Детский сад, в который ходил Алеша, был, на первый взгляд, самым обыкновенным заведением и все тут было, как и в других детских садиках - дворик для прогулок с песочницами, тенистыми беседками и пестрыми цветочными клумбочками, неизменные молочные кашки на завтрак ребятни, волнительные утренники и прочее, прочее… Но было именно в этом детском садике и нечто очень примечательное, а именно - персонал.
Точнее говоря, в нем работали две весьма примечательные личности. Первая была той самой нянечкой, воспитательницей, которой Алеша чуть было не подарил драгоценное колье. Эта женщина, она всегда говорила, что и до ста лет бы заботилась о ребятишках, ее обожали и коллеги и родители карапузов! Но, увы - ее вынудили уволиться проблемы со здоровьем, навалившиеся аккуратно вместе с наступлением пенсионного возраста.
Вторую же личность звали Клавдия и ей до пенсии было еще далеко - ей всего тридцать четыре года было сейчас, из которых уже больше десяти - она отдала этому вот детскому саду. В него же, между прочим, ходили ее собственные детишки - очаровательные, точно фарфоровые куколки, близняшки Анюта и Вика в возрасте пяти годиков.
Но не это делало Клавдию примечательной, а то - как она относилась к своей работе… А если говорить совсем точнее, то она не просто работала тут, она - просто жила своим делом! Клаве вечно нужно было сунуть нос везде, гораздо дальше, чем диктовали ее прямые обязанности!
К примеру, ей ничего не следовало заглянуть на кухню и строго спросить с поваров.
— Кашу с комочками невозможно есть же! — размахивала руками Клава, — вот вы наварите, а у меня потом будут спрашивать, чего это дети тощают! Вы что творите-то? Неужели нельзя сделать вкусно?!
Именно стараниями Клавы директор детского сада отдала распоряжение устроить на его территории маленький огородик, где ребята выращивали морковь, редиску и даже тыквы, а потом - все это продавали на импровизированной мини-фермерской ярмарке своим же родителям!
Клава гоняла дворника - чтобы он выкашивал крапиву и лучше посыпал зимой дорожки песком, Клава постоянно пеклась о том, чтобы в детском саду было побольше новых развивающих игрушек… Но и этого ей было мало!
— Папаша, ну, кто же так шарфик повязывает? — могла она запросто подлететь к какому-нибудь родителю, когда он приходил забирать свое чадо, — давайте покажу, как правильно! А то у в вас или задохнется или простынет!
Клавдия обожала долгие, подробные разговоры с родителями ребят о том, как им живется и щедро раздавала житейские и порой - по-своему мудрые советы! И кроме того, был у Клавы еще один пунктик, заключавшийся в том, что она терпеть не могла, ну, просто не выносила, если с детьми плохо обращались, хоть маленько строжились на них, ругали их! И она, если становилась свидетелем подобного, то всегда заступалась за маленьких своих подопечных и до того мастерски, так сказать, прорабатывала их родителей, что они нередко задумывались о многом и даже менялись к лучшему…
Но был один, так сказать, в поле зрения Клавы человек, который не давал ей покоя по-настоящему. И это был отец Алеши!
Началось же их, так сказать, противостояние, несколько месяцев назад, когда Степан вместо заболевшей гриппом жены пошел забирать сынишку из садика. Он тогда - был навеселе и это Клаве очень не понравилось.
— Может быть, вы кому-то из родственников еще позвоните и он помогут вам, заберут ребенка? — кружилась вокруг пьяненького Степана Клавдия с тревогой глядя на Алешу, которому тоже совсем не нравилось это - такой вот папа.
— Ты не лезь вообще, — икнул и отмахнулся от нее Степан, — своего мужика пилить будешь!
— Мужчина! Да вы совсем обнаглели?! — ахнула Клавдия и преградила ему дорогу, — да вас же шатает! Да вы же ребенка потеряете!
— Не твое дело, — уже более раздраженно отмахнулся от нее Степан.
А потом… В общем, Клавдия, когда он уже посадил на санки сынишку и повез их за собой, а потом - перевернул их нечаянно в сугроб, решительно вдруг сказала, что раз он такой безответственный… То она пойдет с ним и проводит!
