— Нет, ты только представь! — Алина в сердцах бросила телефон на диван. — Она хочет, чтобы мы скинулись на новогодний стол! У неё совсем крыша поехала?
Сергей, привыкший к эмоциональным всплескам жены, спокойно отхлебнул кофе из любимой кружки. За окном падал декабрьский снег, превращая московский двор в сказочную открытку. До Нового года оставалось чуть больше недели, и казалось, что праздничное настроение витало в воздухе. Но только не в их квартире.
— Милая, а что в этом такого? — осторожно поинтересовался он. — Рита берёт на себя всю организацию...
— Что в этом такого?! — Алина резко развернулась, её каштановые волосы взметнулись как от порыва ветра. — Серёж, ты вообще слышишь себя? Твоя сестра приглашает нас в гости и просит ЗАПЛАТИТЬ за это!
Она нервно забарабанила пальцами по столешнице. Сергей знал этот жест — жена была не просто раздражена, она была в бешенстве.
— Слушай, — он попытался говорить максимально рассудительно, — времена сейчас непростые. Продукты дорогие, готовить на такую ораву...
— Ах, времена непростые! — перебила Алина. — А когда твоя драгоценная сестрица купила новую машину месяц назад, времена были проще? Или когда они с мужем на море катались этим летом?
Сергей поморщился. Он ненавидел, когда жена начинала считать чужие деньги. Но Алина уже вошла в раж:
— И ты знаешь, что самое смешное? Она прислала СМЕТУ! Представляешь? Расписала всё до копейки! Даже огурцы со своего огорода включила, представляешь?!
— Может, она просто хочет быть честной и прозрачной...
— Честной?! — Алина издала короткий истеричный смешок. — Серёж, ты как маленький, честное слово! Она просто хочет на нас нажиться. Всегда такой была — всё в деньги превращает.
Сергей устало потёр переносицу. Конфликт между женой и сестрой тлел давно, с самой свадьбы, когда Рита посмела предложить молодожёнам скинуться на свадебного фотографа. Алина тогда едва не отменила торжество, и только вмешательство матери спасло ситуацию.
— А ты не думала, — осторожно начал он, — что может, Рите просто удобнее всё организовать самой? Чтобы не было, как в прошлом году, когда все принесли салаты, а горячего не было?
— О, теперь ты ещё и оправдываешь её! — Алина всплеснула руками. — Прекрасно! Просто замечательно! Знаешь что? Я не пойду. И точка.
— Алин...
— Нет, Серёж. Я не собираюсь платить за то, чтобы поесть у твоей сестры. Это... это унизительно! Мы что, в ресторан идём?
В этот момент телефон Алины звякнул новым сообщением. Она схватила его, пробежала глазами по экрану и победно ухмыльнулась:
— Ага! Лиза тоже считает, что это странная идея!
Сергей мысленно выругался. Лиза — их двоюродная сестра — славилась умением говорить людям то, что они хотят услышать. Наверняка она точно так же поддакивала Рите пять минут назад.
— Дорогая, — он встал и подошёл к жене, попытался обнять её за плечи, но она дёрнулась, уходя от прикосновения. — Давай посмотрим на ЭТО с другой стороны. Рита предлагает скинуться всем поровну. Это справедливо. Она берёт на себя всю готовку, уборку, сервировку...
— Справедливо?! — Алина снова повысила голос. — Справедливо было бы каждому принести своё блюдо! Как делают нормальные люди! А не устраивать... коммерческое предприятие из семейного праздника!
Она упала на диван и закрыла лицо руками:
— Господи, как же меня это всё достало... Вечно твоя сестра что-нибудь придумает...
Сергей присел рядом, осторожно положил руку ей на колено:
— Милая, может, нам стоит просто...
— Нет! — она резко встала. — Я ей сейчас прямо напишу, что я об этом думаю!
— Алина, не надо...
Но было поздно. Пальцы жены уже летали над экраном телефона, набирая сообщение. Сергей мысленно приготовился к грядущей буре. Он знал свою сестру — Рита не оставит это просто так.
