В царское время традиционная Рождественская ярмарка устраивалась в Старом городе, на Ратушной площади. Там появлялся особый ярмарочный товар, которого в обыденное время в Риге было не сыскать. Об этом знали все, и каждый заблаговременно готовился к посещению этого праздничного базара. По установившемуся обычаю, например, отрывные и настольные календари покупа лись именно на Рождественской ярмарке, тут же бойко распродавались песенники, сонники, оракулы и прочая популярная литература.
Ряд торговых ларей с игрушками русского кустарного производства снабжал местную детвору разнообразными, недорого стоившими забавными поделками. Кроме игрушек здесь можно было приобрести деревянную посуду, ложки, изделия из карельской берёзы и т.п. Приезжали специальные торговцы, продававшие исключительно киоты для икон и хорошо на этом зарабатывавшие. Торговали различными сластями, вроде вяземских пряников, сухого киевского варенья, знаменитого калужского теста — всего не перечесть. Несколько ларей обычно было с хлопчатобумажной сарпинкой — лёгкой, похожей на ситец тканью, производившейся поволжскими немцами–колонистами из Сарепты. Её выделывали во множестве различных образцов. Тут же продавалась знаменитая штиглицкая мануфактура из Нарвы, которой «сносу не было». Ряд ларей торговал меховыми товарами, преимущественно каракулем, лисьими и хорьковыми мехами.
Значительная часть появлявшихся на Рождественской ярмарке товаров в обычное время в Риге не продавалась, да и цены были сходными, а потому торговля шла бойко, особенно в дни Рождественских праздников, когда по традиции каждый, и старый, и малый, стремился посетить этот базарчик. Крайняя оживлённость, общий гам от тысяч голосов и от множества различных продаваемых пищалок, барабанов и гармошек, висел сплошным гулом в воздухе, и ещё издалека было слышно, что подходишь к ярмарочной площади. Торговля на ярмарке производилась поздно, при свете керосиновых ламп, но, несмотря на толкотню и тесноту, нарушений порядка обычно не наблюдалось. В случае хулиганства сами жители яро вступались за потерпевшего.
При общей дешевизне рижане тогда пили много и умели пить, в особенности на таких праздниках, как Рождество Христово, когда целый ряд служащих, в особенности торговых, имели редкий праздничный отдых. После ярмарки традиционно посещался какой–нибудь русский трактир, из которых особенно славился «Петербургский». С мороза пара стаканов горячего чая, графинчик водки и излюбленные тогда «воздушные пироги» приподнимали настроение всякого. Громадный орган (обычная музыкальная машина в каждом питейном заведении) наигрывал удалые русские песни. Стоило всё недорого. В приличном трактире порция чая — 15 коп., графинчик водки на 6 изрядных рюмок — 20 коп., пирог с мясным фаршем и подливкой, величиной с тарелку — 20 копеек. Так что на рубль можно было приятно закусить и довольно выпить…