Ночью почти не спала. Тревожно. Смена погоды… Но все равно встала поздно, завозилась дома и вышла чуть позже обычного. В праздничные дни метро полупустое да и в автобусе полно свободных мест. Можно было бы подремать, но я была в своих мыслях, даже забыв о том, что с собой взяла книгу, чтобы почитать в дороге.
Выходя из санпропускника, что ведет сразу в отделение, я мысленно перекрестила дорогу. Я всегда так делаю, выходя из дома… а теперь я так делаю и на работе.
Взглядом окинула доску, на которой мы фиксируем движение пациентов, количество их в отделении, вес и кислородную зависимость, опять их у меня в боксе сегодня будет 5…
На завтрак осталось 15 минут, но кушать не хотелось. Я налила воды в бутылку, подогрела кофе в микроволновке и медленно пошла во 2 бокс. Случилась ротация, и из 4 и 1 бокса я попала во 2.
4 – СРАР, 1 - ИВЛ. Бесконечная трель мониторов, перезвон капельниц, шум аппаратов, 3-и рентгена, 3-и КЩС, 4-е клиники, замена и мытье 2- ух кувезов, 5-ть раз взвесить детей, 1-а смена контура, 10-ий ингаляций, 5-ть постановок желудочного зонда, 9-ть раз переклеить пластырь на желудочной зонде, 1-н раз смена стерильной повязки на ЦВК, 22-а кормления, 7-мь раз замены датчиков ЭКГ, 56-ть записей параметров с монитора, 22-е санации ВДП, 5-ть санаций трахеи, 6-ть раз замены фильтров на аппаратах, 7-мь замен воды для бань. Это лишь то, что я сделала, работая с детьми, не учитывая работу за компьютером, заполнение таблиц, шкафов и ящиков с расходным материалом, (который собирается в бокс для работы следующей смены из всех помещений, что раскиданы по всему отделению).
В 8:25 я сдала смену медицинской сестре и выдохнула. «Света, если что, звони. Но помни… на звонок я не отвечу!» - мы обе расхохотались, и я покинула свой пост. Очень хотелось кушать. Очень болела спина, кожа на руках потрескалась и местами проступила кровь. Обычный крем для рук к концу смены уже не работал. Глаза зудели, мысли путались, движения были чуть заторможены.
Стоя под горячим душем дома, я плакала. От усталости, от дискомфорта в теле и от той мысли что пришла в одну секунду, крепко осев в моем сознании. Но мне не было страшно.
Через двое суток я снова дежурила. И в свободную минуту, оставив ординатора в боксе следить за ситуацией и реагировать на звуковые тревоги, я писала заявление в кабинете старшей сестры. На имя Проценко Д. Н. по собственному желанию и без сожаления.