— Наташ, ты правда хочешь за него замуж? — подруга Оля смотрела на неё подозрительно. — Ведь ты же сама говорила, что не чувствуешь любви…
— Оля, обстоятельства… — Наталья отвела взгляд. Ей было трудно объяснить, что значит «обстоятельства».
В семье Наташи давно ожидали, что «пора бы уже», а Михаил внезапно оказался самым надёжным вариантом. А ещё мама, тактично, но настойчиво подталкивала: «Такой мужчина, работящий, непьющий, и мать у него хорошая, всё в дом несёт… Не надо упускать!»
На свадьбу пригласили только близких друзей и родственников. Платье Наталья выбрала простое — белая лёгкая ткань, никаких пышных юбок. Похоже, она и сама не хотела делать из этого мероприятия грандиозное торжество, ведь в душе не было искренней радости. Михаил, напротив, был серьёзен и аккуратен, будто подписывал важный бизнес-контракт. Поцелуй на свадьбе вышел почти дружеским.
После регистрации супруги стали жить в квартире Михаила. Точнее, формально она была его, но почти каждый день там околачивалась свекровь: проверяла, всё ли чисто, «не проголодался ли сыночек». Наталья поначалу пыталась справиться с чувством смущения — ведь она сама должна быть хозяйкой в этом доме, но свекровь всё делала «по-своему».
— Наташенька, переставь эти тарелочки вот сюда, — указывала свекровь. — И поставь кастрюлю на другую конфорку, иначе суп пригорит. Понимаешь, мои рекомендации не пустые слова…
Михаил лишь кивал, мол, мама, как всегда, права. Наталья чуть сжимала губы, но промолчала. Она чувствовала, что муж будто находится «под колпаком» у матери, но надеялась, что со временем всё уладится.
Месяцы шли, а ситуация не особо менялась. Михаил вставал рано — он работал в офисе строительства и ремонта, вёл проекты, часто задерживался с документацией. Наталья тоже имела работу, но менее престижную: она трудилась в небольшом магазинчике товаров для творчества. Денег хватало, чтобы держаться на плаву, однако от подруг ей постоянно доставались укоры:
— Ну как так, Наташ? Он же мог помочь тебе найти что-то получше. Разве ему неважно, чем ты занимаешься?
А Наталья лишь пожимала плечами. Все её разговоры с Михаилом об участии в решении семейных вопросов напоминали диалог со стеной:
— Михаил, ты можешь поговорить с мамой, чтобы она не лезла ко мне на кухню каждый день?
— Зачем? Она ведь хочет как лучше. И вообще, она всегда так готовит. Не понимаю, почему тебя это раздражает, — Михаил говорил ровным голосом, не желая вникать в суть проблемы.
Со временем Наталья стала замечать, что Михаил пропадает вечерами то у матери дома, то на каком-то «совещании», а она остаётся одна. Она ожидала хотя бы капельки нежности. Но Михаил приходил уставший и сухо спрашивал:
— Как дела? Всё нормально?
А потом закрывался в спальне с телефоном или планшетом. Наталья чувствовала, как внутри что-то остывает. «Ну, хоть есть крыша над головой, — думала она. — И он не грубит, не орёт. Может, так все семьи живут?»
Однажды Наталья заметила у себя частую тошноту и усталость. Она решила проверить — и две полоски на тесте сообщили о беременности. Сама новость повергла её в шок: «А готова ли я? У нас и так все не гладко». С другой стороны, она почувствовала тихую радость: в конце концов, ребёнок — это своеобразная опора, душевное тепло. Когда она рассказала мужу, Михаил сперва замер, а потом отстранённо произнёс:
— Ну… значит, надо готовиться к расходам. И маме скажем, может, она поможет.
Никакого объятия, никакой искры в глазах. Просто «ладно, разобрались». Наталья подумала, что, может, он просто в шоке, и эмоции придут позже. Но дни шли, а Михаил оставался таким же равнодушным, будто для него главное — не жена, а «комфортная среда» с мамой.
