился в третьем классе, провёл свой собственный концерт под названием «Я и музыка». Там он играл на музыкальных инструментах и пел.
— Почему Равиль выбрал военную карьеру? Есть ли военные среди ваших родственников? — спрашиваю у Рамиля абый.
— Младший брат моего деда был военным. Отец Раушании служил на флоте в Калининграде, был капитан-лейтенантом. Судьба не зависит от профессии, это просто была причиной для размышлений уже потом, — говорит он.
— Да, причин для размышлений, волнений было несколько, они шли одна за другой, — продолжает Раушания апа. — В школе он занимался спортом, участвовал в соревнованиях, всегда держал себя в рамках. Каждый вечер ходил на стадион по расписанию. Он с другом Петей не примыкали к плохим компаниям. Они интересовались спортом, музыкой, ходили на рыбалку, вместе учились в музыкальной школе. Они закаляли себя. В апреле, когда снег ещё не растаял, они уже начинали купаться.
«Не будет никакой войны»
После окончания школы Равиль выбрал Пензенский военный институт. Тогда он назывался МТО (материально-техническое обеспечение). Как я не хотела, чтобы он туда ехал, предчувствовала что-то. Говорила ему: «Равиль, сынок, может, не пойдёшь туда? Если начнётся война и тебя отправят на фронт, как я переживу?». В 2014 году мы даже представить себе не могли, что начнутся боевые действия, но я всё продолжала говорить такие слова. А он меня успокаивал: «Мама, я учусь на материально-техническое обеспечение, даже если начнётся война, меня не отправят. Это такие войска, как будто просто инженеры». И добавлял: «И добавлял: «Не будет никакой войны, наша страна умеет договариваться с другими. Не переживай, мама».
Но институт переименовали в «Пензенский артиллерийско-инженерный институт» (ПАИИ). Так он стал артиллеристом.
Он поступил в институт, набрав баллы, которые позволили ему занять 15-е место среди 250 студентов. Он вошёл в список «20 лучших специалистов». На основании этих баллов сформировали взводы, и его включили в «первый взвод». Этот взвод тщательно готовили сразу по девяти военным специальностям. Его хотели перевести во второй взвод. Однако командование ответило: «Нет, перевод невозможен, взводы уже сформированы. Ваш сын в лучшем взводе». Равиль учился там пять лет. После окончания института он по собственной инициативе попросил отправить его в самое трудное подразделение — в часть в посёлке Борзя в Забайкалье.
В 2017 году, учась на третьем курсе, он женился на девушке из Сарапула по имени Алёна.
(История их знакомства заслуживает отдельного упоминания. Много лет назад Раушания ханым поехала на детский конкурс в Туапсе и случайно познакомилась с этой самой Алёной. «Я была поражена, какая умная девочка. А потом, когда сын привёл её знакомиться, я не могла поверить, что он привёл именно её», — рассказывает она.)
Алёна оказалась невероятно умной и сообразительной. Она окончила консерваторию в Нижнем Новгороде. Сначала они жили в Пензе. После окончания обучения Равиль с семьёй переехал на Дальний Восток, в посёлок Борзя. Равиля назначили начальником штаба дивизиона. Летом они приезжали на 25 дней в отпуск. В прошлом году планировали приехать на Новый год, но из-за смены места службы Равиль не смог этого сделать.
Я начала собираться в путь сама. В Забайкалье, в посёлок Борзя… Как будто какая-то сила направляла меня в дорогу. Хотя я боюсь таких дальних поездок. До Борзи предстояло ехать пять дней поездом. Я доехала. Мы встретили Новый год тепло и радостно. Равиль сообщил мне: «Мама, меня отправляют учиться в Белоруссию». 10 января он собрал свою большую сумку, военный рюкзак, мы попрощались, и он уехал. А мы с Алёной и внуком отправились на самолете. Алёна поехала к своим родителям в Сарапул, а я вернулась домой. Тогда мы ещё не знали, что будет специальная военная операция.
