- Нет-нет-нет, так всё закончиться просто не может, - заохала Бефана, заканчивая подметать.
- А вам разве не надо было лететь куда-то к детям, подарки разносить? – проворчал Адалхад, чувствуя себя виноватым за случившееся.
- Надо, но…. – протянула фея, выудив из кармана бумажку с ручкой. Что-то быстро чиркнула, достала зажигалку, подожгла бумажку, и та пеплом взлетела к потолку и пропала. – Но старина Пэр это сделает за меня. Ну, и какой у вас план?
- Мы должны найти её и извиниться. Ты должен извиниться, - Вим посмотрел в глаза алхимику. Шлейфрих отвёл взгляд, но мальчик продолжал сверлить его.
- Эй, но ведь виноваты все мы, не только он, - попытался вступиться за него господин Альта.
- Но он – её лучший друг, - мягко заметила Фрида.
- Да откуда ж мы узнаем, где Волшебница? – спросила Ивон. – Может, она вообще нигде?
- Она на водонапорной…. Простите, на грифоньей башне, - просиял вдруг Вим.
- С чего такая уверенность? – удивился Крампус.
- Всё всегда начиналось с неё, - горько усмехнулся Шлейфрих, поднимаясь, наконец, с колен. – Пусть в этот раз и закончится там же.
- К тому же, раз мы хотим, чтобы Волшебница там была, она там и будет, - заявил Вим.
- Но там же метель… - робко напомнила Хэди.
- Поэтому мы с мальчуганом вдвоём пойдём вперёд, а вы догоняйте, по мере сил, - решил алхимик. И клюнул любимую в щёку. – Фрида, ты тут за главную. Веди их.
И с этими словами Вим схватил Шлейфриха за руку, и они умчались в буран. Все остальные нервно сглотнули и последовали их примеру, пусть и не так решительно. Крампус упирался поначалу, но его уговорили господин Альта с ученицей.
А вьюга всё свирепела…
***
- Когда я говорил отцу ещё ребёнком, чтобы он отпустил меня погулять, что дорогу домой я найду даже с закрытыми глазами, я не думал, что когда-либо мне придётся это делать, - проорал алхимик, отплёвываясь от снега.
Вим только закрыл нос и рот сгибом локтя и судорожно вздохнул.
В городе начались перебои с электричеством. Не светились новогодние украшения, дома смотрели на них безрадостными чёрными глазницами – окнами. Фонари погасли тоже. Аварийные огни машин высвечивали им путь красными отблесками. Ветер пронизывал насквозь, морозный воздух обжигал лёгкие, барабанные перепонки должны были уже порваться от свиста бурана и криков.
Вне сомнений, на уши встал весь Лебен. Феечек легко сносил ветер, так что они легко терялись меж снежинок, домовые ворчали и захлопывали двери, драконы кашляли, отпаивались чаем с мёдом под землёй и носа наружу не совали.
Наконец, Шлейфрих упёрся ладонью в родную каменную кладку.
- Нашёл! – обрадовался алхимик. – Но…. Внутри завал. Тетради…. Не пройти.
- Да не вопрос, - фыркнул Вим, примериваясь, а после разбежался и запрыгнул на башню, чудом схватившись за обледеневшие булыжники.
- Что ты творишь?! – всполошился Шлейфрих. – Ты же расшибёшься!
- Я… Уже… Это… Делал… - прокряхтел мальчик, медленно ползя наверх.
- Но не в такую же метель! – заметил алхимик, судорожно теребя бороду.
- Нет… Но… Это… Нич… - нога сорвалась. Вим чудом удержался, но решил больше не болтать, что бы там ни орал внизу Шлейфрих. Тот, впрочем, лишь молчаливо наблюдал и не делал больше попыток его остановить.
А Вим всё лез и лез. Было больно, он был уверен, что раздерёт пальцы в кровь или отморозит их к чёртовой матери, ну и пусть, и ладно. Лишь бы он не ошибся, лишь бы она была там.
Когда-то он и знать не знал, какой у них город замечательный, на самом деле. И если Волшебница уйдёт навсегда… Лебен не будет прежним. Это будет совершенно другой, совершенно чужой город. Скучный, неправильный… Бездушный.
И никаких пальцев не жалко, лишь бы успеть, пока ещё не поздно.
Грифоны кружили, как бешенные, совсем переполошились, оставили свои гнёзда посреди зимней спячки. А в эпицентре, среди вьющегося вокруг снега и грифоньих перьев Вим с облегчением обнаружил знакомый силуэт.
Тут, вопреки всему, было тихо, как и бывает всегда в оке бури. Волшебница сидела на корточках и рассматривала что-то, лежащее в одном из гнёзд. Вим тихо приблизился, сел рядом. Волшебница то ли не заметила его, то ли не имела ничего против.
