Пусть вас не смущает название данной книги известного в узких кругах автора и эссеиста. СНТ расшифровывается куда как просто – «Садовое некоммерческое товарищество». И никакой мистики здесь нет и в помине. Когда-то, чуть более полувека назад, подобные земельные наделы, выделяемые совершенно бесплатно конкретным предприятиям, учреждениям и организациям, именовались куда как более просто – «садоводство». Автор – Березин В.С. – естественным образом о данном факте вспоминает. Более того, он строит на этом практически всю повествовательную систему новой книги, которую почему-то назвал «романом». А сметливые поклонники и книжные маркетологи добавили прилагательное «дачный».
Спешу разочаровать искушенных читателей: никакой это не роман, а тридцать три рассказа, объединенных одной темой и практически единым местом действия – неким абстрактным СНТ (говоря современным языком). Правда, каждый раз в очередной новелле описание дачного поселка никоим образом не повторяет картину маслом в отношении предыдущего места действия. Меняется не только локация, но и профессиональная принадлежность некогда населенного дачниками садоводства. Одно только у В.С. Березина в книге «СНТ» остается неизменным. Их всех, несмотря на разность прежней принадлежности и истории развития, объединяет состояние заброшенности и упадка. Постоянно возникает при чтении этакое напоминание про вишневый сад и какие-то пролетарско-интеллигентные «имения» величиною в шесть соток.
Владимир Березин не просто живописует сей упадок и запустение. В этом он отдает свою творческую дань ностальгии по временам советского детства и юности. Ретро пролезает из всех щелей в заборах, описание которых встречаешь едва ли не в каждой новелле, организованной по принципу: вот как было, а вот как стало теперь. Один раз прочтешь – поностальгируешь чуть ли не до слез, второй раз – подумаешь: а, наверняка, у самого В.С. Березина (или у его родителей) был участок с летним домиком в каком-нибудь садоводстве под Москвой. А третий раз чтение схожего описания вызывает зевоту и недоуменный читательский вопрос: доколе? Ведь все уже рассказано и все написано было на предыдущих страницах сборник новелл под названием «СНТ»? Ан-нет! На четвертый раз начинаешь постигать архи-замысел прозаика-полуфантаста и лауреата многих соответствующих литературных премий.
Сей дачный антураж нужен автору, чтобы вывести своего сквозного персонажа по фамилии Раевский из зоны привычной жизни интеллектуала в мегаполисе туда, где возможно появление всякой нечисти и природных непостигаемых разумом явлений. Только Гоголь мог заставить мучиться в городе своих героев от мистики и ужасов. На природе оно как-то сподручней придумывать всякие были и небылицы. Вот и старается автор «СНТ» вовсю, не стесняясь всяческих постмодернистских приемов, начиная с тщательно выбранных и подобранных эпиграфов к каждой из новелл, и заканчивая определением их названий в круглые скобки. Это выглядит намеренным стилистическим приемом, так как с точки зрения правил синтаксиса сей знак препинания обозначает некую второстепенность смысла заключенных посреди скобок слов или фразы. То есть скобки указывают на вспомогательную функцию вербального содержания. Тогда вообще получается реникса, так как все названия ни к чему не обязывают автора последующего содержания.
Вот он и распускает собственную фантазию на все четыре сторона света. При этом даже не стремясь оправдать появление в тексте всяческой мистики, чертовщины и странных (как сказали бы сегодня, паранормальных) явлений. Причем, однократного характера. И уж никаких не связанных друг с другом. Каждый сюжет страшноват и загадочен. Но собранные под одной обложкой, в своей совокупности они создают общее впечатление чрезмерности. Будто бы решил писатель поностальгировать и вспомнить свое детство золотое, но, видимо, не то чтобы испугался, но смутился.
А по сему решил спрятаться за привычные для себя сюжетные декорации полуфантастических «штучек», которые никоим образом не объясняются и не маскируются. Ни бытовым оправданием, связанным с чрезмерным употреблением соответствующих напитков и веществ, ни ситуативной реакцией человеческого организма в формате сновидений (или гипноза). Как писал классик, все это «побасенки». Не более, но мистика из них сочится как сок из ягод, собранных на шести сотках, при подготовке к изготовлению наливки. Можно попробовать на вкус. Но злоупотреблять подобным коктейлем из мистики и ретро вряд ли следует. Все-таки реальность наших дней дарит куда как более увлекательные и драматические истории. О чем, кстати, автор «СНТ» вдруг вспоминает в заключительных новеллах и звучит это очень убедительно. Например, в новелле «Биомасса»: «Но всем было как-то не до песен. Времена стояли тревожные, и каждый без суеты прикидывал, как пойдет его жизнь. Но ее не переделать – разве что решить, купить ли лодку, плыть по течению реки или стать частью реки». Похоже, что автор «СНТ» и сам пребывает в раздумьях. И от этого стремится вспомнить прошлое и пофантазировать о настоящем. А иначе: зачем отправляться на дачу?
Cергей Ильченко