Их отправили на границу с Украиной, они жили в палатках за городом. Уже 24 февраля сообщили, что началась [специальная операция]. Нас охватил страх. Некоторые люди не придавали этой новости большого значения. Я говорила: «Началась ... [специальная операция]!», но мне не верили: «Какая ... [специальная операция]?!». Многие, у кого дети не военные, даже не слушали новости. Чтобы не расстраиваться, переключали на другой канал. А мы жили, слушая новости в интернете и по телевизору. Даже жить это сложно назвать. Дни и ночи слились в одно целое. Все разговоры сводились к событиям на Украине. С началом [специальной операции] я не переставала плакать, молилась день и ночь, умоляя Бога сохранить жизнь моего сына.
Сердце чувствовало беду
Равиля назначили командиром разведки. 6 февраля он находился на задании. Трое человек, управлявших квадрокоптером, спрятались на крыше здания. Когда Равиль передавал координаты, рядом разорвался снаряд, и осколки повредили артерию на его ноге. Остальные тоже получили ранения, но их удалось спасти. Равиля не успели довезти до госпиталя, он умер по дороге.
«Судьбы повторяются, видно. В прошлом году мне тоже сделали сложную операцию, проникнув через артерию к сердцу. Их едва спасли. А когда я служил в армии, я тоже был разведчиком. Вот так...» - говорит Рамиль абый.
Раушания апа продолжает:
«Равиль погиб 6 февраля, но нам сообщили только 9-го, — говорит она. — Когда я вернулась с работы, к нам пришли глава района Киясово, военком и машина скорой помощи. Увидев их, я сразу поняла, что случилось что-то страшное — сердце замерло.
— Говорят, мать чувствует беду. Вы знали о гибели сына?
— Именно 6-го числа, когда я была на похоронах одного из наших односельчан, встретила знакомую. Её сын тоже находился на службе в специальной операции. Увидев её, я заплакала, не сдерживая слёз, и сказала: «Если мой сын погибнет, я этого не переживу, я повешусь, я не смогу жить без него». Она пыталась меня успокаить меня: «Всё будет хорошо, давай надеяться на лучшее. Не говори так». Оказалось, что именно в этот день он погиб. Сердце, видно, всё-таки чувствует.
Равиля привезли домой 16-го февраля. С 9-го по 16-е мы существовали как в кошмаре. 16-го его привезли из морга в цинковом гробу... Два раза, когда он приезжал в отпуск, он устраивал нам неожиданные сюрпризы, приходил без предупреждения, держа в руках большие букеты цветов. Последний раз, как будто чувствуя что-то, сказал: «Мама, я больше не смогу делать вам такие сюрпризы. Но вы дождетесь меня». Почему он так сказал тогда, я не знаю, но так и случилось. Мы дождались его в цинковом гробу. Мы до последнего надеялись, что произошла ошибка и это не Равиль. Но, увы, это был он. Он был таким худым, измученным, словно уменьшившимся…»
«Мама, у меня всё хорошо»
— Равиль часто выходил на связь? — спрашиваю я.
— Да, мы общались, — отвечает Раушания. — Если не мог позвонить, то писал хотя бы сообщение. «Мама, у меня всё хорошо, не переживай», — говорил он. Конечно, многое он не рассказывал, чтобы меня не волновать. Большую часть новостей я узнавала от его жены Алёны. Когда это всё началось, она переехала жить к нам. А мне, каждый раз, когда я спрашивала, он отвечал: «Всё хорошо».
Когда он звонил, были слышны выстрелы и взрывы. «Я слышу взрывы и стрельбу. Что там у вас происходит?», — говорила я ему. «Война есть война, мама. Всё будет хорошо, не переживай», — успокаивал он.