А смотрела она на деревянный наличник, вернее, его обломок. Белый, если б не ветки гнезда, и не видно б было.
- Что это? – поинтересовался мальчик.
- Этим великаны украсили первый законченный дом в городе, - будто из забыться, ответила Волшебница. – И передали традицию пришедшим на их место людям. Так появились у меня горожане…. Но я подвожу вас. И вы уйдёте. Люди бегут из городов, где не могут исполнить свои желания. А что же делает Лебен городом, кроме его горожан?
- Ты, - прошептал Вим, и осторожно сжал её руку. У Волшебницы слегка приоткрылись глаза, словно бы только теперь она почувствовала, что может быть материальной. Она взглянула на мальчика, а он ей просто улыбнулся.
Тогда она покрепче взяла его ладонь, вскочила, и они вместе…. Пошли. По снежинкам. Они формировали извилистую, но надёжную лестницу. Она упорядочивала их безумный танец, и очень скоро оба оказались на земле.
Шлейрих не стал ждать знака свыше, тем более, что этот знак буквально взял и спустился по самодельным ступенькам. Он просто подлетел к подруге и сгрёб в медвежьих объятиях.
- Прости. Я… Мы будем осторожнее и со словами, и с делами. Ты только не уходи!
Волшебница мягко, неуверенно обняла его в ответ. И буря стихла. Совсем. Наступила тихая, спокойная ночь. Своими глазами Шлейфрих и Вим видели, как перепуганные прохожие взлетают ввысь, засыпают и плавно улетают навстречу своим одеялам и подушкам в тёплых квартирах, которые для них открывают домовые. Как сами собою чинятся пострадавшие в ДТП машины. Как возвращаются в город феечки, унесённые злым ветром, и как вновь зажигается огонь в фонарях благодаря выздоровевшим драконам.
А всего в десятке шагов от них, повернувшись к башне спиной, стоят их друзья.
- А я же говорила, нам в эту сторону! – возмутилась Фрида, развернувшись.
- Мне лучше знать! Я живу-то уж поменьше вашего, - авторитетно заявил Крампус.
- Побольше… - подсказала Хэди.
- Да разницы бес!
- Три-четыре, - меж тем прошептала Бефана и сдирижировала остальными.
- Просим прощения и приносим искренние извинения, - хором протянули все.
Волшебница съёжилась.
- Вы чего… все? Я же не… Вы же правы! – всплеснула руками она, и вдруг сама себе зарядила по носу, так что Виму со Шлейфрихом пришлось её ловить.
- У любой стеклянной фигурки, сколь бы красива она ни была, есть свои изъяны. Но исправлять их должен мастер, а не пламя, ибо…. – начал торжественно Адалхад, но его прервал господин Бёзар Гайст.
- В общем, это, лучше встретить Новый год дома, даже если хотел уехать, чем самый этот дом под Новый год потерять!
- Такой момент красивый испортил! – искренне расстроилась Ивон. От избытка чувств она стала искать, как бы проучить болвана, но вокруг был только снег…. Так что ничего лучше, чем запустить снежок в голову Крампусу, она не придумала.
Великая Снежковая Битва разгорелась на улицах Лебена.
В новом году Вим, конечно же, вновь не прочитает все книги, которые хочет. А Ивон будет вечность отдуваться перед Фридой, брать дополнительные задания и всё равно делать их с ошибками. А сама учительница ни за что не будет успевать проверять тетради вовремя, и, само собой, будет сидеть за ними ночи напролёт. В этом компанию ей составит её любимый алхимик, который как всегда отложит самые трудные и интересные в приготовлении зелья на конец года. Продажи Бёзара Гайста вновь упадут, ведь праздники – не каждый день, и дарить подарки просто так люди как-то не обучены. У господина Альты и его ученицы никогда не будет столько времени, сколько они захотят.
Но хотя бы немного его всегда будет. У всех. Потому что….
Хэди услышала шипение и повернула голову. Крампус, подкрадывавшийся к ней сзади с огромным снежным комом, замер и даже осторожно положил свой снаряд. На них из-за угла выглядывала зелёная змейка, и, кажется, улыбалась. Но только по-своему, по-змеиному.
Пока они думали, как бы подманить новый год, Волшебница спокойно прошествовала к змее и взяла её на ручки. Все замерли. На немой вопрос она спокойно ответила:
- Не волнуйтесь. Отпущу, когда придёт время.
И тихо рассмеялась.
Звоном колокольчиков разнёсся этот смех по Лебену, возвещая всем и каждому – Новый год пришёл, новые дела ждут, но терпят. Делайте то, что хотите здесь и сейчас, и будьте счастливы вне зависимости от места и времени.
А снег понемногу превращался в волшебную золотую пыльцу, укрывая город мерцающим покрывалом до новых встреч и приключений.