Раннее февральское утро 2022 года. Лида лежала с открытыми глазами. Не спалось. Она была у себя дома, на Лонг Айленде. Неделю назад она вернулась, чтобы прибраться в квартире и подготовить ее к сдаче в аренду. Лида жила у Влада уже 2 года. Брак их так и не был расторгнут. Влад уже отчаялся найти спутницу жизни, которая полностью разделит его интересы, тем более, что кроме Лиды он в этой роли никого не видел, наверное поэтому все его попытки неминуемо заканчивались неудачей. А Лида подумала, что дала ему уже достаточно шансов устроить свою жизнь, и раз он до сих пор этого не сделал, то вряд ли уже сделает в будущем. Так они однажды поговорили и решили остаться вместе. Ремонт в доме был быстренько закончен с помощью бригады мексиканцев, участок приведен в порядок. Лида даже собственноручно выложила альпийскую горку, вспомнив, что когда-то от
скуки закончила курсы ландшафтного дизайна.
Лида закуталась в теплое одеяло, чтобы ещё немного поспать. Но экран телефона вспыхнул смс-кой.
“Лида, если ты не спишь - открой новости”. - прочитала она сообщение от Влада.
Самолёт медленно катился по Стамбульскому аэродрому, выруливая взлётную полосу. За окном моросил дождь. Лида рассеянно смотрела на прерывающийся мелкими каплями иллюминатор думая о своем.
Сначала вспомнила Влада. Как-то неловко они попрощались. Влад на нее обиделся.
С началом войны Лида не переставая думала о своих детях, которых воспитывал Николай. Лида не интересовалась, какие идеалы он им прививает, поскольку за время совместной жизни никаких негативных крайностей она у своего бывшего мужа не обнаружила. Тогда казалось, что дети в надёжных руках. А недавно она не удержалась и, заведя анонимный аккаунт, нашла бывшего мужа в соцсетях. То, что она вычитала в его постах повергло ее в шок. “Детей надо спасать”, - решила тогда Лида и разработала план действий. В одиночку. А Влад? Настала пора во всем признаться, подумала Лида и, выбрав тихий спокойный вечер, все ему рассказала. Лида увидела, как он поменялся в лице. Ладно бы ещё рассердился. Но в его глазах было удивление и разочарование.
- И поэтому ты не хотела со мной детей… -заключил он, - Ты почему мне сразу не сказала? Я-то думал, мы с тобой… а ты…
Он замолчал, не найдя слов.
С тех пор отношения между ними стали натянутыми и ограничивались лишь необходимыми бытовыми фразами. Лишь когда Лида сообщила ему, что купила билеты, Влад предложил поехать с ней, из соображений безопасности, но Лида запротестовала.
- Владик, мы не знаем, как будут развиваться события. Вдруг тебя не выпустят обратно?
Влад понимал, что она права, поэтому сильно не настаивал, взяв обещание, что Лида будет писать ему каждый день. Он проводил ее в аэропорт, даже обнял на прощание, но той прежней теплоты уже не было. Только теперь Лида начала осознавать, насколько он ей дорог и не дай бог он больше не сможет к ней относиться так, как раньше. Тогда… тогда даже лучше не думать о том, что будет. Ситуация ещё усугублялась тем, что перед самым отъездом Лида начала чувствовать уже знакомые но давно забытые признаки и тест, который она на всякий случай сделала - предательски показал две полоски. Поначалу Лида пришла в ужас. Когда-то она в той же ситуации совершила ошибку, поставив Николая в известность. Поразмыслив, она решила в этот раз решить проблему самой. Срок был пока маленький - от силы месяц, поэтому Лида решила заняться этим вопросом позже, когда вернётся из России. Сейчас она отгоняла от себя грустные мысли и постаралась сосредоточиться на цели своей поездки.
