Добрый день, дорогие мои читатели.
Начало этой истории можно почитать здесь:
***
У Марины была мечта, которая родилась в те дни, когда она училась красиво ходить и пользоваться столовыми приборами в школе, организованной Аленой для девушек. Обстановка особняка и встречи с богатенькими кавалерами позволяли ей надеяться на красивое будущее, в котором она станет законной супругой такого же бизнесмена. По наивности своей она полагала, что вполне может оказаться на месте жены Анатолия, например. А почему бы нет? Глядя на свое отражение в зеркале, Марина отчетливо понимала очевидное превосходство перед Валентиной Суворовой. Отличная фигура, изысканные манеры, прекрасное молодое лицо, не говоря уже о возрасте, - все это давало ей фору в сто очков вперед относительно стареющих жен московских олигархов, которые до чертиков надоели своим мужьям за годы совместной жизни. Но она не собиралась отдавать все это за бесценок.
"Еще не известно, кому больше повезло! - ухмылялась она, провожая взглядом зазнавшихся девушек-эскортниц. - Они вынуждены оказывать услуги тем, кому прикажет хозяйка, не имея никакого права на вознаграждение, а я - сама себе указ. Могу выбирать, кого хочу. И главное, мужчины будут любить меня не за те гроши, которые получает Алена, а за очень большие деньги. Хочу, чтобы осыпали меня бриллиантами!"
О! Бриллианты - это была та самая ее мечта. Ночами Марина грезила о том дне, когда Анатолий преподнесет ей перстень с огромным камнем в оправе или, еще лучше, колье от Тиффани. Она представляла себе, как возьмет в руки это сокровище и будет рассматривать разноцветные искорки света, преломляющегося на отполированных драгоценных гранях. Однако, дни шли за днями, месяцы за месяцами, а подарка все не было. Суворов снял для нее квартиру в Москве, и она ни в чем не знала нужды, хорошо питалась, ходила на фитнес, с удовольствием наряжалась и ездила на собственной роскошной машине, но настоящих драгоценностей у нее не было. Ни одной! Даже хоть сколько-нибудь приличного изумрудика Анатолий ей не купил! Марина старалась изо всех сил, намекала ему, как могла, но он то ли делал вид, что не понимает, то ли просто не хотел тратить деньги на такие подарки.
Если бы рядом с ней в то время оказалась более опытная подруга, то она, наверняка, объяснила бы ей, что мужчины никогда не вкладываются в красоток, с которыми отдыхают от семейной жизни, потому что не строят долгосрочных планов на их счет. Иначе, они не сохраняли бы свой брак. Но рассказать Марине правду жизни было некому, и она бесхитростно решила, что у Суворова просто не достает денег на драгоценные подарки. И тогда девица стала искать более обеспеченного ухажера.
-Не любишь ты меня! Уйду я от тебя, - надув губки, сказала она однажды Суворову.
Его реакция оказалась неожиданной для нее, потому что Анатолий воспринял ее шутливую угрозу всерьез. Он долго молчал, с интересом разглядывая ее, и она видела, как побледнело его лицо, как нервно поджатые губы вытянулись в тонкую линию, и поняла, что он тщательно скрывает свои истинные чувства от нее, пытаясь спрятаться за маской безразличия.
-И думать забудь, - холодно произнес Суворов. - Пока я этого хочу, ты будешь только моей.
Потом он подошел к ней вплотную, взял за подбородок и поймал ее растерянный взгляд.
-Даже не шути на эту тему, - процедил сквозь зубы.
Ей послышалась неприкрытая угроза в его словах, и она не осмелилась возражать. Некоторое время Столбова довольствовалась тем, что имела, но мысль о бриллиантах не давала ей покоя.
В один прекрасный день, разгуливая по торговому центру, она, как ей показалось, совершенно случайно столкнулась с Аленой.
-Привет, красотка! - обрадовалась встрече гранд-дама. - Отлично выглядишь! Как поживаешь?
Хоть Марине и показалась странной ее манера общения, как будто они когда-то были дружны, все же она не преминула похвастаться своими успехами.
-Хорошо поживаю. Вашими молитвами, так сказать.
Она собиралась поведать о своих заграничных поездках, новых зубах, фитнесе и прочих радостях жизни, оплаченных Анатолием, но Алена не позволила ей договорить. Подхватив девушку под руку, она увлекла ее за собой.
-Пойдем, пойдем, посидим в кафешке, поболтаем за чашечкой кофе.
Марина едва поспевала за ней, то и дело сбиваясь с высоченных каблуков, а когда они вошли в гостеприимно распахнутые перед ними двери кафе, Алена практически сразу же радостно воскликнула:
-О! Эдуард Романович! Какая неожиданная встреча! Познакомьтесь, это Мариночка. Чудесная девушка, надо сказать. Красивая, образованная, на пианино умеет играть.
Она так расхваливала Марину, что та почти уже заподозрила неладное, но стоявший перед ними мужчина вдруг заговорил и отвлек ее внимание на себя.
-На пианино, говорите? - шутливо передразнил он Алену, усмехаясь в свою аккуратно подстриженную бороду. - А на рояле можете, милая барышня?
Произнося последние слова, он взял за руку новую знакомую и пригласил к столику, стоявшему невдалеке. Она почувствовала, как ее изящная маленькая ладошка утонула в его мощной пятерне, и послушно присела на указанный им стул.
-Конечно, могу, - уверенно заявила она. - Я училась этому несколько лет и даже выступала с коллективными концертами.
-Это интересно, - одобрительно кивнул он. - Осмелюсь спросить, какой жанр Вы предпочитаете более остальных?
Марина слушала его, как завороженная, не в силах оторвать взгляд от его лица. Этот мужчина был совершенно необыкновенный, он был похож на былинного богатыря, сошедшего с картины, такой же сильный и надежный, и голос его звучал раскатисто, переливался какими-то особенными бархатистыми нотками, как песня.
-Я люблю джаз, - медленно проговорила она, обдумывая каждое свое слово.
Ей отчаянно захотелось произвести на него хорошее впечатление. Нет, она не пыталась охмурить его, просто он понравился ей, не как мужчина, а как интересный собеседник.
-А Вы что любите? - поинтересовалась она.
-А я, голубушка, все больше романсы слушаю, - пробасил Эдуард Романович.
"Голубушка"! Это слово было из другого столетия, как, кажется, и он сам.
-"Не шей ты мне, матушка, красный сарафан", например. Знакомо ли Вам сие произведение? - продолжил он.
В его исполнении все эти старинные словечки и выражения звучали так гармонично, что нисколько не резали слух молоденькой девицы, и она радостно кивнула в ответ.
-Да, мы его изучали в музыкальной школе.
-Что Вы говорите? - он удивленно вскинул брови. - Что же, даже сможете напеть его?
-Конечно, - не чувствуя подвоха, подтвердила Марина.
Теперь пришел ее черед удивляться, потому что Коровин церемонно похлопал в ладоши и неожиданно сказал:
-Милости прошу!
Девица смешно округлила глаза.
-Как? Здесь?!
На что он ответил без тени смущения:
-Да. Здесь даже рояль имеется.
Эдуард Романович кивнул головой в сторону стоявшего в углу инструмента.
Очевидно, к той минуте Марина уже была совершенно очарована его харизмой, потому что повиновалась ему беспрекословно. Ей стало неважно, что подумают окружающие и куда подевалась Алена, почему этот человек с таким интересом слушает ее и просит спеть для него. Она хотела сделать это для него, жаждала его внимания и восхищения.