В другом конце города Рита как раз составляла список покупок к празднику, когда её телефон взорвался гневным сообщением от невестки. Она усмехнулась, показала экран мужу:
— Ну что, Паш? Я же говорила, что наша принцесса не выдержит.
Павел покачал головой:
— Рит, может, не стоило...
— Стоило, — отрезала она. — Пусть знает, что не всё в этой жизни достаётся даром. Думаешь, мне приятно каждый раз слышать её шпильки про то, как мы деньги считаем?
Она отбросила ручку и откинулась на спинку стула:
— Знаешь, что она на дне рождения мамы сказала? "Ой, Рита, какое у тебя платье красивое! Наверное, на распродаже купила?" Представляешь?
— Ну, может, она не хотела...
— Хотела, Паш, именно хотела! — Рита раздражённо постучала ногтями по столу. — Она всегда так: улыбается, а сама... Думает, что если она у нас такая бессеребреница, то может всех поучать.
Она взяла телефон и начала печатать ответ:
— Вот пусть теперь решает: или по моим правилам, или пусть сидит дома.
Павел только вздохнул. Он давно уже понял, что спорить с женой в таких вопросах бесполезно. Особенно когда дело касалось Алины.
А снег за окном всё падал и падал, укрывая город белым покрывалом, совершенно равнодушный к человеческим страстям и обидам. До Нового года оставалось восемь дней, и никто ещё не знал, чем обернётся эта история.
На следующее утро Алина проснулась с головной болью. События вчерашнего дня эхом отдавались в висках, а телефон светился десятком непрочитанных сообщений. Большинство — в семейном чате, где разгорелась настоящая война.
— Господи, — простонала она, просматривая переписку. — Они что, с ума все посходили?
Сергей, уже одетый и готовый к выходу на работу, заглянул в спальню:
— Доброе утро. Как ты?
— Отвратительно, — буркнула Алина. — Ты видел, что твоя сестра написала?
— Видел, — он присел на край кровати. — И знаешь что? По-моему, вы обе перегибаете палку.
Алина резко села, одеяло сползло с плеч:
— Я перегибаю?! Это она назвала меня жадной и мелочной! И знаешь, что самое интересное? Все остальные её поддерживают!
Она открыла чат и начала зачитывать:
— "Рита дело говорит, так всем удобнее". Это твоя тётя Нина. "Давайте не будем создавать проблему на пустом месте". Это дядя Коля. А вот это, — она ткнула пальцем в экран, — от твоей драгоценной двоюродной сестрицы Лизы: "Девочки, давайте жить дружно! Алиночка, Риточка права, так действительно проще". Лицемерка! Вчера мне писала, что идея дурацкая!
Сергей вздохнул. Он уже опаздывал на работу, но понимал, что если сейчас уйдёт, будет только хуже.
— Послушай, — начал он максимально спокойно, — может, нам стоит просто согласиться? В конце концов...
— Нет! — отрезала Алина. — Я не собираюсь потакать её... её... коммерческим замашкам! Знаешь, что она включила в смету? Даже салфетки! САЛФЕТКИ, Серёж! По пять рублей за штуку!
— Ну, может, они какие-то особенные...
— Особенные?! — Алина откинула одеяло и вскочила с кровати. — Ты себя слышишь? Она просто хочет выжать из нас побольше денег! Как всегда!
В этот момент телефон снова звякнул. Новое сообщение от Риты: "Если кому-то не нравятся мои условия, может встретить Новый год дома. Я никого не принуждаю".
— Вот! — торжествующе воскликнула Алина. — Вот её истинное лицо! А ты говоришь — я перегибаю!
Сергей посмотрел на часы — он уже точно опаздывал. Но эту ситуацию нужно было как-то разрешить.
— Милая, — он попытался говорить максимально убедительно, — давай я сам поговорю с Ритой. Может, мы найдём какой-то компромисс...
— Какой компромисс, Серёж? — в голосе Алины зазвучали слёзы. — Она же специально это делает! Назло мне! Потому что знает, как я отношусь к этим... этим денежным разборкам!
В другом конце города Рита тоже начинала своё утро с просмотра сообщений. Она сидела на кухне, помешивая остывающий кофе, и с удовлетворением читала комментарии родственников.
— Паш, — позвала она мужа, — иди сюда! Посмотри, как все меня поддерживают!
Павел неохотно оторвался от ноутбука:
— Рит, может, хватит уже? Ты же понимаешь, что они просто не хотят конфликта.
— А я, значит, хочу? — она прищурилась. — Это не я начала эту войну! Это наша драгоценная Алиночка решила, что может учить меня жизни!
— Но ты же специально включила в смету огурцы с огорода...
— А что такого? — Рита упрямо вздёрнула подбородок. — Я их растила, поливала, собирала! Это тоже труд!
Павел покачал головой:
— Знаешь, иногда я не понимаю, что для тебя важнее: быть правой или сохранить отношения с семьёй.
— А почему я должна жертвовать своими принципами? — вспыхнула Рита. — Почему всегда я должна прогибаться? Пусть хоть раз она уступит!
Она решительно взяла телефон и набрала новое сообщение в общий чат: "Кстати, чтобы всё было честно, я составила подробный список блюд. Каждый может выбрать, что хочет попробовать, и заплатить только за это".
— Рита! — возмутился Павел. — Ты что делаешь?
— А что такого? — она невинно похлопала ресницами. — Я же забочусь о комфорте гостей!
Павел только махнул рукой. Иногда его жена бывала невыносимо упряма.
А в семейном чате уже разгоралась новая волна обсуждений. Лиза, пытаясь разрядить обстановку, предложила устроить "шведский стол", где каждый сам выбирает, что ему по душе. Тётя Нина напомнила, как хорошо было в прошлом году, когда все просто принесли свои салаты без лишних разговоров. Дядя Коля пошутил, что готов платить только за спиртное.
Но Алина молчала. Она сидела на кухне, глотая слёзы обиды, и думала о том, как всё изменилось. Когда-то, ещё до свадьбы, они с Ритой могли часами болтать по телефону, обсуждая последние новости и делясь секретами. А теперь...
За три дня до Нового года ситуация накалилась до предела. Алина, измученная бессонницей и постоянными перепалками в семейном чате, решила поехать к Рите лично. "Хватит уже этой переписки", — думала она, нервно вышагивая по заснеженному тротуару.
Рита открыла дверь не сразу. На её лице промелькнуло удивление, быстро сменившееся холодной вежливостью:
— Какой сюрприз! Проходи...
Алина переступила порог, неловко стряхивая снег с сапог. В квартире пахло корицей и ванилью — видимо, Рита уже начала готовиться к празднику.
— Я... — Алина запнулась, не зная, как начать разговор. — Я хотела поговорить.
— Да? — Рита скрестила руки на груди. — О чём же?
— Ты прекрасно знаешь о чём, — Алина почувствовала, как внутри снова закипает раздражение. — О твоей... идее с новогодним столом.
— А что с ней не так? — Рита приподняла бровь. — По-моему, всё предельно прозрачно. Вот, — она достала из кухонного ящика листок, — полная смета. Можешь проверить каждую позицию.
Алина взяла бумагу дрожащими руками:
— Рита, неужели ты не понимаешь? Дело же не в деньгах...
— А в чём? — голос Риты звенел от сдерживаемых эмоций. — В том, что ты считаешь меня жадной? Меркантильной? Какое ещё определение ты мне придумала?
— Я никогда...
— Нет, ты именно это и подразумевала! — Рита повысила голос. — Всегда! С самого начала! Стоит мне заговорить о деньгах, ты морщишься, как будто я... я не знаю... что-то неприличное предлагаю!
Алина почувствовала, как к горлу подступает ком:
— Потому что семья — это не про деньги! Это про... про душевность, про тепло...
— Ах, душевность! — Рита горько усмехнулась. — А кто будет оплачивать эту душевность? Я? Я должна одна тратить время, силы, деньги, чтобы всем было хорошо?
В прихожей повисла тяжёлая тишина. Где-то на кухне капала вода из крана — кап, кап, кап... Как слёзы, подумала Алина.
— Знаешь что, — наконец произнесла она, — ты права. Это твой дом, твои правила. Мы... мы просто не придём.
Рита дёрнулась, как от пощёчины:
— Вот значит как? Шантаж?
— Нет, — Алина покачала головой. — Просто... я не могу. Не могу сидеть за столом и думать о том, сколько стоит каждый кусок. Извини.
Она повернулась к двери, но Рита окликнула её:
— А ты никогда не думала, что, может быть, дело не в деньгах? Может, мне просто надоело быть удобной для всех? Той, кто всегда всё организует, а потом выслушивает, что салат пересолен или оливье мало?
Алина замерла с рукой на дверной ручке:
— Тогда зачем... зачем всё это?
— Потому что хоть раз, — голос Риты дрогнул, — хоть раз я хотела, чтобы все оценили, сколько сил это на самом деле требует!
Но Алина уже не слушала. Она выскочила на лестничную клетку, почти бегом спустилась по ступенькам. На улице валил снег, застилая глаза, смешиваясь со слезами.
Вечером того же дня Сергей слёг с температурой. Грипп налетел внезапно, как зимняя метель, — с ознобом, ломотой в теле и жаром.
— Ну вот, — грустно улыбнулась Алина, меряя мужу температуру, — теперь у нас точно есть причина не идти.
Сергей попытался что-то сказать, но закашлялся. Алина поправила одеяло:
— Тшш, не говори ничего. Я сейчас сделаю тебе чай с малиной.
Она вышла на кухню, достала банку с вареньем. За окном продолжал падать снег, укрывая город белым покрывалом. До Нового года оставалось два дня.
В квартире Риты тоже царила тишина. Она сидела в кресле, бездумно листая список гостей. Павел подошёл сзади, положил руки ей на плечи:
— Может, позвонишь им?
— Нет, — она захлопнула блокнот. — Они сами решили.
— Рит...
— Не начинай, — она встала. — Пойду проверю холодец.
А в семейном чате было непривычно тихо. Никто не хотел первым нарушать молчание, как будто все чувствовали: что-то надломилось, что-то важное и хрупкое треснуло, как тонкий лёд на замёрзшей реке.
Новогодняя ночь выдалась на удивление ясной. Звёзды сияли особенно ярко, как будто кто-то начистил их специально к празднику. В квартире Риты гремела музыка, звенели бокалы, смеялись гости. Никто не говорил об отсутствующих, но их тени незримо витали над праздничным столом.
А Сергей и Алина встречали Новый год вдвоём. На их столе стояла одинокая бутылка шампанского и наспех приготовленный оливье. Сергей, всё ещё бледный после температуры, пытался шутить, но шутки выходили натянутыми.
— Знаешь, — сказала вдруг Алина, глядя в окно, — может, мы все просто... разучились прощать?
Сергей молча взял её за руку. Где-то вдалеке грохотали фейерверки, рассыпаясь в небе разноцветными искрами. Новый год вступал в свои права, равнодушный к человеческим обидам и размолвкам.
А в квартире Риты Павел, наблюдая за тем, как жена суетится вокруг гостей, думал о том, что иногда стремление доказать свою правоту заслоняет что-то куда более важное. Что-то, что не измеришь деньгами и не опишешь в смете.
Ведь семья — это не про деньги. И не про принципы. Это про умение слышать друг друга, даже когда очень сложно. Про способность уступать, даже если кажется, что ты прав. Про то, чтобы просто быть вместе — несмотря ни на что.
Но об этом никто не думал в ту новогоднюю ночь. Каждый был слишком занят своей правдой, своей обидой, своей болью. А время шло, часы били двенадцать, и где-то там, в морозном небе, летел одинокий Дед Мороз, качая головой: "Эх, люди, люди..."
Интересный рассказ: