Моим ёлочным игрушкам исполнилось две сотни лет. Сейчас такие уже не делают — хотя бы потому, что это безумно опасно. Великолепный серебряный цвет этим шарам и шишкам придаёт ртуть. Разобьёшь хоть одну, и ядовитые пары разлетятся по комнате. Но мёртвые не боятся яда. Я развешиваю их на ветви искусственной ёлки. Встаю на цыпочки, чтобы украсить верхушку алой звездой, распутываю гирлянду. В серебристых шарах отражаются десятки огней, и книжный шкаф, и даже метель за окном. Но только не я. Первый звонок в дверь, а я даже в праздничное платье не переоделась. Конечно, это Рита. Она врывается в квартиру — как всегда, пришла слишком рано — щебечет что-то о пробках и жутком снегопаде. — Такого Нового года уже лет сто не было. Кстати, положи, пожалуйста, в холодильник. У меня в руках оказывается три пакета с кровью. Оставляю Риту в комнате, а сама быстро влезаю в платье. Подкрашиваю губы, надеваю чёрные бархатные перчатки. Я их в последний раз лет двадцать назад доставала из шкафа. Надеюсь, ник