Перед Новым годом его направили на задания в разведку. Он трижды выходил на задания. Первый раз всё прошло хорошо, второй был сложнее, а после третьего он уже не вернулся. Мне он об этом не рассказывал, но сестре Гульнаре сказал: «Здесь сейчас очень опасно, обстреливают с разных сторон». Врачи потом сказали: «Даже если бы госпиталь был рядом, мы не смогли бы его спасти. Такое ранение — повреждение артерии — почти всегда смертельно».
Переписка и видео
Сын попросил нас создать канал в Telegram для общения. Иногда у меня даже не поднимается рука открыть сообщения. Он присылал видео, которые сам снимал, и они с другими ребятами монтировали их под музыку, делая клипы. Что они находили в этом занятии? Я смотрю эти видео, и слёзы начинают литься. Сколько же молодых жизней обрывается в этих сражениях.
Например, его последнее сообщение от 31 января: «Привет, мама, у меня всё хорошо». Такое же он писал 23 января, 21-го... А вот сообщение от 14 января: «Мама, я нашёл на телефоне ваше с папой общее фото. Вы такие красивые». Видимо, он нашёл старую фотографию, которой уже шесть лет, и пересматривал её. Наверное, очень скучал.
«Увидев человека в военной форме, сын говорит: «Это мой папа!»
Раушания апа включает голосовые сообщения, оставленные Равилем:
«Наконец-то сходили в баню. Постирал одежду. Мама, у меня всё хорошо. Очень хочу домой. Хочу топтать снег, разгребать его лопатой, кататься на лыжах», — рассказывал он в одном из сообщений. В последний раз, когда Равиль приехал домой летом, он сказал: «Почему я раньше не понимал, насколько хорошо жить в деревне? Это настоящее счастье. Раньше я не замечал, как это здорово. А теперь мне нравится всё: зелёная трава, пение птиц. Теперь я всё это чувствую и так радуюсь». Он никогда раньше не говорил таких слов. Боевые действия изменили его... В августе, вернувшись домой, мы в последний раз отметили его день рождения. Ему исполнилось всего 26 лет.
Рамиль абый:
«На этом фото они празднуют свой последний Новый год в блиндаже. Вместе с ребятами они сами организовали стол, купили продукты. Можно сказать, всё, что у них было, они покупали сами. Даже корову, погибшую от мины, они ели... Им также приходила гуманитарная помощь. Равиль присылал фото, где говорил, что помощь пришла из Дагестана. Старший сын моего брата тоже сейчас на специальной операции. Говорят, что здесь куда опаснее, чем в Чечне или Афганистане».
Раушания апа:
«У Равиля остался трёхлетний сын. Мы вместе с невесткой часто плачем. 24 февраля началась с… на Украине. 28-го они переехали к нам жить. Внука Айдара мы устроили в детский сад здесь, в Подгорное. Невестка тоже устроилась работать по специальности.
— Айдару уже рассказали, что его папы больше нет?
— Нет, он ещё не понимает. Постоянно спрашивает: «Где папа?» Говорит: «Давай, мама, возьмём машину и поедем за папой». Увидев по телевизору военных в форме, говорит: «Вот мой папа!»
— Вы получили положенные компенсации от государства?
— Да, выплатили...
Все воспоминания, связанные с Равилем, особенно дороги его родителям. Брат невестки Равиля сделал видео в память о нём. Это невозможно смотреть без слёз. А поздравительное видео, которое он записал для своей мамы, играя на гитаре и поя, особенно трогает душу.
«Сначала я не могла смотреть на его фото и видео. Сразу начинала плакать. Сейчас немного успокоилась. Но справиться с этим горем самостоятельно я не смогла. Помогли врачи и медикаментозная терапия, которую я продолжаю принимать», — говорит Раушания апа, показывая альбомы сына.
«В школе он участвовал во всех мероприятиях. То пел, то играл на музыкальных инструментах. Вот фото с его выступления на Сабантуе в Девятерне. А вот его компания — музыканты. Из всех своих друзей только он выбрал военную профессию! Я столько раз уговаривала его не идти туда. В последний раз, приезжая домой, он сам сказал: «Мама, почему же я тебя не послушал?» Его друзья все пели, играли. Все они окончили консерваторию», — говорит мать сквозь слёзы.
Загадочная встреча на кладбище: чёрный кот
Равиль всегда был большим любителем кошек. В семейном фотоальбоме много фотографий, где он обнимает кота. «Я никогда не видела ребёнка, который так любит кошек. После смерти Равиля произошло странное событие После похорон Равиля Алена уехала в Сарапул, чтобы уберечь ребёнка от наших постоянных слёз и горя. Вернулась только на сороковой день. Вернувшись, решила сходить на кладбище. Окно нашего дома открывает вид прямо на новое татарское кладбище. После смерти сына я часто подходила к окну, смотрела в сторону кладбища и разговаривала с Равилем. И в тот раз, когда невестка сказала, что идёт на кладбище, я сказала: «Я обратилась к Равилю: «Сынок, Алена идёт к тебе, встреть её...»
Алена вернулась и с удивлением рассказала: «Когда я шла на кладбище и прошла последний дом, вдруг из пустого поля мне навстречу вышел чёрный кот. Он терся о мои ноги, то с одной, то с другой стороны, шёл за мной до самого кладбища. Я пробыла там около сорока минут, а кот всё это время сидел передо мной и не уходил. Дороги тогда были грязные, и он испачкал мне верхнюю одежду лапами. Я очистила её снегом и пошла обратно. Кот остался там», — рассказала она.
После этого мы ходили на кладбище много раз, но этого кота больше ни разу не видели. Откуда он появился и куда исчез — непонятно. У Равиля раньше был такой же чёрный кот. Мы невольно задумались, а не связано ли это с душой Равиля...», — рассказала Раушания апа.
Рамиль абый тоже поделился необычным случаем в день похорон сына:
«Когда мы вернулись домой после похорон, я положил чек на стол, и мы всей семьёй собрались пить чай. Неожиданно чек начал крутиться и двигаться самостоятельно. Он не останавливался, хотя окна были закрыты, и сквозняка не было. Мы были поражены и решили заснять это на видео. Даже после того, как мы выключили запись, чек ещё долго крутился. Затем он неожиданно замер, выпрямился и аккуратно опустился на стол, словно всё это было иллюзией».
«С поступлением Равиля я потеряла покой»
«С того момента, как Равиль уехал учиться, я потеряла покой, — вспоминает Раушания апа. — Хотя он никогда меня не огорчал, только радовал своими успехами. Его фотография занимала место на доске почёта в институте, что было поводом для гордости.
Отъезд Равиля в Пензу я переживала крайне тяжело. Даже его постель и одежду сначала не стирала, чтобы сохранить запах. Потом мне сказали: «Отпусти его мысленно, иначе ему будет тяжело. Твои чувства передаются ребёнку».
Равилю действительно было тяжело в казарме, он тоже тяжело переживал разлуку с домом. Я взяла себя в руки, постирала его вещи и попыталась успокоиться, чтобы не передавать ему свои переживания. Мне стало немного легче, постепенно привыкла.
У нас в семье никогда не было строгости, никто даже в угол не ставил детей. Равиль как-то сказал: «Мама, вы неправильно меня воспитывали. Надо было воспитывать меня ремнём». Но как можно было так воспитывать ребёнка, который во всём был примерным, правильным и старательным! Каждый день он расписывал по минутам, ценил каждую секунду. Казалось, он чувствовал, что его жизнь будет короткой, и старался всё успеть», — вспоминает мать.
«Прочитав его характеристику, выданную после окончания школы, я была поражена её содержанием. Она была объёмной, словно целая тетрадь. В ней не было пустых слов, только перечисление дел и достойных поступков Равиля».
Сегодня в комнате Равиля царит тишина... На стенах комнаты висят фотографии, многочисленные дипломы, благодарственные письма и заслуженные награды. Последней наградой стал орден «Мужество», вручённый посмертно, как символ его подвига. Интертат