Действующий президент США Джо Байден удивляет неожиданными прощальными шагами, такими как утверждение рекордного оборонного бюджета или помилование своего сына Хантера. Однако его преемник также не остается в стороне.
Неуместные шутки. Эхо ноябрьской встречи Трампа с канадским премьер-министром Джастином Трюдо еще не утихло: тогда американский лидер заставил гостя нервно смеяться, заявив, что превратит Канаду в новый штат. И вот новая идея. Избранный президент объявил о намерении приобрести у небольшой Дании огромную Гренландию.
Сын политика с юмором публикует фотографии отца, якобы покупающего земли в интернет-магазине. Однако в Копенгагене к шуткам Трампа отнеслись без энтузиазма. Датское королевство решило выделить дополнительные средства на оборону острова, который имеет статус особой административной единицы. Согласно анонсу (озвучена "двузначная сумма в миллиардах крон"), это составит не менее 1,4 миллиарда долларов.
Министр обороны страны Лунд Поульсен заявил, что эти средства пойдут на закупку двух новых инспекционных кораблей, двух беспилотников дальнего радиуса действия и двух дополнительных команд собачьих упряжек. Штат арктического командования будет расширен. Кроме того, один из трех основных аэропортов Гренландии будет модернизирован для обслуживания истребителей F-35.
Гренландия — не предел амбиций Трампа. Среди его планов также возвращение контроля над Панамским каналом. Хотя в обоих случаях эксцентричному политику уже дали понять, что его идеи нереалистичны, источники в его окружении утверждают, что он настроен серьезно.
Исторический опыт против президента. История с Панамским каналом хоть как-то объяснима: речь идет о важной транспортной артерии, поэтому в США есть сторонники ее присвоения. Однако "датский случай" выглядит скорее личной причудой Трампа. Впервые о покупке Гренландии он заговорил еще пять лет назад, в свой предыдущий президентский срок. Получив отказ, он, напротив, стал еще более настойчивым.
Все эти годы его команда советников разрабатывала возможные форматы сделки, оценивала стоимость и прорабатывала переходные механизмы. Однако "продать" эту идею обществу будет непросто. Шутки и мемы, конечно, вызывают смех, но если дело дойдет до реальных действий, возникнет вопрос: почему Вашингтон осуждает другие страны за территориальные претензии, например Россию?
Апеллировать к истории — сомнительный выход. Обе попытки приобрести остров (в 1861 и 1946 годах) потерпели неудачу, причем не только из-за сопротивления датчан. Многие в американском конгрессе считали эту идею сомнительной.
Странные обещания множатся. Возвращаясь к настоящему, можно сказать: гренландская авантюра плохо сочетается с лозунгом Трампа "Америка превыше всего". Вряд ли простой рабочий, к которому регулярно обращается республиканец, оценит трату своих налогов на остров, где он, вероятно, никогда не бывал.
У Трампа уже достаточно громких, но нереализованных идей. Достаточно вспомнить стену на границе с Мексикой, которая до сих пор остается лишь набором разрозненных конструкций.
Все это не гарантирует, что президент взвесит риски, затраты и потенциальные выгоды и начнет выполнять обещания, а не выдвигать инициативы по скупке островов, как полей для гольфа.
Однако, если он действительно возьмется за реальные дела, то столкнется с серьезным препятствием — конгрессом. Многие считают, что республиканское большинство — это удача для будущего хозяина Белого дома. Однако практика показывает, что иногда проще договориться с оппонентами, чем с однопартийцами. Достаточно вспомнить недавний компромиссный оборонный бюджет Байдена. Внутри республиканской партии существует мощная оппозиция Трампу, и не все с восторгом наблюдают, как президент-шоумен разрушает многолетний образ "Великой старой партии".