Беременность оказалось тяжёлой: Наталью беспокоили головокружения, давление то взлетало, то падало. Врачи предупредили, что возможны осложнения, и нужно беречь себя. Но Михаил проводил ещё больше времени на работе или у матери. Иногда Наталье казалось, что у него есть тайная жизнь, о которой она не знает, но на деле всё было проще: Михаил вечно прятался от семейных обязанностей, потому что боялся конфликтов и перемен. «Нет, это тебе кажется, — говорила подруга Оля. — Просто человек не хочет быть взрослым».
На седьмом месяце беременности у Натальи начались проблемы, и врач положил её на сохранение. Михаил проводил её до дверей роддома и исчез. Цветов не приносил. «Навещу позже» — только и сказал.
Наталью разместили в палате, где находились ещё три беременные женщины, каждая со своей историей. У кого-то муж приезжал каждый день, приносил фрукты, расспрашивал о здоровье, у кого-то старшие дети приходили. Наталья же лежала, уставившись в потолок, и думала: «А придёт ли вообще Михаил?»
Соседки вскоре начали шёпотом между собой обсуждать, почему Наталью никто не навещает. Однажды вечером, когда они обсуждали «мужские заботы и женскую долю», одна из женщин, Марина, аккуратно спросила:
— Наташ, а твой муж работает далеко? Или он болеет? Почему не приезжает?
Наталья не сразу решилась ответить, но потом, не выдержав, выложила всё: про то, что брак был вынужденным, про постоянное присутствие свекрови, про безразличие Михаила. Соседки смотрели на неё с пониманием и жалостью.
— Девочка, да муж-то твой, похоже, не готов быть отцом, — говорила Марина, улыбаясь ей грустно. — Но если он сейчас не с тобой, то, может, и дальше не будет?
Наталья только молча кивала. В душе её зрели сомнения и обида. «А вдруг после родов всё изменится?» — упрямо надеялась она.
Пришло время родов. Врачи давно отмечали, что плод крупный, и предполагали, что может оказаться двойня, но на УЗИ не всё было чётко видно. В итоге выяснилось, что Наталья ждёт тройню! Настоящий сюрприз для всех, кроме разве что опытных акушерок, которые уже «чувствовали», что беременность будет непростой.
Роды прошли тяжело, Наталью срочно перевели в операционную, сделали кесарево сечение. Когда всё закончилось и женщину привезли в палату, к ней наконец пустили Михаила (у которого видимо, свекровь настояла «сходи хоть посмотри на детей»).
— Три?.. ТРИ ребёнка?! — Михаил чуть не выронил свою сумку с передачкой. — Да это же… это катастрофа! Как мы их прокормим?
Наталья лежала, чувствовала слабость и боль, но в душе у неё полыхнул гнев:
— Катастрофа? Это наши дети…
— Понимаешь, мы не потянем. Может, ну… может, оставим одного? — он всерьёз это предлагал, нервно теребя свою куртку. — Или двоих, а третьего… Ну, можно как-то оформить документы. Я поговорю с мамой, она что-нибудь подскажет.
В глазах Натальи помутнело от злости. «Как вообще можно такое говорить?!» Она обхватила взглядом три крохотные кроватки, в которых тихо посапывали малыши.
— Убирайся, — ледяным тоном произнесла она. — Я не буду… не буду бросать своих детей. Если тебе так сложно — уходи. И, кстати, уходи вообще из нашей жизни. Лучше уж одной…
У Михаила от шока отвисла челюсть. Он пытался что-то возразить, но Наталья только крикнула медсестре:
— Проводите его!
В тот же вечер Наталья позвонила подруге Оле, рассказала в слезах о безумном предложении Михаила, о том, что подаст на развод. Оля поддержала её: «Ты не одна, я помогу».
Так, принимая решение уйти от мужа, Наталья наконец ощутила, что просыпается какая-то внутренняя сила.
Наталью выписали через несколько недель после родов. Три очаровательные крохи — двое мальчиков и девочка — уезжали домой вместе с ней в одолженном у знакомой машине, куда с трудом втиснулись автолюльки и сумки. Михаил так и не появился в день выписки, что, впрочем, и не удивило Наталью.
Поселилась она в маленькой двухкомнатной квартире, которую нашла подруга. Там была скромная обстановка, но главное — никто не вмешивался со своими «советами». Оля и ещё несколько друзей занялись организацией «мини-фонда помощи», чтобы собрать деньги на подгузники, коляску и кроватки. Наталья почти не спала ночами, но душевно чувствовала себя гораздо спокойнее, чем в присутствии холодного Михаила.
— Я буду стараться, — повторяла она, качая малышей на руках. — Я сделаю всё, чтобы они ни в чём не нуждались.
Подруга обнимала её за плечи:
— И мы поможем. Вот увидишь, всё сложится.
Спустя пару месяцев после выписки Наталья, наконец, оформила официальный развод. Михаил параллельно писал ей странные сообщения, то жалуясь на «серьёзные трудности», то предлагая «начать всё сначала, но с одним ребёнком» (даже на этом этапе он не оставлял своих абсурдных планов). Наталья не отвечала. Она просила адвоката всё решать без её присутствия.
Однако однажды Михаил сам пришёл к дверям квартиры — с высунутой из пакета мягкой игрушкой, которую купил в соседнем магазине. Наталья открыла дверь, держа одного малыша на руках, ещё двое карапузов были в люльках. Лицо у неё оставалось спокойным.
— Я хотел… поговорить, — начал Михаил. — С матерью у нас сейчас всё непросто, но я хочу видеть детей.
Наталья молчала. Она посмотрела на малышей, которые поглядывали большими глазами на незнакомого мужчину. Стиснув зубы, она всё же сказала:
— Если хочешь помочь, вот список покупок: подгузники такие-то, пелёнки, детское питание. Если не хочешь помогать — тогда уходи.
Михаил взял листок. Глаза у него метались.
— Да, конечно, куплю… Но можно я побуду тут?
— Нет, — ответила Наталья без колебаний. — И кстати, будь добр, сам решай свои проблемы. Я вижу, что ты до сих пор не избавился от влияния матери. А мне такой мужчина не нужен.
Михаил попытался что-то возразить, но Наталья уже начала закрывать дверь. Ей не хотелось долго объясняться. Сзади донёсся плач одного из мальчиков. Мужчина метнулся вперёд, будто собираясь помочь, но Наталья уже повернула щеколду.
— Прощай, Михаил, — тихо сказала она, и звук задвигаемой цепочки подытожил эту главу её жизни.
Она, слегка волнуясь, снова вернулась к детям — один из них надрывно плакал, двое других мирно сосали кулачки. Присев, Наталья улыбнулась им. «Я справлюсь», — подумала она. Ведь у неё есть подруги, которые готовы прийти с горячими пирожками и лишним одеялом; есть внутренний стержень, который окреп после всех предательств; и, самое главное, есть три крохотных жизни, ради которых стоит жить и бороться.
Вечером, когда малыши уснули, Наталья получила сообщение от Оли: «Мы с девочками хотим заехать в воскресенье, отметим твой «второй день рождения», как мы это называем. Скажи, что купить по пути».
Она посмотрела на лежащих в ряд люльки, где мирно дремала вся её новая жизнь. Тихо и мягко улыбнулась:
— Спасибо, девочки. Спасибо, судьба. За шанс быть счастливой, пусть и без «правильного» мужа.
Пусть кто-то считает такую жизнь трудной, но Наталья знала: отныне она идёт вперёд, освободившись от ненужных людей. И уже завтра утром её трое малышей откроют глаза, чтобы увидеть в своей маме человека, который их действительно любит. И, кто знает, быть может, в её судьбе ещё будет место для настоящих, искренних чувств. Но это уже другая история.
ПРИСОЕДИНЯЙСЯ НА НАШ ТЕЛЕГРАМ-КАНАЛ.
Понравился вам рассказ? Тогда поставьте лайк и подпишитесь на наш канал, чтобы не пропустить новые интересные истории из жизни.