- Знаешь, что, - прищурила глаза Валерия, негодуя праведным гневом. - Я конечно, та ещё дура и постоянно влюблюсь не в тех мужчин, и бываю несколько эмоциональна. Да и вообще, - махнула рукой, - веду себя порой неадекватно, - провела рукой по пробившемуся колючему ёжику на голове. - Но я никогда не пряталась за чужими спинами. Всегда была честной в своих желаниях. И если набивала шишки, то свои собственные. А это! - потрясла паспортом. - Не любовь. Это даже извращением назвать нельзя. Мерзость! - передёрнула плечами. - Да, именно так. Мерзость. Я человек. Ты человек. А нас, словно двух собак на случку, закрыли в этой квартире. Я правильно понимаю, что ключей у тебя нет.
"Ключи есть, - промолчал он. - Но я не готов так просто отпустить тебя. Да, возможно, всё и выглядит мерзко с твоей стороны. Но это мой шанс. Мой единственный шанс любить тебя... И почему я сам всё время откладывал наше знакомство? Почему трусил? Почему стал посмешищем в глазах друзей и родных? - его сердце колотилось быстро и болезненно. - Но свой шанс не упущу. Моя душа давно твоя Лерочка. Без тебя моя жизнь пуста..."
- Я не хотел всего этого, честно, - подался он вперёд и откинулся обратно на подушку, застонав от боли, что прострелила его бок. Действие лекарств закончилось.
- Не хотел, - фыркнула Валерия. - Но потворствовал.
- Как я мог, - развёл руками Дима, намекая на своё немощное состояние, пытаясь смягчить гнев любимой.
- Как я мог, - передразнила его женщина. - Я завтра же. Нет. Сегодня же подам на всю вашу семейку в суд.
- У меня двоюродные дядьки, - и замолчал, сжав руки в кулаки. - Никто не даст тебе опозорить семью, - добавил тихим голосом.
- А это не позор? - воскликнула Лера. - Папа женил сына, чтобы тот ему на радость обрюхатил понравившуюся бабёнку.
- Он не со зла, - упрямился молодой человек. - Да и если бы ты не стала изображать из себя беременную...
- Не надо было врать о наших отношениях.
- Я не врал, - вздохнул Дима. - Просто так получилось...
- Может быть в вашей семейке подобное норма, но не для меня, - принялась она расхаживать перед матрасом.
- Я понимаю, - снова горько вздохнул Дима. - Понимаю, - поймал её взгляд. - И поэтому прошу у тебя...
- Ты не в том положении, чтобы что-то просить, - отмахнулась от него Лера.
- И всё-таки, - поджал губы Дима. - Я прошу потерпеть тебя всего несколько дней. Несколько дней не торопиться с действиями в решении ненавистной для тебя ситуации.
"Дай мне шанс доказать, что я достоин твоей любви, - молил он её про себя. - Дай шанс, доказать, что я лучше всех твоих бывших любовников вместе взятых. Что я не Петя и никогда не брошу. Не Вячеслав и не буду использовать тебя. Дай мне возможность окружить тебя своей любовью. Отогреть... Залечить сердечные раны".
- И что изменится? - смотрела на него она. - Может печать поставлена исчезающими чернилами? - откровенно глумилась над ним Лера.
- Печать не исчезнет, ты права. Просто... - отвёл он взгляд в сторону. Колючий ком встал в горле, мешая говорить.
"Почему так трудно признаваться в любви?" - размышлял он.
- Постой, - смутная догадка осенила её. - Постой, - нахмурилась. - Уж не о Люсеньке ли ты мне так жирно намекаешь? Не о моей новоиспечённой свекрови?
- Ну... мама... она... - пожал плечами Дима.
"Причём тут мать? - думал сам. - Она всегда на стороне отца. Всегда его поддерживает, даже в самых немыслимых и абсурдных делах и начинаниях. Ну, покричит для "галочки", за табельное оружие схватится... А потом укатят они в закат на дачу мириться. Нет, Лерочка, моя мать тебе не помощница. Наоборот. Она тебя может так своей психологией замучить, что ты в итоге на все её условия согласишься".
- Мама... - захохотала Лера. - Она... А ты? Что можешь ты?
- Всё, - резко вздёрнул голову молодой человек.
- Ты даже встать не можешь, - снова рассмеялась она.
- А если встану? - прищурил он глаза.
"Вот он, - ликовало его сердце. - Мой шанс!"
- Не встанешь, - махнула она рукой.
- А если встану! - воскликнул он.
- Манипулировать мной не надо.
- И всё же, - настаивал он.
Лера смотрела в его глаза и не понимала, чего от него хочет на самом деле.
"Теперь он твой муж", - ехидно напомнила она себе. И к своему удивлению, отметила, что экземпляр ей достался весьма привлекательный. Воспоминание о том, как он прижимался к ней сзади, пока она барахталась на матрасе, вызвало приятное томление. Но его мягкотелость в отношении родственников возмущала и предвещала много неприятных моментов в будущем.
- Поцелую, - неожиданно для себя выпалила Лера.
"А что, - поддела сама себя. - Муж он мне или не муж. Женатик, - горячей волной пронеслось в голове. - Он меня совсем не знает. Я отомщу ему и всем женатикам в его лице, которые отвергали меня. Сделаю так, что он будет ползать передо мной на коленях и проклинать тот день, когда его отец подло зарегистрировал наш брак".
- Ну? - растянула губы в усмешке. - Что же ты медлишь с первым супружеским поцелуем, муженёк?
А потом её сердце ухнуло, когда мужчина застонав скатился с матраса, ударившись левым боком о пол.
"Безбашенный", - застучало у неё в висках.
Она смотрела, как Дима скрипя зубами, корчась от боли, придерживая раненый бок, вставал на колено, а затем пошатываясь, опираясь второй рукой о стену, поднимался на ноги, и понимала, что он совсем не мямля, и не рохля, и не мягкотелый.
"Главное, - размышляла она, - найти нужный стимул. И кажется, - растянула губы ещё шире, когда мужчина сделал первый шаг к ней, - я этот стимул нашла. Ох, Димочка, ты ещё не знаешь, какой ад тебя ожидает... А на развод можно и по интернету подать. Телок, которого можно водить за верёвку, мне даром не нужен..."
© Copyright: Дёмина Наталья.
Продолжение следует...