Ностальгия

Старый альбом стоял в углу книжной полки, покрытый слоем пыли. Дима взял его в руки, стряхнул пыль и медленно открыл первую страницу. На пожелтевших фотографиях с разбитыми углами — лица, знакомые до боли. Молодые, улыбчивые. Там был Юрка, всегда в кепке набекрень. Витёк с неизменной сигаретой за ухом. А рядом — Валерка с новым магнитофоном, на который он копил полгода.

— Где вы все теперь, пацаны? — пробормотал Дима, провёл пальцем по старому снимку.

Эти дворы были их миром. Деревянные теннисные столы, футбольные коробки, посиделки на веранде детского сада. По вечерам — музыка и смех, дым от дешёвых сигарет. Девчонки крутились рядом, смущённо переглядывались, но не отходили далеко.

— Помнишь, как мы с соседним районом дрались? — шептал он, будто разговаривая с фотографиями. — Вечером все стояли плечом к плечу, а потом, как идиоты, вместе в кино пошли.

На другой странице — снимок с танцплощадки. В руках у кого-то гитара, а на заднем плане видна группа девчонок в ярких платьях. Танцы, первые влюблённости, ухаживания — всё это казалось таким важным тогда.

Но время, как река, унесло их всех в разные стороны. Кто-то уехал, кто-то остался. Кого-то уже нет.

Дима закрыл альбом и огляделся. Пустая комната, в углу радио тихо бубнит старые песни. Глаза наткнулись на фотографию сына — уже взрослого, с семьёй.

— Жизнь идёт, пацаны. Но я вас помню. Всех.

Он поднялся, надел куртку и вышел во двор. Зима укрыла его белым покровом, но он знал каждую трещину в асфальте, каждую скамейку. Присел на одну из них, закурил, и ему на миг показалось, что где-то за углом слышны голоса. Звонкий смех, шёпот, песня.

Он улыбнулся. Молодость осталась где-то там, но она всегда будет с ним.