Зарянка, вне всякого сомнения, одна из самых ярких городских птиц. Мимо не пройдёшь, обязательно щёлкнешь. Птичка смелая, подпускает близко.
Специально обученные люди утверждают, что для зарянки характерна высокая антропотолерантность. В зависимости от направления движения человека относительно птицы отмечены отличия в её реакции. При прямом сближении средняя дистанция вспугивания составила 3,93 м, у молодых птиц — 2,05 м. Если путь проходил мимо объекта, дистанция уменьшалась до 0,96 м. В естественных биотопах, где интенсивность передвижения людей не превышала 1-2 человек в час, средняя дистанция вспугивания зарянок составила 6,84 м при колебаниях от 2,5 до 11 м. В крупных парках с нагрузкой до 20 человек за 10 минут она составила 3,44 м. В различных типах селитебного ландшафта и мелких скверах дистанция вспугивания минимальна — 3,21 м.
Исходя из написанного, с фотосъемкой зарянки проблем быть не должно. Лично у меня их никогда не было. Птичка сама просилась в кадр и получалась так, как я люблю — крупно, с идеальной проработкой деталей.
Но вот ведь какая засада — она всегда и везде получалась одинаково. Садилась рядом, надувалась шариком и всё. Никакой движухи, никакого драйва, и как следствие, никакого спортивного интереса со стороны фотографа. Естественно, я никогда не пугал птичку ради удачного кадра. Это глупо и некрасиво.
Интересных историй о жизни зарянки в интернете я как-то не встречал. Есть немногочисленные исследования орнитологов, написанные наукообразным языком, которые можно почитать для общего развития, не более того.
Позволю себе опубликовать несколько слегка видоизменённых цитат из статьи «Некоторые аспекты экологии зарянки в природных и антропогенных стациях Рязанской области» о жизни зарянок рядом с нами, в населённых пунктах.
У птиц синантропных популяций наблюдаются высокоэффективные адаптации к обитанию в антропогенном ландшафте и присутствию человека. Они касаются особенностей гнездования, питания, этологии и других аспектов биоэкологии.
У зарянок отсутствует выраженная специализация к добыванию каких-то определенных таксономических групп беспозвоночных, что является одной из предпосылок успешной адаптации этих птиц к условиям населённых пунктов. В формировании рациона птиц превалирует показатель доступности.
Зарянка может успешно гнездиться даже в небольших парках при наличии подходящих микростаций. Пригодные для гнездования участки существуют и в черте застройки. Среди антропогенных укрытий зарянки использовали горизонтальные железные трубы, дуплянку и скворечник, открытые сбоку железный и бетонный фонарные столбы, лежащие на земле банки из-под краски, располагали гнёзда под перевернутым тазом с отверстием в дне, между стеной здания и кустом, между деревянным забором и кустом, под крышей и между рамами разбитого окна дачного домика. В населённых пунктах в укрытиях антропогенного происхождения располагалось 46,3 % гнезд.
Показатели репродуктивного успеха птиц существенно изменяются в зависимости от особенностей биотопа, условий конкретного года, антропогенной нагрузки. По данным разных авторов успех размножения составляет 50-75%.
Полученные данные позволяют утверждать, что зарянки обладают эффективными адаптациями к условиям населённых пунктов. Они не только обеспечивают устойчивое воспроизводство городских птиц, но и служат предпосылкой дальнейшей синантропизации вида.
Из вышеозвученного следует замечательный вывод — мы, люди, живём с зарянками дружно, в согласии. Отдельно взятые птички настолько привыкают к человеку, что едят с рук. Я неоднократно наблюдал подобное зимой 2022 года в Главном ботаническом саду имени Н.В. Цицина.
В моём архиве зарянок достаточно, но показывать их бессмысленно. Как я уже говорил, по сути своей они одинаковы. Надеюсь, рано или поздно мне повезет и я сниму эту бесстрашную симпатичную птаху в динамике.