И вот, все время, пока они шли до дому, Клавдия говорила. Точнее говоря - она словесно, хлестко воспитывала Степана! И казалось бы, ну, а что такого? В том смысле, что он как взрослый и далеко не восприимчивый к чужим словам мужик, мог бы ей вполне еще разок сказать - мол, отвали, я тебя слушать не намерен, ты мне никто, не лезь не в свое дело! Вот только Борис вскоре понял, что не может так ее осадить, потому что…
Ну, во-первых, Клава, так уж волею случая вышло, но по стилю общения очень напоминала ему родную мать! Вот, прямо все словечки были как будто ее! И так уж вышло, что Степан, он с детства был… Ну, мягко говоря, очень восприимчив к тому, что мама ему говорила! Боялся он ее… Очень! И на подсознательном, каком-то инстинктивном уровне сейчас ему стало очень неуютно рядом с Клавдией. А потом она кое-чего добавила такого, что он вообще подпрыгнул аж и выпучил глаза!
Просто в какой-то момент Клава стала интересоваться - а кем вы, Степан, мол, работаете, да откуда вы родом и потом вдруг раз - и выяснилось, что Клава - знакома с мамой Степана и более того - что она, мать Степана, приходится хорошей подругой ее матери, которая в том же городе живет!
— Ага! — воскликнула торжествующе Клава и перегородив дорогу Степану, погрозила ему пальцем, — а мама твоя знает, что ты в рейсах напиваешься? Ну, надо же, как интересно получается! Люба-то мне все рассказывала, а я думала - вот же безобразие! Ну ка, колись - мать твоя про это знает? А может, пора ей рассказать?!
— Клавдия, вы чего? — опешил Степан и вдруг почувствовал себя маленьким мальчиком, про проступки которого грозят рассказать его родителям, — вы чего несете?! — попытался сурово нахмуриться он, — это вас вообще не касается! Мои взаимоотношения с родителями…
И вообще-то, мать была в курсе проблем Степана, но он ей давно уже врал, что у него все нормально, а еще он знал точно, что жена не станет на него жаловаться - у Любы со свекровью натянутые отношения были и кроме того, Степан мог бы сказать, что она врет и мама бы поверила ему, а не невестке, которую с самого начала не особо одобряла! Теперь же… Ну, Степан очень живо представил, какую взбучку задаст ему мать, узнав, что он позорится так - ходит пьяным по магазинам возле дома, да в детских сад за сыном приходил. Мать, кстати, уже не раз велела Степану завязывать и требовала даже закодироваться!
— Вон, твой отец почти двадцать лет назад так сделал и еще ни разу не пожалел, — говорила она.
Степан же упрямился - повторял, мол, нету у него никаких проблем и все тут! Теперь же… Ну, он понимал - эта самая Клавдия, раз она с его женой знается и та ей вечно жалуется, а она, то есть Клавдия, только сейчас сообразила, что муж ее подружки, это сын подруги ее матери… В общем, картина вырисовывалась пугающая!
И не то, чтобы Степан вознамерился исправиться под влиянием Клавы в итоге, но… Совсем на краткое время после того знакомства с нею он вел себя иначе. Да так, что даже Люба удивилась переменам - надо же, муж извинился за то, что приехал без подарков из рейса и дал ей денег.
— На, — сказал он, — ты вроде сапоги себе новые хотела взять… Купи! И цветов там еще возьми или конфет шоколадных…
А потом как-то раз Клава пришла в гости к Степану. То есть, формально она пришла к Любе - потому что она были, оказывается, неплохими такими подругами! Но Степан тоже был усажен за стол. И сидел, обливаясь холодным потом и пряниками давился… И казалось ему, что эта Клавка - видит его насквозь!
И уже позже, оглядываясь назад, Степан все гадал - да что же такого с ним творит эта Клава? И только потом уже догадался - все-таки она была копией его матери в юные ее годы! Причем, как внешне присутствовало некоторое сходство, так и в стиле речи, хлестких фирменных словечках, интонации оно было…
И вот теперь, в самый, так сказать, неожиданный и неподходящий момент, Клава ворвалась в его квартиру и кажется, готова была применить самые жесткие меры!
— За что?! — взвыл Степан и аж рукой прикрылся - потому что сумочка дамская взметнулась в воздух.
Но Клава только замахнулась, не стукнула… Зато - у нее хватило духу, чтобы окатить его таким потоком брани, какой он не слышал и от замшелых бывалых коллег-дальнобойщиков!
— Нет, это же надо быть таким! — прищуривалась, качала головой Клава, — жена ему все, а он ее - в беде кинул!
— Да что ты говоришь-то? — пробормотал Степан.
И тогда Клавдия ему объяснила… Ох, как она ему объяснила!
А дело было все в том, что Клавдия, так-то ехавшая на рынок за ребрышками говяжьими, встретила в автобусе Любу с ребенком. А еще при Любе были сумки. И нервный срыв на грани! В общем, Люба до дома своего не доехала - разревелась в автобусе и пересказала Клаве все то, что пережила за пару дней (а автобус, между прочим, до того с интересом слушал сию историю, что парочка пассажиров аж остановки свои пропустили!).
— Поверить не могу, — в конце рассказа уже обессилено шмыгала носом Люба, — у меня же своя квартира была! От родителей осталась же… А я? Ради свекров, чтоб им дачу построить, продала ее! Хорошая вышла дача, на два этажа, с бассейном и теплицей! Подарок к юбилею… А они что? Нас туда и не зовут отдыхать… Мужу еще машину купила! Иномарку! Черную видите ли хотел, крутую! Разбил… И что? А мне-то какая польза от всего этого? А теперь вот, — махнула она обреченно рукой, — считай и вернуться некуда… То есть, есть куда! А только как мне там теперь жить-то, а?
Клавдия не могла позволить себе оставить подругу без помощи в трудное такое время! И предложила ей поехать к себе.
— Спасибо, — с теплой благодарностью ответила Люба, — но мне как-то неудобно… Будем тебя стеснять в однушке-то!
Клавдия же на это ответила, что это бывший муженек, пока с нею жил на ее жилплощади, да ел-пил (причем пил отнюдь не воду!) за ее счет, вот он тогда стеснял, а лучшая подруга, волею судьбы очутившаяся в бедственном положении, стеснять не может ни в коем случае!
— Как он, кстати, не звонит, приехать навестить не хочет? — спросила Люба о бывшем Клава.
— Как сквозь землю провалился к счастью с последней встречи! — со смехом ответила Клава.
Любе оставалось только покачать головой - она искренне сочувствовала подруге, что у нее все так сложилось в личной жизни! Клава была ведь хорошей женщиной, но встретился ей на пути Николай - так себе мужичонка, который ее просто обманул. Оказалось, что не нужна ему семейная жизнь! И тогда он поступил хитро и подло - сказал, что поехал на Север на заработки… А потом выяснилось, что куда-то в Сибирь вообще умотал и там сошелся с какой-то женщиной, работает едва ли и много пьет…
— Я передумал, я тебя не люблю! — сказал он визгливо и даже с непонятной претензией за что-то Клаве по телефону, — дочкам передай, — добавил он, икая пьяно, — их я люблю… Отец же все-таки!
Но этот так называемый отец, однако, не высылал алиментов и даже с Днем рождения девочек ни разу не поздравил. Клавдия, между прочим, уже и развестись с ним успела…
— Ты зачем тут? — спросил Степан, когда Клава ему сообщила, что приютила подругу и ее сына, — да я так-то не против, — добавил он, — пусть возвращается! Ее дом тоже… Ну, повздорили малость! С кем не бывает…
— Уж к счастью, — хохотнула Клава, — мало на свете таких мужей, как ты! За чем я приехала? Ну, чтобы оставшиеся вещи ее собрать, — развела она руками, — видимо, Люба у меня надолго останется!
— Погоди, — глаза Степана нервно бегали, — да что так-то сразу? Ну, не надо… Родные же люди! Чего так-то… Ну, всякое в жизни бывает! Понимать же надо…
— Вот! Во-о-от! — протянула торжествующе Клава, качая пальцем у него перед носом, — вот ты и понимай! А как поймешь чего-нибудь, так можешь… Попробовать с нею поговорить. Но! Если твои речи окажутся неубедительными, то знаешь, что я сделаю, а? — прищурилась она опасно.
— Да ну тебя! — попытался храбро ответить Степан, — нашлась еще защитница, надо же! Это моя жена… И мы как-нибудь сами разберемся!
Клавдия хмыкнула и вышла из кухни. Степан же плюхнулся за стол, обхватил голову руками и тяжело вздохнул… Ничегошеньки он не понимал! И опохмелиться страсть как хотелось… И грызло странное такое чувство, прежде ему как бы практически и незнакомое… Сожаление? Чувство вины?!
В соседних комнатах Клава, судя по всему, переговаривалась с Любой - та говорила, какие вещи ее забирать. Потом Клава зашуршала в коридоре, она собиралась уходить. А потом, ровно в тот момент, как она открыла дверь, вдруг раздался до боли, как говорится, знакомый Степану голос.
— Люба дома?! — это был Александр.
Ещё больше историй здесь
Как подключить Премиум
Интересно Ваше мнение, делитесь своими историями, а лучшее поощрение лайк и подписка.