Сергей шёл ходко, редко кто из городских умел по тайге ходить также. Афанасий старался не отставать, но пыхтел, так как долгий тягун выматывал силы. Спец же шёл, как по шоссе, вертел головой, рассматривая сосны и кустики. Они поднялись на невысокий скалистый гребень, украшенный ровно растущими соснами, и рассмотрели, то, что Кирилл назвал пирамидой.
Сергей удивился.
– Надо же, а ведь действительно пирамида! Я ведь в этой части леса не бывал, надобности не было, но здесь кто-то бывал. Посмотрите-ка, видите тропу через этот поребрик? Ведь кто-то её вырубил в скале, но давно. Вот по ней, видимо, археологи и шли к речке, где у них моторка стояла. Значит нам и дальше по этой тропе идти.
Конрад попросил:
– Ребята, вы не обижайтесь, но теперь первым пойду я. Не хочу вас подставлять, а рассказать не знаю как. Да, прошу! Не доставайте оружие ни при каких условиях. Поверьте, я разберусь, чтобы ни случилось!
Больше объяснений не последовало, но они, переглянувшись, согласились. К реке вышли только через час. Афанасий, вытирая пот: просипел:
– Как же они больного по этой тропе провели? У него же что-то с сердцем было… Что-то с головами у них не в порядке.
На берегу они обнаружили скользкий колышек с обрывками верёвки. Сергей фыркнул.
– Что за безалаберность? И как у них моторка не уплыла? Кто так привязывает? Слышь, а они уплыли ли? Что-то я уже в сомнениях… Надо по кустам посмотреть.
Афанасий, соглашаясь с ним, кивнул и заметил, что Конрад стоит с луком в руках, немедленно достал пистолет.
Конрад покачал головой.
– Я же говорил, никакого оружия! Не нужно шуметь.
Капитан подошел ближе к кустам, росшим вдоль реки, и застыл. Егерь, рассмотрев, на что он смотрит, крякнул.
– Думаешь, он один здесь? – потом громко шикнул на кого-то отступившего в гущу кустов и запулил обломком деревца, валявшего под ногами.
Эффект был неожиданным: серыми тенями выскользнули три волка невероятных размеров. Звери, оскалив зубы, было, сделали шаг в их сторону, но Конрад рыкнул, и волки, поджав хвосты, метнулись в кусты и застыли. Конрад угрюмо посмотрел им вслед.
– Аэрхх! Спасибо, за след.
Сергей и Афанасий облизнули пересохшие губы. Встреча с такими матерыми зверями всегда опасна, потому что никогда не знаешь, кто выйдет победителем. Волки далеко не ушли, теперь уже пятеро зверей тенями заскользили вдоль берега. Афанасий уже не боялся, а как в детстве переживал, читая приключения, потому что дальше всё было непонятным и невероятным. Московский спец разговаривал с волками.
Конрад рыкнул:
– Аоррр! Мне улики нужны, охотники! Остальное земле и вам.
Афанасий не поверил своим глазам, когда один из волков выкатил добела объеденный череп.
– Интересный здесь был зверь. Смотрите, кто-то перегрыз позвоночник прямо у основания черепа… М-да… И это не волки, – Конрад бестрепетно подошёл к волкам забрал череп буквально у них из-под лап, положил его в пакет, который он выудил из кармана куртки. Поклонился волкам. – Спасибо, охотники!
Волки растворились в кустах, как будто их и не было. Егерь трясущимися губами прошлёпал:
– Это что же за спецы такие?
Афанасий только отмахнулся. Конрад поднял череп, хмыкнул:
– Забирай, капитан! Думается это тот самый профессор Ираклий Фёдорович. Не сомневайся, я по зубам определил. Кстати, ты на зубы во время следствия сошлёшься, коренные у него все с золотыми коронками. Обратите внимание, что и этого археолога съели! И это не волки начали. Думаю, придётся нам около заимки заночевать, – раздался хруст и треск, Конрад завертелся волчком и, прыгнув в воздух, выстрелил из лука. Огромный лось с шумом выпрыгнул из кустов и упал к их ногам. Конрад мягко приземлился на землю, даже не покачнувшись, потом пророкотал. – Спасибо охотники! Мы возьмем только часть.
Из кустов выглянули волки и опять скрылись. Егерь и капитан застыли не в силах пошевелиться, они только сейчас поняли, что именно волки подогнали лося под выстрел Конрада. Тот, выудив здоровенный нож, который до этого у него, оказывается, скрывался в ножнах за спиной, под курткой, быстро и умело снял шкуру со спины, и вырезал мышцы со спины вдоль позвоночника.
– Это для ужина. Чудесное мясо! Забирайте остальное, ребята! – он протянул мясо егерю, тот быстро срезал пучок осоки вдоль берега и забрал окровавленный кусок из рук Конрада, тот вымыл руки от крови и бросил несколько монет в реку. – Спасибо! Поиграй!
