Видео встречи с активом переселенцев, который, по словам Хинштейна, выбрали они сами, появилось в соцсетях врио губернатора через два дня после мероприятия. Курские негосударственные СМИ на него не приглашали. На встрече проголосовали за некий фонд помощи, не поддержав предложение суджанского общественника Валерия Моисеева довести общую сумму компенсации каждому переселенцу до миллиона рублей. Самое интересное на встрече - диалог между общественником Валерием Моисеевым и Александром Хинштейном. Моисеев отметил, что суджане раньше ничего не просили у власти, помогали солдатам с начала СВО. Люди жили в своих добротных домах. Они не виноваты в том, что началось вторжение ВСУ и люли лишились всего. Купить жилье по сертификату - это еще не всё: квартиру или дом еще нужно обставить мебелью, купить бытовую технику. Для старшего поколения, к которому относится и Моисеев, получить кредит на эти цели нереально: у него пенсия – 11 тысяч 700 рублей. И таких людей, по словам общественника, нимало. Поэтому он предложил Хинштейну принять решение о выделении еще 825 тысяч рублей каждому переселенцу. - Вы сказали — большая сумма. Хорошо, давайте не всем, а собственникам жилья, - предложил он. — Там восстанавливать придется, разграблено все будет… Раньше Суджанский район был зажиточным, дома капитальные были. А теперь почему он равноценен избушке на курьих ножках в Курске?... Мне ежедневно поступают звонки и до 50 смс от людей, просят поднять этот вопрос, - отметил Валерий Моисеев. В жилье общественника остались не только вещи, но и память об отце-ветеране Великой Отечественной — его фотографии, медали. Хинштейн ответил, что не «тот, у кого громче голос» должен решать вопросы, а «большинство людей»: - Вы говорите: мы жили, у государства не просили. Ощущение, что вы существовали, как на необитаемом острове. Что не было больниц, школ, дорог, и пенсия приходила сама по себе. Это не так. Позиция «нам государство не помогало, а теперь государство помоги» кажется мне не совсем честной… От того, что увеличат компенсации, боевые награды Вашего отца не вернутся. Мне подсказывают, что сертификат Вы получили… - Нет, - отвечает Моисеев. - Вы его, конечно же, получите, - продолжает Хинштейн. - Вы сможете купить жилье. Я не очень глубоко владею ценами в регионе, что, в Судже жилье стоит дороже, чем в Курске? - Смотря какое, - отвечают присутствующие. - У Валерия Павловича квартира. В каком доме — элитном? - Трехкомнатная, в восьмиквартирном доме советской постройки, — отвечает пенсионер. — А по сертификату я могу приобрести только однокомнатную. - Нет, это не так. Давайте разберемся, - настаивает врио губернатора. - Какая площадь была Вашей трехкомнатной квартиры? - Старого образца, 50 квадратных метров. - Сколько была рыночная стоимость квартиры? - Я ее не продавал. - Понятно, что Вы не продавали. Но, судя по тому, как вы строите разговор, вы знаете рыночную стоимость жилья в Вашем районе. - Если продать — может, 2-2,5 миллиона. - .. 50 (умножить) на 85 (тысяч за кв.м. — стоимость по сертификату — авт.) составит 4 миллиона 250 тысяч, - продолжает Александр Хинштейн. - Сумма явно покрывает стоимость жилья, которое у Вас было. Что касается нажитого имущества. Я для этого предложил создать фонд — будут оказываться точечные меры поддержки. Мне кажется, я достаточно внятно, достаточно честно позицию свою заявил. Хочу обратиться к представителям всех девяти муниципальных образований. Скажите, ту позицию, которую я озвучил, поддерживаете ли вы, в том, что, понимая сегодняшнее состояние, ситуацию, СВО, необходимость восстановления инфраструктуры, в т.ч., в Судже, согласны ли вы с тем подходом, который предлагаю я? Давайте проголосуем… На видео если не все, то большинство представителей переселенцев подняли руки вверх. - Спасибо. Кто за позицию, которую озвучил Валерий Павлович? На видео ни одной поднятой руки. После встречи Валерий Моисеев во «Вконтакте» написал: новый врио мягко стелет, но жестко спать. Задача – по максимуму экономить бюджет. Также Валерий Моисеев и суджанский блогер Роман Ковалёв высказались, что не понимают, по какому принципу формировался актив переселенцев.