За неделю до нового 2025 г. авиация Пакистана атаковала приграничные районы соседнего Афганистана. Пакистанцы заявили, что ударам подверглись базы пакистанских талибов («Техрик-и-Талибан Пакистан» - ТТП*), обосновавшихся на афганской территории. Афганские же власти утверждают, что жертвами бомбёжек стали 50 мирных афганцев, включая женщин и детей. «Исламский Эмират [Афганистан] не оставит этот трусливый акт без ответа и считает защиту своей территории неотъемлемым правом», - написал представитель Министерства обороны Афганистана Энаятулла Ховаразами.
Через три дня афганские силы нанесли удары «по нескольким точкам» в Пакистане. Примечательно, что в сообщении из Кабула говорится об ударах «за пределами «гипотетической линии»: таким образом, Афганистан лишний раз указал на непризнание им международно признанной афгано-пакистанской границы.
После прихода Талибана к власти вооружённые столкновения между пакистанскими и афганскими войсками происходят время от времени – последняя вспышка боёв перед декабрьскими бомбёжками была в марте 2024-го.
Пакистан постоянно обвиняет афганское правительство в укрывательстве вооруженных группировок, особенно ТТП, которая, по утверждениям Исламабада, осуществляет трансграничные нападения на пакистанские силы безопасности. За несколько дней до бомбардировки боевики ТТП взяла на себя ответственность за убийство по меньшей мере 16 пакистанских солдат в Южном Вазиристане. Незадолго до этих событий в ходе брифинга Совета Безопасности ООН представитель Пакистана в очередной раз заявил, что тысячи боевиков ТТП нашли убежище в Афганистане. «ТТП, насчитывающая 6000 бойцов, является крупнейшей террористической организацией, действующей в Афганистане. Имея убежища вблизи нашей границы, она представляет прямую и ежедневную угрозу безопасности Пакистана», - заявил пакистанский дипломат Усман Икбал Джадун.
Афганский Талибан отрицает предоставление убежища вооружённым группам или использование своей территории для трансграничных нападений, но Пакистан утверждает, что ТТП проводит свои операции из афганских убежищ.
С 2022 г. активность ТТП и Армии освобождения Белуджистана (АОБ) вдоль границ с Афганистаном постоянно увеличивается. За первые 10 месяцев 2024 г. в населённой пуштунами пакистанской провинции Хайбер-Пахтунхва и Белуджистане в ходе терактов и вооружённых столкновений погибли по меньшей мере 924 человек, среди которых 570 сотрудников правоохранительных органов и 351 мирный житель.
Проблема в том, что Пакистан может сколько угодно требовать от Афганистана прекратить поддержку ТТП, а Афганистан – отрицать факт этой поддержки. Афганский Талибан* просто не в состоянии отказать ТТП в помощи. Во-первых, потому, что афганские и пакистанские талибы – практически одно целое, только первые действуют в Афганистане, а вторые – в Пакистане. Афганский Талибан был основан афганскими беженцами в Пакистане, точнее – в пакистанских религиозных школах, и с пакистанских баз начал первое наступление на Афганистан. Тогда тысячи молодых пакистанских пуштунов присоединились к Талибану, а после его победы вернулись домой, и основали ТТП. Когда афганские талибы спасались от американских бомб и дронов в Пакистане, ТТП предоставляло им помощь, а такое не забывается. Но самое главное – и афганские, и пакистанские талибы – националистические движения одного и того же народа – пуштунов, разделённых этой самой «гипотетической линией», разделяющей народ на афганскую и пакистанскую части.
Афганский Талибан отказался от «всемирного джихада» (из-за чего стал врагом Исламского государства* - глобальной джихадистской сети), и пытается строить в Афганистане национальное государство. ТТП, программа которого чисто религиозная, по сути, давно стал национальным движением пакистанских талибов: представителей других народов в его рядах либо совсем нет, либо их крайне мало.
Афгано-пакистанская граница, известная как Линия Дюранда, была проведена англичанами по результатам афгано-британских войн, и отделила формально покорившихся пуштунов (на территории современного Пакистана) от непримиримых – в Афганистане. Понятно, что сами пуштуны никогда не считали линию справедливой, и всегда чувствовали себя единым народом. В силу этого афганский Талибан и ТТП разделить невозможно, хотя у двух ветвей этого движения разные задачи (у афганской – строительство национального государства, у пакистанской – освобождение от «пакистанского ига»).
Партизанско-террористическая война в пуштунских районах Пакистана носит не джихадистский, а национальный характер, хотя и камуфлируется религиозными лозунгами. Джихад ведёт враждебное ТТП Исламское государство, хотя иногда они и заключают тактические союзы.
С 1990-х гг. пакистанские военные использовали афганских талибов в качестве инструмента воздействия на Афганистан. Поскольку пакистанцы снабжали талибов оружием и всем необходимым для ведения войны, а также потому, что Афганистан критически зависит от торговли с Пакистаном, они считали, что Талибан будет в их руках послушным орудием. Но эта концепция не учитывала рост ТТП, для которого Пакистан – главный враг. 36 миллионов пакистанских пуштунов живут беднее, чем доминирующие в стране панджабцы и синдхи, и не представлены в элите Пакистана.
В Пакистане недостаточно учитывают историю афгано-пакистанских отношений. После ухода англичан и образования независимого Пакистана пуштуны начали требовать воссоединения с афганскими соплеменниками в едином государстве. В 1960-63 гг. афганское правительство Мухаммада Дауда, родственника короля и впоследствии первого президента Афганистана, организовало несколько нападений на пакистанские территории, населённые пуштунами, которые пакистанская армия отбила с помощью авиации. В 1970-е Афганистан стал поддерживать ещё и сепаратистское движение в Белуджистане. Просоветский режим в Кабуле в 1980-х также пытался поднять пакистанских пуштунов на борьбу с Пакистаном. Так что пакистанские пуштуны изначально не лояльны этому государству, и стремятся воссоединиться с афганскими братьями.
Поэтому, несмотря на то, что без мирной границы с Пакистаном развитие и даже сколько-нибудь сносное существование Афганистана невозможно, спорадические военные действия между двумя странами будут продолжаться и впредь. Потому, что афгано-пакистанская война уже давно идёт – в виде сепаратистской (или национально-освободительной) войны пакистанских пуштунов, представленных ТТП. Как бы Кабул ни хотел мира с Пакистаном, достичь его он не сможет из-за позиции полевых командиров и рядовых членов Талибана, для которых ТТП – братская организация.
Вопрос только в том, останется ли эта война конфликтом малой интенсивности, и ограничится ли спорадическими ударами, или перерастёт в «настоящую», большую войну. Которая вполне возможна в случае перерастания партизанской деятельности ТТП в массовое восстание, подобное тому, которое организация вела в Вазиристане в 2004-20 гг. Между прочим, победить в этом конфликте пакистанская армия не смогла, и он завершился подписанием соглашения о прекращении огня при фактическом сохранении контроля ТТП над этим районом. Пуштуны восприняли итоги того конфликта как свою, хотя и не окончательную, победу, и как свидетельство слабости Исламабада. Теперь же, когда за их спиной Афганистан, а в том, что афганские власти просто обязаны им помогать, ТТП не сомневается, они способны активизировать военные действия. В этом случае у Пакистана не останется другого выхода, кроме как обрушить бомбы и ракеты на приграничные районы Афганистана – что они сейчас и делают. Если военные усилия ТТП возрастут, усилятся и удары возмездия. В этом случае в горах Пакистана и Афганистана разгорится полномасштабная война с непредсказуемыми последствиями. Пока от неё спасает то, что обе страны изо всех силы пытаются её избежать. Но нельзя сбрасывать со счетов тот факт, что третья сила – ТТП – как раз старается её всячески раздуть.
*Запрещены в РФ.