Когда не спиться, то, странная вещь, первое воспоминание приходящее на ум (да ум ли это?, большой вопрос) это воспоминание детства, воспоминание зимы, снега, холодов, когда было отчего-то тепло, может быть от того, что гулял в каракулевой шубейке, справленной матушкой? Причём она норовила меня закутать оренбургским платком, повязанным поверх шапки и перевязанным крест-накрест на спине.
Шубка и платок – когда-то ненавистные, а теперь чудные приметы детства. Катание с ледяной, кем-то заботливо залитой горки, которая оканчивалась точно в воротах школы, школы, в которую пошёл через пару лет. Какая ирония судьбы!
Катаясь на картонке, да и на заднице в этой шубейке, могли я тогда думать, что вкачусь в эту самую школу на целых восемь лет?
Ну а пока матушка снимает с меня эту каракулевую шубку, отдирает от неё сосульки, которых просто немеряно, вешает её на просушку и даёт мне то, самое любимое!, мороженное, мороженное, которым она для меня называла глазированные сырки.
И ведь уплетал их за милую душу, не считая это обманом!
У матушки в те годы был лишь один выходной и этот выходной она «тратила», хотя это слово мне не нравится, но другого подобрать не могу, извините, на то, чтобы мы пошли на Яузу покормить уток.
Яуза тогда, как и сейчас, совсем не замерзала, а в районе Сельскохозяйственной улицы были красильни, которые регулярно сливали в реку цветной и горячий кипяток.
Однако речь то не о цветном кипятке сливаемом в Яузу реку, а о гулянье вдоль этой реки много лет назад. Матушка покупала батон белого хлеба за 13 копеек (не булки!, как говорят Ленинградцы!) и мы шли на Яузу к акведуку (акведук надо наименовать с большой буквы – Акведук!), где кормили уток, а они всегда там были!, даже в этой сизо-красной воде от красилен.
И ведь что странно – живу немного в другом месте, но также недалеко от Яузы и Акведука, и так же хожу кормить уток, покупая батоны белого хлеба, правда без каракулевой шубки, чего очень жаль – не шубки, само собой, а ушедшей матушки и жены, которая тоже обожала этих уток под Акведуком.
Но первой ушла дивная каракулевая шубейка, хотя я её помню, но её то мне совсем не жаль, в отличии от тех любимых людей у Акведука,
P.S. Но шубейка была настолько хороша, что пара зим с ежедневным и неоднократным скатыванием с гор её ни фига не повредили и отчим(ну это совершенно другая история) соорудил (золотые руки!) из неё себе «пирожок», как у членов политбюро на мавзолее.
P.P.S. Кстати, а Вы имели в детстве подобную шубку, шубейку, тулупчик и проч?
Автор: