Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Еще один книголюб

С неба упали три яблока

Абгарян я полюбила с ее "Манюни". Для меня её книги стали автопокупаемыми, так как они приносят в сердце тепло и желание жить. Пока все начинают публиковать отзывы о новых книгах, прочитанных в 2025 году, черепашка расскажет вам о книге, которой я завершила 2024 читательский год 😉 «С неба упали три яблока. Одно тому, кто видел, другое тому, кто рассказал, а третье тому, кто слушал» - именно этими словами заканчиваются многие армянские сказки. Честно говоря, я этого не знала; поэтому случайно прочитать что-то сказочное под Новый Год вышло особенно приятно. В общем, что сказать, эти яблоки оказались очень вкусными! Это сага о жителях горной деревушки Маран. Деревушка очень особенная, какая-то эфемерная, живущие там люди не стремятся контактировать с внешним миром, хотя в книге и упоминается и война, и голод, и землетрясение. Начало меня немного испугало. Я приготовилась к уютному чтению, а тут... 58-летняя Анатолия Севоянц, обнаружив недомогание и кровотечение, собралась умереть и по
Оглавление

Абгарян я полюбила с ее "Манюни". Для меня её книги стали автопокупаемыми, так как они приносят в сердце тепло и желание жить.

Пока все начинают публиковать отзывы о новых книгах, прочитанных в 2025 году, черепашка расскажет вам о книге, которой я завершила 2024 читательский год 😉

«С неба упали три яблока. Одно тому, кто видел, другое тому, кто рассказал, а третье тому, кто слушал» - именно этими словами заканчиваются многие армянские сказки. Честно говоря, я этого не знала; поэтому случайно прочитать что-то сказочное под Новый Год вышло особенно приятно.

В общем, что сказать, эти яблоки оказались очень вкусными!

О сюжете

Это сага о жителях горной деревушки Маран. Деревушка очень особенная, какая-то эфемерная, живущие там люди не стремятся контактировать с внешним миром, хотя в книге и упоминается и война, и голод, и землетрясение.

Начало меня немного испугало. Я приготовилась к уютному чтению, а тут...

58-летняя Анатолия Севоянц, обнаружив недомогание и кровотечение, собралась умереть и подготавливается ко всей процедуре со всей скрупулезностью.

Перед тем как отойти в мир иной, она тщательно полила огород и насыпала курам корму с запасом – мало ли когда соседи обнаружат ее бездыханное тело, не ходить же птице некормленой. Далее откинула крышки стоящих под водосточными желобами дождевых бочек – на случай внезапной грозы, чтобы льющими сверху потоками воды не смывало фундамент дома. Потом она пошарила по кухонным полкам, собрала все недоеденные припасы – плошки со сливочным маслом, сыром и медом, краюху хлеба и половину отварной курицы – и отнесла в прохладный погреб. Вытащила из шифоньера «смёртное»: глухое шерстяное платье с белым кружевным воротничком, длинный передник с вышитыми гладью карманами, туфли на плоской подошве, вязаные гулпа1 (всю жизнь мерзли ноги), тщательно простиранное и выглаженное нижнее белье, а также прабабушкины четки с серебряным крестиком – Ясаман догадается вложить их ей в руку.

Честно говоря, не люблю, когда книги начинаются с похорон, но тут слава богу обошлось, подготавливающаяся не умрет на протяжении всего повествования. Более того, с ней произойдут разные чудеса.

Чтобы лучше понять, что за человек эта Анатолия, мы окунемся в ее непростое прошлое. Страшную историю нам поведает автор, но таким образным языком со столькими деталями самобытности, что всё плохое сразу как-то отступит на второй план перед силой характера героев и всей красоты самой жизни.

Картина из музея Ованеса Туманяна, организовавшего фестиваль сказок, который так и назывался: «С неба упали три яблока».  Три яблока: иллюстрация. Фото: a1plus.am
Картина из музея Ованеса Туманяна, организовавшего фестиваль сказок, который так и назывался: «С неба упали три яблока». Три яблока: иллюстрация. Фото: a1plus.am

Не могу не привести здесь много цитат, потому что нельзя скрывать такие строки

Единственной отдушиной в ее беспросветных буднях стало чтение. Первые годы, когда библиотека совсем пустовала, она предавалась любимому занятию все рабочее время напролет. Понемногу, благодаря наитию и врожденному вкусу, научилась отличать хорошую литературу от плохой, влюбилась в классиков — русских и французских, но графа Толстого возненавидела безоговорочно и навсегда — сразу после прочтения «Анны Карениной». Вычислив в его отношении к героиням нестерпимое бездушие и высокомерие, она записала графа в самодуры и деспоты и убрала толстенные тома его книг подальше от глаз — чтобы меньше расстраиваться. Доведенная издевательствами мужа до крайней степени отчаяния, мириться с такой несправедливостью еще и на книжных страницах она не намеревалась.
В свободное от чтения время Анатолия наводила в библиотеке уют и красоту: завесила окна легкими ситцевыми шторами – в половину длины, чтобы не лишать растения солнечного света, притащила из дому палас и постелила его вдоль обвешанной портретами писателей стены, а неудобные сиденья деревянных лавок украсила веселенькими подушками, которые сама же и сшила из разноцветных лоскутов.
Библиотека теперь напоминала ухоженную оранжерею-читальню – все подоконники и проходы между полками были обставлены кувшинами и горшками с растениями, Анатолия перевезла из бывшего имения Аршака-бека (ныне заколоченного и забытого Дома культуры) восемь тяжелых псевдоантичных вазонов и развела в них чайные розы, душистую козью жимолость и горные лилии. Розы цвели невпопад и пахли так, что приманивали своим ароматом пчел, те залетали в открытые форточки и, ненадолго заблудившись в складках ситцевых штор, безошибочно находили дорогу к растениям. Собрав цветочную пыльцу, они улетали обратно, чтобы вернуться вновь.

Больше я о сюжете не хочу рассказывать, считаю, что книгу нужно читать и наслаждаться этим великолепным языком и добротой, которую автор дарит.

Дополнительные плюсы

Основные я уже перечислила - это жажда жизни, просыпающаяся то ли от слога автора, то ли от манеры подачи. Вездесущий юмор, от него автор не уходит видимо ни в каких жанровых вариациях. И тем не менее автор бывает очень разным:

"Манюня" - душещипательная ностальгия по детству с невероятным юмором;

"Понаехавшая" - автофикшн про 90-ые. Уже на любителя, но я как раз из таких;

А эти яблоки... это еще круче, потому что тут не очень большое и давящее, но всё же явное вкрапление магического реализма, именно в той дозировке, от которой всё превращается не в сюр, а в сказку.

Браво Наринэ!

Мой книговик лепится потихоньку)

Благодаря Юле (канал Ветер в книгах) запущен чудесный челлендж по лепке книговиков.
Благодаря Юле (канал Ветер в книгах) запущен чудесный челлендж по лепке книговиков.

Всех с Рождеством!

И еще пару цитат напоследок:

Каждое испытание отводит одну беду. Считай, откупилась от чего-то нехорошего.
Жизнь лишается смысла в тот самый миг, когда человек прекращает приносить пользу окружающим.