«Сломал себе жизнь!»
Если вы пристально следили за советским футболом 1960-х и 1970-х, то наверняка вспомните Валерия Сырова. Несмотря на то что защитник родился в Сибири, большую часть карьеры он провел в «Карпатах», где стал настоящей легендой. В общей сложности Валерий отыграл за клуб около 8 лет и помог ему выиграть Кубок СССР (1969), а поклонникам футбола запомнился жестким и неуступчивым стоппером.
Свою карьеру Сыров завершил всего в 31 — после пары сезонов в польском клубе «Медзь». Наверняка защитник мог бы еще не один год «попылить» где-нибудь в Высшей лиге. Однако крест на его судьбе поставил один безобидный эпизод, из-за которого футболиста отправили в тюрьму.
«После «Карпат» я во второй половине 70-х немного выступал в Польше. Но в начале 1979-го получил от Эрнеста Юста приглашение вернуться обратно. «Карпатам», выступавшим в первой лиге, не хватало центрального защитника. У меня оставалось 500 долларов, и я решил в последний раз поехать в Польшу, чтобы купить дочке что-то одеться. 6 или 7 февраля это произошло. Кагэбэшники меня с этими деньгами на границе и поймали», — вспоминал Сыров.
Сейчас такой поворот событий кажется нелепым. Но тогда с обладателями валюты, решившими закупиться за границей, не церемонились.
«Тогда это было что-то страшное. Шесть лет заключения получил. В КГБ мне так и сказали: «Дурак ты. Была бы рекомендация второго секретаря обкома партии, а еще лучше — был бы сам партийным, тебя бы никто в жизни не посадил. Тем более по такой смешной статье». В то время это было «тяжелое государственное преступление». Всю жизнь себе им сломал, с женой развелся», — вспоминал Сыров.
К счастью, если можно так выразиться, из положенного срока футболист отсидел треть — спустя два года его выпустили по УДО. Да и на зоне в Дрогобыче — во Львовской области — защитника приняли очень гостеприимно.
«Я был героем зоны. Меня же там по выступлениям в «Карпатах» знали почти все. Сокамерников предупредили, кто я такой, что к чему. Все конвоиры меня знали хорошо, ведь все были поклонниками футбола. Бывало, ночью, когда все засыпали, «кормушка» открывалась и раздавался голос: «Валера, иди сюда». Меня чем-то угощали. А до того рассказывали, как себя вести, когда приду на зону, что делать», — говорил Сыров.
Более того, футболист утверждал, что на зоне он даже учил зеков жизни.
«Сидел в камере из 28 человек. Назвали как-то какую-то фамилию, и все сокамерники выстроились в две шеренги и принялись этого беднягу бить ногами. Я остался сидеть. «Что это у вас такое, ребята?» — спрашиваю. «Ты что? Это наши тюремные законы. Для того бьем, чтобы он сюда больше не возвращался», — поясняют. «Ребята, не знаю, какие у вас законы, но у меня закон один: если я уйду, то первый, кто меня ударит, получит вот эти два пальца в глаза, — спокойным тоном объясняю этим «блатным». — У меня статья от 8 до 15 лет. За то, что я тебе выколю глаза, получу до восьми лет. Так что не волнуйся, мне за тебя больше не дадут». Те стушевались, начали что-то разжевывать о «понятии». «Запомните, что, кроме ваших, есть законы человеческие, — говорю. — Вот когда вы его били, один попал этому человеку хорошо по мягкому месту. А другой — в позвоночник. Сломаете позвоночник, и человек останется инвалидом. Так хорошо вы ему сделали, что вернули его на волю калекой?» — говорил Сыров.
По словам защитника, тогда сокамерники его послушали. Однако не все оказались такими дружелюбными. Однажды Сыров болтнул лишнего и едва не погиб.
«Как-то сцепился с азербайджанцем, который отсидел уже 15 лет. Будучи молодым, я грубо высказался, а это кавказец, горячая кровь, схватил нож. Мне повезло, что он мне только немного порезал руку. Потом я азербайджанцу засадил, просто вырубил. Как очнулся, мы спокойно поговорили, я извинился, и мы стали друзьями. Он мне прямо сказал, что за те мои слова лишают жизни. «Извини, — объясняю. — У нас к этому не привыкли. Теперь понимаю», — говорил Сыров.
Защитник освободился в начале 1980-х. Но впредь играл только за любительские команды, а потом запустил тренерскую карьеру.