Предстояла встреча с ее детьми. Прошло уже 19 лет с тех пор как она их видела последний раз. Макс и Витя выросли. Какими они стали? Нашли ли себя в жизни? Лида пыталась понять, что она чувствует сейчас, думая о своих детях. Хочет ли их видеть? Познакомиться? Смешно. Два чужих, незнакомых человека, к тому же на 20 с лишним лет моложе нее. Что у них может быть общего? У двух мальчишек и взрослой женщины средних лет?
Лида прошла в свою комнату. Два молодых человека, худых и угловатых, повернули одинаковые лица в ее сторону.
- Бабушка сказала, ты хочешь нас видеть. - пояснил один из них. Кажется, это был Витя.
Лида внимательно всматривалась в лица своих сыновей. Когда-то у нее была маленькая хитрость, как их различать. У Вити на щеке было пигментное пятнышко. Еле заметное, по тону лишь слегка темнее цвета его кожи. Теперь, в силу того, что у взрослого человека цвет кожи уже не такой равномерный, как у детей, это пятно разглядеть оказалось не так просто.
- Да. Витя. Спасибо, что согласились прийди. - ответила Лида.
Мальчишки переглянулись. Но поправлять ее стали. Значит она не ошиблась.
- Ну нам, типа, стало любопытно. - продолжал Витя. - Столько лет не вспоминала о нас, а теперь наступило раскаяние?
Раскаяние? Она помнила сыновей еще карапузами, не выговаривающими ни “л” ни “р”, шабутными и капризными. Чужими они ей были ещё тогда. Они лезли к ней обниматься, при этом слюнявили ей руки, лицо, одежду и все к чему прикасались. Всегда хотелось отлепить их от себя и уйти, спрятаться. Но Лида знала, что они не поймут ее желания, им будет больно и обидно. Лида помнила боль своих собственных обид и не желала такого никому. Поэтому терпела. Когда могла - аккуратно перевешивала их на бабушек и мужа. Много раз она задавала себе вопрос - что с ней не так? Почему она не может полюбить собственных детей? И что теперь делать? Ведь продолжать эту искусственную жизнь невыносимо… Так, оглядываясь на прошлое, Лида видела только мрак и усталость. Попытки близких ей людей сделать её счастливой чуть не привели к новой катастрофе. Никто не знает, что прежде чем уйти от мужа, за ночь до этого, Лида стояла на подоконнике у раскрытого окна, глядя вниз. И, как и много лет назад, она была спокойна. Тело не била дрожь, сердце отстукивало свой привычный ритм. “Забавно, - думала Лида - шаг вперёд и назавтра все скажут, что я была душевнобольная. А шаг назад, в комнату - и я нормальный здоровый человек. А я все та же. Мало кто понимает, что это как выбор между двумя видами сыра за столом, особенно, когда ты равнодушна и к одному и ко второму, а есть больше нечего. Так какой сыр будем есть?” Тогда принятию решения помешал звук поворачивающегося в замке ключа. Николай должен был заночевать у мамы, но зачем-то вернулся. И Лида спустилась на пол и закрыла окно.
Как им все это объяснить? Да и стоит ли..
- Нет, ребята. Раскаяния не будет. - твердо произнесла она, - Не все годятся на роль матери.
Кажется, мальчишки были немного в шоке от услышанного. Но быстро взяли себя в руки.
- Бабушка была права. Ты нас никогда не любила. - Витя встал. - Пойдем, Макс. Мы зря пришли.
- Подожди. - остановил его Макс.
- Зачем ты приехала? - спросил он Лиду.
- Какая разница, пойдем отсюда.- дернул его за рукав брат.
Но Макс отмахнулся от него.
- Нет, я не уйду, пока не узнаю.
- Потому что я хочу и могу вам помочь.- ровным голосом продолжала Лида.
- А нам разве нужна помощь? - усмехнулся Витя, - не знал.
Виктор встал и пошел в прихожую.
- Может, выслушаете меня сначала? - предложила Лида, но за Витей уже захлопнулась дверь.
