Сергей всегда был обычным человеком, не склонным к мистическим размышлениям или эзотерике. Но всё изменилось в тот день, когда он обнаружил, что стал видеть мысли других людей. Это не были обычные мысли, понятные и осмысленные. Нет, эти мысли проявлялись перед его глазами в виде ужасающих кошмарных картин — серых, искажённых, кровавых сцен, полных боли и страха. Поначалу он думал, что это просто стрессы и переутомление. Но картины становились всё ярче и чётче, и их было невозможно игнорировать.
Сергей начал замечать, что эти картины появлялись, когда он находился рядом с другими людьми. Он видел их внутренние страхи, переживания и жуткие видения, которых они сами, вероятно, не осознавали. Однажды, в магазине, он взглянул на женщину, стоявшую рядом, и перед ним возникла картина, как она стоит в лесу, окружённая чёрными птицами, которые пикируют на неё. Женщина не замечала ничего, но Сергей ощутил, как её внутренний ужас захватывает его. Он едва сдержал рвоту.
Через несколько дней эти картины стали его реальностью. Он уже не мог спокойно пройти мимо людей, не подвергаясь этому кошмару. На улице, в транспорте, на работе — он видел их мысли, как живые, кровавые сцены. Он не мог сосредоточиться, постоянно нервничал, будто был лишён контроля над собственным разумом. Люди вокруг не замечали ничего странного, но их внутренний мир, раскрывавшийся перед глазами Сергея, стал для него сущим адом. Его психика трещала по швам.
Однажды он стал свидетелем страшной картины, когда увидел в глазах старика, сидящего на скамейке в парке, всё его прошлое — все ужасы, которые он пережил, и каждый болезненный момент его жизни. Это было настолько ярко и реально, что Сергей почувствовал, как его сознание начинает терять форму. Он не мог вынести этот груз чужих переживаний, его разум будто растворялся в этих кошмарах, а окружающий мир становился всё более чуждым.
Сергей попытался обратиться к врачам, но те не могли найти объяснений. Психиатры говорили, что это просто галлюцинации, вызванные стрессом, но никто не мог объяснить, почему эти картины казались такими реальными, почему они не прекращались. Он пробовал изолироваться от людей, избегать мест, где они могли бы быть, но это не помогало. Страх перед тем, что он снова увидит эти образы, стал его повседневной реальностью.
Однажды, зайдя в старую библиотеку, он случайно наткнулся на книгу о паранормальных явлениях. В ней говорилось о том, что человек может стать жертвой так называемого "психического вампиризма" — состояния, при котором разум человека начинает поглощать мысли и переживания других людей, превращая их в кошмары. В книге также говорилось, что такие случаи могли быть связаны с древними ритуалами или проклятиями. Сергей ощутил холод по спине. Он понял, что, возможно, это проклятие, которое поглотило его, и что с ним будет всё хуже.
В поисках решения проблемы он стал искать помощи у людей, которые занимаются эзотерикой. Однажды, встретив старую женщину, она сказала ему, что видит в его глазах тьму. Она рассказала, что он стал проводником для чужих страхов и что единственный способ избавиться от этого — найти источник, который пробудил эти силы. Но все её попытки помочь сводились к тому, что каждая встреча с человеком, каждый взгляд, лишь усугублял его страдания.
Постепенно Сергей начал терять связь с реальностью. Он больше не знал, где кончаются его собственные мысли и начинаются чужие. Он чувствовал, как его разум, постепенно разрушаясь, растворяется в этих чуждых, кровавых картинах. Эти картины стали его единственной реальностью, и вскоре он сам не мог отличить, что из этого реально, а что нет. Его психика разрушалась, и он окончательно потерял способность различать, где заканчиваются его собственные переживания, а где начинаются чужие.
Последний раз его видели на улице, когда он бежал, с ужасом в глазах, в сторону старого кладбища. Когда его нашли, он не мог говорить, только выдыхал какие-то нечёткие слова. Всё, что осталось от Сергея, — это его взгляд, полный страха и боли, как если бы он всё ещё видел те кошмарные картины, которые его терзали. И кто знает, может быть, теперь они видят его, как он когда-то видел других.