Старушка перебирала своими ослабевшими, дряхлыми руками, хмурилась и скрипела ещё весьма острыми для её немощи зубами, - Вот, старость не радость! Она старательно прятала в корзинке небольшое искрящееся стёклышко, больше похожее на кусочек льдинки или даже зеркала. - Подумаешь, важность какая! - ворчала она, поглядывая в окно на небо. Небо было подозрительно ровным и безмятежным, как туго натянутая простыня и, казалось, равнодушнее его нет на целом свете. Стук в дверь прервал ворчание старушки, заставив её суетливо задвинуть в сторону корзинку с неряшливыми мотками шерстяных ниток, - Войдите! - прошипела она гостям и, натянув черный капюшон поглубже на абсолютно лысую голову, напустила на себя самый трогательный вид. В дверь протиснулись две любопытные мордашки, потом показались совершенно разные крылья. С одного сыпались белые искорки пуха, с другого темные капли огня. Дракон и Ангел. Чумазые от копоти адских сковородок подземелья, где вдоволь наигрались с трехголовыми церберами Люсика, они всякий раз, по дороге к Старому Маяку, забегали к этой одинокой старушке. Поводы разные случались - чаю попить, мокрые носки высушить, да послушать диковинные истории. - Отец, небось, опять не знает, что вы сюда приблудились, шалопаи окаяннаи! - старушка нарочито поклацала зубами и захихикала как девчонка. Ангел с Драконом закатились ответным смехом и придвинулись ближе огню в печи. В маленькой комнате поплыл аромат трав, ягод и новых историй о странных существах, которых маленькие Ангел и Дракон ещё никогда не видели - о людях и их чувствах. - Расскажи, бабушка, как ты украла любовь у людей? - затаив дыхание прошептал Ангел. - И зачем ты это сделала? - добавил Дракон. - Они её разучились дарить, - сварливо подбоченившись ответила старушка. - Стали просить! Просить любовь взамен! Ваш отец их научил вначале правильно - стань дающим. Люби безусловно. А они ж наоборот! Полюбили и ждут в ответ не меньше, подсчитывают себе потихоньку, а вдруг обратно меньше любят! А это не любовь, это сделка. А сколько было разорившихся... - старушка закатила глаза на самую макушку лысой головы и застыла в наслаждении воспоминанием.
- И что дальше? Догадались, что ты украла? - заёрзала на лавках в нетерпении Алхимикова детвора. - Не знаю, мне не важно, - пожала плечами старушка, - Я забирала разорившиеся на этих сделках души, им жизнь была ни к чему. Сами меня звали как спасение. - И что, у разорившихся не было шансов? - уточнил Дракон - Почему? Всегда есть шанс. Подари любовь безусловно и она возвратится сама. А я участвую исключительно в сделках, увы!
Ангел и Дракон шумно прихлебывали из блюдечек чай с молоком. - А что это у тебя блестит в корзинке? - прищурился вдруг Ангел. - Да где???! - засуетилась старушка, ногой отодвигая подальше за кресло корзинку. - Да вот же! Я вижу! - замахал крыльями Ангел и потащил за собой Дракона, - Ты видишь тоже?! Они разворошили в корзинке старую, жухлую пряжу и, под виноватым взглядом старушки, извлекли на свет зеркальную льдинку, рассыпавшую по темным, сумрачным углам избушки лучики света. Старушка сморщилась, - Это Надежда. По утру у людей украла. Дракон и Ангел в восхищении замерли, любуясь отражением в льдинке. Голоса их чуть затихли, переходя в мягкий шёпот, на чумазых мордашках расплывались улыбки. Старушка озадаченно разглядывала шалопаев, потом решительно отобрала осколок и спрятала в чёрном балахоне, - А ну, брысь домой! Сейчас отца позову! Ангел с Драконом переглянулись, наспех обняли старушку и шмыгнули в дверь, бранно взвизгнувшую скрипом петель им вслед. Старушка устало опустилась в старое кресло в потёртый цветочек, стянула капюшон с лысой головы, - И чего это они так разулыбались от надежды? - спросила она в пустоту. - Потому, что надежда зеркальна счастью, - раздался вдруг голос Алхимика, - Но откуда, тебе, Смерти, о том знать, не правда ли? Старушка привычно закатила глаза на макушку лысой головы. В отличие от воспитанных племянников, братец Алхимик никогда не утруждал себя тем, что б приходить в её дом, через двери. - Да что такого в этой Надежде? Для чего ты дал её людям? Любви им мало, что - ли? - фыркнула Смерть. - Надежда - это то, что может унять любую боль. Да и от тебя защитит. - То есть как это, защитит? - рассмеялась она и покачала перед его носом косой, - Смотри какой у меня набор, от маленькой, вырезающей душу и сердце, до самой острой - для большой Жатвы! А что может против этого твоя дурацкая Надежда? Это не любовь даже! - Надежда это отражение счастья, терпеливо повторил Алхимик, - Представь, что в этом зеркальном осколке собственной души у каждого накоплены маленькие, не имеющие цены "не вещи". Ласковое слово матери, ободряющая улыбка друга, объятия любимого человека. То, что отдано тебе просто так, не взамен. И если вдруг стало больно, страшно или отчаянно устало - всмотрись! И увидишь что счастье есть. Оно здесь. В тебе самом. А значит есть надежда. Так просто? - удивилась Смерть, - Сейчас проверим! - Она пошарила в складках своего балахона и растерянно замерла, вывернув пустые карманы. - Аааа, - протянул ухмыльнувшись Алхимик, - ну, это же дети! *** Дракон протянул зеркальный осколок Алхимику, - Почему в нём все видят обычное, а я нечто странное? - Однажды придёт Время и тогда ты решишь, что все кончено. Это и будет начало. Такова надежда Дракона.