- Я выслушаю… мама.
- Можешь звать меня Лидой. Какая я тебе мама.
- Тебе неприятно?
- Да нет. Нормально. Просто так честнее.
- Не обижайся на Витьку. Он всегда такой.
- Я не обижаюсь.
- Так что ты хотела нам предложить?
- Проходи на кухню, я сделаю чай. Разговор долгий.
Разговор действительно был долгий. Максим вернулся к себе поздно вечером. Он снимал квартиру на окраине города, в том же районе, где и Витя. Братья часто виделись и надолго никогда не расставались. Говорят, между близнецами есть особая связь и они здесь не были исключением. С детства стояли друг за друга горой, выручали друг друга в школе, менялись местами в классе и отвечали на уроках друг за друга. Вместе с тем, характерами они отличались - Витя был лидером, он всегда знал, что делать и Макс его слушался. Папа всегда твердил о взаимовыручке, да и Макс знал, что на Витю можно положиться. Он не раз их выручал в трудных ситуациях. Но, повзрослев, Макс вдруг начал понимать, что брат не всегда прав. Иногда это становилось причиной мелких ссор, но братья быстро мирились. Вот и теперь, после разговора с Лидой Макс решил, что надо бы завтра с утра зайти к брату. Лида предложила им подтвердить американское гражданство и уехать в США. Как она объяснила, это будет не сложно сделать, так как у самой Лиды оно уже есть, а они - ее дети. И ещё Лида обещала помочь им, пока не освоятся и не встанут на ноги, сказала, что они могут жить пока в ее квартире в Нью-Йорке, которая все равно пустует. Умом Макс понимал, что надо соглашаться. Последние события не давали ему покоя. Друзья разделились на тех, кто “за” и тех, кто “против” и им с Витей многих пришлось вычеркнуть из своей компании. Люди вокруг словно сняли маски и теперь он с опаской вглядывался в лица родных и знакомых, боясь увидеть то, чего видеть не хотелось. А ещё он чувствовал, словно вокруг него начинает образовываться водоворот и он вот-вот унесет его куда-то, откуда он уже не сможет выбраться и останется только спасать собственную жизнь любыми способами.
К Вите он зашел прямо с самого утра и застал его дома.
- Нет, никуда ты не поедешь! - возмутился брат, выслушав его рассказ.
- Почему?
- Потому что я так сказал!
- А кто ты такой, чтобы мне указывать?
- Я твой брат! А вот она кто такая?
- Она мать.
- У нас нет матери.
- Теперь есть.
Витя, как это с ним обычно бывает, после того как он вспылит, смягчился, сел напротив брата и тронул его за плечо.
- Она нас в детстве не любила. Не любит и сейчас. Сама сказала, что не раскаивается.
- Любит. Она просто об этом не знает.
- А ты прям знаешь? Знаешь, что творится в ее больной голове? Она психически нездорова. Лечилась даже. Мне бабушка рассказала. Не связывайся с ней.
- Ну и пусть. Она приехала, чтобы помочь. Разве это не говорит о том, что мы ей не безразличны?
- Вчера мой сосед-пьянчуга свою входную дверь захлопнул, а ключи дома оставил. Я тоже ему помог - сходил за фомкой и замок отогнул. И это, блин, не означает, что я его люблю! С ней то же самое.
- Значит не поедешь?
- Нет.
- Может, хоть документы подашь? А ехать или не ехать решишь потом.
- Мне от Лиды ничего не нужно.
- Ну как хочешь. А я подам.
Витя поднял на него глаза.
- Она уже внесла раздор в нашу жизнь. Неужели ты не видишь?
- Раздор внесла не она.
Макс встал, чтобы уйти и у двери обернулся.
- Мы летим в Армению на следующей неделе. Здесь посольство такие услуги уже не оказывает. И я скинул тебе на электронку список документов для подачи. Звони по Скайпу, если что.