Афанасий тоже пошарил по карманам, теперь он верил во всё, и бросил несколько монет, блеснувших серебристыми рыбками, в воду, потом также нарезал осоки и, вырезав ещё один кусок мяса, замаскировал череп в пакете этим охотничьим трофеем. Они повернули назад, а Конрад через плечо бросил кустам:
– Охотники! Поосторожней! Заберите, что можете. Ночью здесь опасно, – и по-звериному прорычал. – Аэргахр Рахх.
Теперь Конрад очень быстро впереди всех шёл по лесу. Шёл, не выпуская лук из рук, капитан и егерь почти бежали за ним.
Когда они появились на полянке, где был их лагерь, у костра все изумлённо взглянули на них, настолько бесшумно они появились. Конрад промурлыкал:
– А мы с добычей! Девочки, с вас жаркое и чай, а мы отдохнём после охоты. Кирилл, я лично приглашают разделить с нами трапезу, а вот ваших женщин я видеть не хочу. Я ведь так полагаю, они заперлись и не выходят до сих пор. Э-хе-хе! Это перешло все рамки приличия.
Инга, выглянув из заимки, усмехнулась.
– Да причём тут приличия, если вы нас насильно сорвали с места? Кстати, нам и не нужен ваш шашлык. Мы обойдёмся? У нас здесь были запасы, так что мы не нуждаемся в добыче браконьеров. Да-да! Я всё доложу о браконьерстве!
– Почему браконьерство? – удивился Прокопий. – У меня лицензия есть на отстрел лося. Зря вы это напраслину возводите! Ребята хорошо сделали, что мясо добыли. Сколько можно пеммиканом ихним питаться? Девушки, сможете приготовить-то? У меня с собой соус есть, можем мясо замочить. Знатный шашлык будет!
– Классно! Давайте и начнём. Поможете мне мясо нарезать? – Евгения заулыбалась ему. – Только у меня ножик перочинный и скальпель.
– Это ничего, у меня охотничий есть, – пробурчал Прокопий, и они, усевшись, у поваленного ствола и принялись резать мясо.
Это занятие было обнаружено несколькими муравьями, Гусена мелко нарубила в фарш небольшой кусочек и одарила муравьёв, приговаривая:
– Кушайте, малыши! Ваше здоровье – это тайги здоровье.
Саша, который наблюдал за всеми, взглянув на угрюмых Афанасия и Сергея, задумчиво пробормотал:
– Дела-а! Давайте помогу ваш трофей спрятать.
До Афанасия ещё не дошло, когда Сергей проговорил.
– Мы мотолыгу захватили, потом знатную похлёбку сварганим. Таёжную. Они стали запихивать в один из рюкзаков пакет, завернутый в осоку, потом оттащили этот рюкзак в тень, поближе к ручью. Сергей обильно посыпал что-то в рюкзаке тонкой золой, приговаривая, что делает это, чтобы не протухло.
– Мы за приправой, – Кай кивнула Ольге, и они отправились в ближайший овражек.
Лениво шурясь, как огромный кот, Конрад сидел на камне и грелся на солнце под стук топоров Афанасия, Боба и Сергея, которые принялись помогать благоустраивали лагерь. Вскоре срубленный Прокопием из старых коряг стол, они облагородили, убрав острые края, а потом принялись мастерить несколько скамеек, и даже лежанку под огромной сосной.
Все оторопели, когда из заимки вышли археологи. Увидев, как все смотрят на них, Инга поджала губы.
– Там жарко очень. Вам что, жалко, если мы себе обед приготовим на воздухе? Мы рядышком костерок запалим.
– Дык… – растерялся Прокопий. – А что же не за нашим, однако? Мы уж камни притащили, каганок сделали.
– Не хотим вам быть обязанным. Ничем! Тем более после того, как ваш иностранец мне так нагрубил.
– Неужели? – лениво пророкотал Конрад. – А я думал, что этим Вы грешите.
Инга и Татьяна разожги в стороне костерок, и готовили какой-то борщ. Володя сидел рядом с ними с потухшим взглядом. На все вопросы Кирилла, что с ним, жаловался, что голова болит. Археологи, пообедав, опять забыв позвать Кирилла, зашли в заимку, задвинули засов и, судя по всему, легли спать.
Кирилл чувствовал себя очень неловко, но его сначала Прокопий попросил помочь, а потом Боб уговорил пойти фотографировать пирамиду, из-за хлопот парень перестал переживать, что стал для своих коллег абсолютным изгоем.
Прошёл час, девчонки явились с охапками дягиля, и принялись колдовать у костра. Афанасий подсел к Конраду:
– Не страшно девчонок одних отпускать?
– Нет. Я попросил охотников приглядеть за моей женой. Они не из этого времени и знают, что такое услуга. Я в их охоте участвовал, честно добычу поделил. Они же понимают, что летом им такого зверя не завалить. Не волнуйся, днём не очень опасно, вот что будет ночью, я не знаю, – Конрад бросил в огонь, кусочки мяса.
Боб включил на телефоне запись пения монахов Тибета. Все улыбнулись, а Прокопий удивился:
– Они так и не сняли купол? Однако! Мы так в прошлом и торчим? Это что же, он такой огромный?
– Не знаю! Они его либо растянули, либо заново построили. Но я им не завидую. Сил на всё это уходит очень много, – усмехнулся Конрад. – Заодно и нам руки развязали. Огонь внутри заимки они как-то испоганили, вот и вышли оттуда.
Вскоре стало пахнуть так аппетитно, что все расселись за столом, который, накрытый красивыми бумажными салфетками, преобразился. Перед каждым на лёгких деревянных тарелках, выстроганных из коры Прокопием и Кириллом, лежал тушеный дягель и истекающие соком куски, зажаренной лосятины. Ели, не спеша, без разговоров. Саша сходил за водой, и теперь все с наслаждением пили чай. Потом Ольга воскликнула:
– Je veux nager dans la rivière. Il y a une rivière ici!
Кай захлопала в ладоши.
– Девчонки, она права, пойдём искупаемся. Кто с нами?
Конрад переглянулся с Сашей, и оба помотали головой, успев бросить взгляд на Боба, тот всё понял.
– Я пойду!
Афанасий был в недоумении, как спецы отпускают своих подруг, когда там такое. Егерь, поймав настойчивый взгляд Конрада, проворчал:
– Девчонки, и я с вами. Только пойдём чуть ниже по течению. Помнится за поворотом не такой берег крутой.
– Только не подглядывать! – запищала Евгения.
Саша, добродушно улыбаясь, крикнул:
– Инга, Татьяна, не хотите поплавать в речке?
– Нет уж! – возразила Инга, не высовываясь из заимки. – Мы потом в озере выкупаемся, там вода чище и теплее.
– А я с вами! – засмеялся Саша.
– Нет! – возмутилась Инга. – Мы голышом намерены купаться.
Афанасий извёлся от непонимания происходящего, но встретив взгляд Саши, который закрыл и открыл глаза чуть, качнув головой, замер. Видимо, спецы что-то придумали, и женщины участвуют в их плане. Вспомнив про археологов, которые заперлись в заимке, осознал, что они не просто здесь сидят, а караулят этих городских грубиянок. Как только он так подумал, у него засвербело в животе. Теперь Афанасий не сомневался, что здесь гораздо опаснее, чем там, где девушки.
Конрад лежал на солнышке и отслеживал передвижение девчонок. Теперь, когда кто-то из археологов нарушил все мыслимые и немыслимые законы, он мог делать всё. Поэтому он подключился к белке, заставив её провожать «Купальщиц». Егерь очень умно провёл их, и поэтому ни объеденный скелет археолога, ни волков, обедающих лосем, они не видели. На берегу девушки кричали, плескались, визжали. Конрад удовлетворённо хмыкнул, потому что разговор шёл только на французском и английском. Слушал, как Боб переводил болтовню девчонок для егеря.
Наблюдатель был в недоумении, Конрад это чувствовал, особенно когда Кай сняла с Гусёны серьги, серебряные кольца, и, хохоча, бросила в реку, закричав:
– Это подарок тебе. Подарок!
Конрада это смутило. Его девочка что-то задумала и не захотела ему сообщить. На всякий случай он решил ей помочь в задумке, поэтому попросил помочь Васю и Сашу, и они, поднатужившись, ослепили наблюдателя. С удовлетворением услышали, как кто-то кинул котелок в стену заимки, и разразился шёпотом проклятьями. Потом ему стало не до этого, его друзья не давали наблюдателю воспользоваться теми знаниями, которые тот черпал из найденных им каких-то записей, а он наблюдал за рекой.
Он, зная, что опасно именно здесь, около заимки, не мог оставить без внимания девчонок.
Его Кай всегда оставалась для него загадкой и подарком. Она была простодушна и весела, как летнее утро, ярка и щедра, как день ранней осенью, несгибаема и загадочна, как зимняя ночь, и ненасытна, как весна. С ней всегда он чувствовал себя, как во хмелю. Он не хотел, чтобы его девочка испытала все тяготы оперативной работы, но понимал, что её сущность бойца делала из неё идеального оперативника.
Конрад мысленно улыбнулся, наблюдая за их подругами, а девчонки в реке совсем расшалились. Они визжали, прыгали, подбрасывали вверх воду, создавая брызгами зонтики и веера, макали в воду Боба, тот, спасаясь от них, побежал по берегу и запнулся. Вскочил, и замахал всем руками.
– На берег! Быстро на берег!
Девчонки выскочили, обсушились и оделись. Боб и егерь, который успел одеться, ветками тащили на берег утонувшую и сдувшуюся лодку. Лодка была пустой.
Продолжение следует...
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: