«Паулина»
Жизнь судового механика
Встреча Кристмаса
Утром двадцать пятого декабря «Паулина» подошла к Панамскому каналу и встала на рейде.
Капитан сказал, что будем стоять примерно два дня. После команды отбой, я вышел на палубу и сделал несколько снимков.
Раннее утро, ни ветерка. Абсолютный штиль. На поверхности воды ни единой морщинки. Солнце только начинало всходить и чистый, наполненный утренней свежестью воздух наполнял лёгкие. После машинного отделения им хотелось только дышать и дышать.
Жара ещё особо не ощущалась, но уже сейчас чувствовалась избыточная влажность в воздухе. Всё предвещало о том, что днём здесь станет очень жарко.
Невдалеке проглядывал берег с новыми микрорайонами высотных домов. Да! Когда мой «Оренбург» заходил сюда в последний раз, их ещё не построили. Многое здесь переменилось за эти годы. На рейде в ожидании прохода скопилось около тридцати судов.
Но, отдыхать хватит. Начинается рабочий день. И он не должен пройти бесполезно. Все работы я уже распланировал.
Для надёжности прохода канала надо провести ремонтные работы с нашим единственным целым дизель-генератором (ВДГ). Мощность его составляла пятьсот пятьдесят киловатт. Но предварительно надо запустить аварийный дизель генератор, мощностью триста киловатт и опробовать его в работе.
Аварийный дизель (АДГ) запустился сразу и после прогрева мы его взяли в параллель с основным дизелем, а потом уже на АДГ перевели всю нагрузку. Он поднатужился, загудел ровнее и в дальнейшем продолжил нормально работать.
АДГ находился на палубе. Для того, чтобы до него добраться и проверить его работу в течение вахты, приходилось по скоб-трапу из токарки (вверх метров двенадцать) выбраться на главную палубу и пройти в его помещение, затем в корму, ещё метров тридцать.
На ВДГ я предварительно нашёл необходимые запчасти. На нём требовалось поменять все фильтры, масло и одну подтекающую форсунку.
Капитан разрешил сделать такой небольшой ремонт, но с условием, чтобы мы его к пяти часам закончили.
Произвели ремонт ВДГ, запустили его и попробовали в работе. Он работал нормально. Тут мне захотелось запустить второй дизель.
Львович кричал и махал руками, что это бесполезная затея, что мы только зря потратим время для его запуска. Но я настоял на запуске дизеля. Ведь я ещё не знал и не видел, что же в нём неисправно и сломано. Как мне объяснить хозяевам причину его неисправности? Да и вообще — какие запчасти надо заказывать для его ремонта?
После запуска ВДГ пресная вода сразу начала хлестать изо всех щелей этого инвалида. Из напорной цистерны она резко ушла. Всё стало ясно. Дизель эксплуатировать нельзя. Его остановили и закрыли на нём все клапана. Я убедился, что лучше его вообще не трогать. Потому что пресной воды на него не напастись, если его так эксплуатировать. Лучше пусть работает первый ВДГ, как и работал.
Львович с Мишей от удовольствия сияли, что доказали свою правоту. Я тоже был доволен. Теперь я полностью знал, что мне предстоит делать ближайшее время с этими дизель-генераторами. Обошли ещё раз машинное отделение. В машине - тишина и порядок. Шум аварийного дизеля сюда не доносился. Все вместе вышли из машинного отделения, собираясь идти на ужин.
Поднявшись в каюту, я снял робу, помылся, посидел в кресле, отдыхая в прохладе каюты, оделся поприличнее и спустился в кают-компанию. Сегодня католическое рождество. Повар с утра уже готовился к торжественному ужину.
В кают-компании все в сборе. Ждали меня и капитана. Я присел за стол на своё место и оглядел собравшихся. Все чисто одеты, выбриты и ждали первого тоста, а он не заставил себя ждать.
Вместо него вдруг потух свет, и на панели сигнализации загорелось и замигало множество красных огоньков. Раздался противный звук аварийной сигнализации.
У нас обесточивание. Что такое? Я глянул на панель сигнализации. Аварийный дизель стоял.
Всей машинной командой не сговариваясь бросились ко входу в туннель, ведущий в машинное отделение. Хорошо, что перед входом в него в специальном ящике стояли аварийные фонари.
Схватив фонарь, я побежал вдоль полутёмного туннеля, освещаемого редкими лампочками аварийного освещения.
В машине полумрак, только кое-где горят тусклые лампочки. За мной бежит Миша. Львович ковыляет где-то сзади. У него очень болит правая нога. Иной раз спазм от боли заставляет его скрежетать зубами. Я уже несколько раз говорил Львовичу, чтобы он просил для себя замену, но он только отмахивался.
— Отработаю контракт, вот тогда и поеду домой, — всегда отвечал он.
Оно и понятно. Ведь он на четыре года старше меня. И, что его позовут на следующий контракт, у него шансов почти нет. Вот он через боль и работает сейчас, чтобы хоть что-то заработать.
На главном щите тахометр аварийного дизеля показывает ноль. Ясно! Что-то случилось с аварийным дизелем. Поднимаемся по скоб-трапу на главную палубу к аварийному дизелю — там тоже тишина. Дизель стоит. Достаточно одного взгляда, чтобы определить причину остановки аварийного дизеля.
Крылатка вентилятора, охлаждающая радиатор, валялась в стороне. Когда крылатка «улетала» со своего места, то она разорвала защитную решётку, сейчас висящую на оставшихся болтах. А остальное ничего не повредилось. Ни провода, ни трубы, ни приборы. Всё осталось целым! Как-то случайно крылатка отлетела со своего места и ничего не задела. Но вокруг стоял настоящий кавардак!
«Ну, всё! Всё поломано! Ничего нельзя восстановить. Ханеус!», — невольно подумалось мне.
У нас остается только один дизель для прохода Панамского канала. Что делать? Сегодня двадцать пятое число. По всему миру, в Германии тем более, Christmas наступил, а у нас авария. А мы даже не успели и за стол толком сесть на торжественном ужине. Повар такой торт приготовил! Вино уже разлили по бокалам. Ничего попробовать не успели! Надо же, как срабатывает закон подлости!
Я нагнулся над крылаткой вентилятора. Она оказалась вся покорёжена. Восстановлению однозначно не подлежала. Из центра крылатки торчал приводной вал с остатками корпуса охлаждающего насоса. Вал толщиной с палец. Что-то он показался мне тоненьким для такой крылатки. Я попытался поднять крылатку. Весила она на меньше десяти килограммов. Теперь мне стала ясна причина поломки.
Когда я изучал историю механизмов судна на компьютере, то меня удивил один факт. Аварийный дизель отработал чуть больше ста пятидесяти часов за четырнадцать лет, а с ним уже произошло три аварии. В углу помещения стояло несколько покорёженных радиаторов. Мы ещё тогда с Серёгой всё удивлялись. Откуда же они взялись? А вот оттуда и взялись! Крылатка вентилятора оказалась слишком тяжёлой для такого тонкого вала. Вот вал и не выдерживал. Гнулся и ломался. Как раньше никто до этого не дотумкал?
Так! Причина ясна. Но что же делать? Ведь через пару дней надо проходить Панамский канал. В Европе — Рождество. Фирмы, склады — нигде ничего не работают. Никто ЗИПа нам не пришлёт. Это однозначно.
Спустились в машину, завели ВДГ, дали питание в сеть. Как хорошо, что мы сегодня сделали с ним все профилактические работы. «Катерпиллер» — надёжный дизель. Теперь к нему можно часов пятьсот не подходить. Он будет работать безотказно. Только подавай чистое топливо и заливай соответствующее масло в картер.
Позвонил капитану. Тот ждал моего звонка на мостике, и я, вкратце объяснив ситуацию, попросил его подойти к аварийному дизелю. Вскоре он подошёл.
Стоим, затылки чешем. Что делать? Запчастей нет, ничего нет. Я же всю кладовку только что перебрал.
С капитаном решили, надо отправлять письмо в компанию с описанием поломки. Но сейчас двадцать пятое декабря вечер. Это у нас здесь ещё вечер, а в Европе уже ночь. двадцать шестое — самый разгар гуляний. Там уже все или спать легли, или пьяные.
Капитан предложил:
— Для начала давай позвоним deputy captain. Он отвечает двадцать четыре часа в сутки за безопасность нашего судна.
Позвонили. На удивление deputy captain ответил сразу.
Он выслушал нас и посоветовал:
— Пишите заявку и сразу отправляйте её нам. Послезавтра будем кого-нибудь искать, чтобы вашу заявку хоть как-то выполнить. Но эта заявка должна пойти на фирму. А фирма в Christmas не работает. До третьего января ничего работать не будет. Но вы всё равно пришлите все заявки, фото и объяснения о поломке.
Я его прекрасно понимал. Он в данный момент ничего сделать не мог, так же, как и мы. Но он не отфутболил нас, а вселил уверенность, что мы не брошены, что о нас будут думать и заботиться.
Это-то всё понятно, но у нас только один вспомогательный дизель в работе, а надо идти дальше — в США через Панамский канал. Как быть? Властям канала об этом говорить нельзя — запретят проход. От компании ответа пока не нет.
Время перевалило за полночь. И мы решили идти спать, чтобы с утра хоть что-то сделать с дизелем.
Утром, двадцать шестого после завтрака я Львович, Миша и Серёга пошли в помещение аварийного дизеля и попытались разбираться, что же всё-таки сломалось.
А когда я вновь взял крылатку вентилятора в руки, то и в самом деле убедился, что весит она килограмм двенадцать, не меньше. Висит она на валу, толщиной шестнадцать миллиметров. Это вал охлаждающего насоса. Вал от такой тяжести и при таких оборотах изогнуло и это явилось причиной поломки вентилятора.
На переборках помещения АДГ я нашёл следы бывших поломок, где когда-то «летал» вентилятор и отметился на них глубокими следами, сейчас хорошо закрашенными.
Обследовав поломанные детали, я составил список запасных частей по каталогу. Каталог был на испанском языке и на немецком. На английском ничего не было.
Я знал немножко немецкий, картинки есть, а цифры везде одинаковые. Определил номера фактур, номера деталей. Таким образом и составили заявку.
Потом сфотографировал всё, что было можно. Написал письма и объяснения в компанию. Серёга с Львовичем разобрали поломанные детали и очистили место для будущего ремонта. Когда-то он ещё будет. Но, всё возможное надо было сделать сегодня. Такой порядок в компании и ни я, ни капитан от него не имели права отойти ни на шаг.
Вместе с капитаном сели на мостике у компьютера и отправили все послания в компанию. И только после всех этих процедур капитан позвал повара и приказал принести обед к нему в каюту.
Повар принес большой кусок торта и половину индейки с закуской. Капитан достал из своих закромов бутылку вина, но она оказалась тёплой, и он поставил её в холодильник. Зато моя бутылочка охлажденная. Она давненько дожидалась своей очереди в холодильнике. Водку я не стал доставать. Пусть она лежит до лучших времен, потому что впереди Новый год и неизвестно, что ещё там нас ожидает.
Капитан позвал старпома и второго механика. Вчетвером мы сели за стол. Выпили винца, съели тортик, пожаловались друг другу на жизнь, что вот какая она тяжелая, что всё сломалось и как бы нам умудриться пройти Панамский канал. Ещё неизвестно, разрешат нам это сделать или нет. Решили, что заявлять администрации канала о наших авариях ничего не будем. Одного дизель-генератора хватит, потому что его мощности вполне достаточно на все швартовные операции и состояние его отличное. Если он обеспечивает работу двух кранов, то работу палубных механизмов для прохода канала, обеспечит с запасом, поэтому ничего страшного не будет, если мы будем проходить Панамский канал с одним дизель-генератором.
Ну и, как всегда, неожиданно пришла телеграмма, что нам предстоит в ночь на двадцать седьмое декабря проходить Панамский канал.
Вот двадцать седьмого мы и пошли через Панамский канал. Проходили его спокойно. Проход начался вечером. Тихо без всякого ажиотажа.
У ребят на канале все накатано, паровозики пыхтят, как они их называют, мулы. Гудят, цепляют судно и тянут вдоль доков.
Сначала шли в шлюзы на подъем из Тихого океана. Потом пошли по озёрам.
Как-то неожиданно нахлынули воспоминания тридцатилетней давности, когда мне пришлось впервые проходить Панамский канал на одном из сухогрузов. Тем рейсом мы везли пиломатериалы на Кубу. Тогда в озёрах по приказу капитана были включены все пожарные насосы, чтобы успеть заполнить пресной водой мытьевые танки, потому что после перехода через Тихий океан из Владивостока, пресной воды на судне почти не оставалось. На судне даже установили режим на воду. А после того, как танки наполнились, мы все ринулись мыться и отмываться.
Сейчас в озерах, конечно, никакую воду не набирали. Не до этого было. Да и вода там сейчас неизвестно какого качества. Потом пошли на спуск из канала и уже под утро вышли в Карибское море. Интересно было смотреть, как проходят по борту ночные огни канала и подсвеченные мосты. Особенно впечатлил мост на входе в канал.
Так как все механизмы в машинном отделении работали на автомате, то сигнализацию переключили в палубный офис и сидели в нём, наблюдая за местами, мимо которых проходило судно. Только по очереди кто-нибудь из нас спускался в ЦПУ на обходы.
После выхода из канала сдали лоцманов, бригаду швартовщиков и пошли дальше по Карибскому морю.
Забортная вода сразу после канала поднялась до двадцати пяти градусов, а потом постепенно начала снижаться.
Новогодние праздники приближались, а праздничное настроение отсутствовало. Только об одном думалось, как бы ещё, что-нибудь не сломалось да не случилось. В дополнение ко всему и навигационная обстановка стояла сложная. Капитан волнуется. Штурмана вечно напряжены. Проходили мимо различных островов. Движение судов очень интенсивное. Суда встречались самые разные размерами от яхты вплоть до супертанкера. Я поднимался на мостик и смотрел за курсом судна по карте или локатору. Тут скала, там мель, а там Крокодильи острова, или ещё что-нибудь такое, а в Мексиканском заливе к тому же ещё и нефтяные платформы.
Конец пятой главы
Кому интересно, то тот может полностью прочесть повесть «Паулина» в книге «Паулина»: https://ridero.ru/books/paulina_1/